Японская анимация. От кабуки и камисибай до студии «Гибли», Миядзаки и Такахаты - Анна Голда

«НАВСИКАЯ ИЗ ДОЛИНЫ ВЕТРОВ» (1984, РЕЖ. ХАЯО МИЯДЗАКИ)

Экранизация опередила финал первоисточника на десять лет — одноименная манга Миядзаки выходила с 1982 по 1994 год. При этом манга рассказывает объемную, несколько более мрачную, особенно по мере приближения к развязке, и композиционно более сложную историю, нежели анимационный фильм. Это интересный пример того, как идеи одного и того же творца могут со временем видоизменяться и как по-разному один и тот же человек может работать над комиксом и полнометражным мультфильмом, что должен представлять собой законченную, четкую и лаконичную сюжетную линию.

«Навсикая из Долины ветров» повествует о постапокалиптическом мире, почти всю поверхность которого покрыл токсичный лес. Люди выживают, ограждая от леса редкие незараженные его спорами участки земли. Княжна Навсикая, дочь предводителя одного из поселений, живет в гармонии не только с народом своей родной долины, но и — втайне от остальных — с лесом, который она постепенно изучает. Однако дом девушки оказывается втянут в политический и военный конфликт между двумя вооруженными державами. Героине приходится одновременно и защищать людей, и пытаться решить куда более сложную задачу — выступить связующим звеном между природой и человечеством.

Выраженный в мультфильме взгляд Миядзаки на природу нельзя описать простым интересом к экологической проблематике. Режиссер демонстрирует восприятие природы как мощной, одновременно созидательной и разрушительной силы, самодостаточной и способной стоять за себя. Мир Миядзаки природоцентричен — он смотрит на природу не просто как на жертву человеческих действий, режиссер дает ей субъектность.

Фильмы как Миядзаки, так и Такахаты своим идейным наполнением часто опираются на японский религиозно-философский базис. Неслучайно Миядзаки вкладывает в уста Навсикаи слова «…наш бог живет в каждом листочке и в самых маленьких насекомых»[25]. Мировоззрение жителей Страны восходящего солнца уходит корнями в буддизм и в глубоко анимистическое национальное учение синто, важной частью которого является концепция одухотворенного мира; ее смело можно назвать одним из столпов творчества Миядзаки.

В синто подобная идея выражается через понятие ками, оказавшее огромное влияние на искусство и культуру японцев. Ками — это природные духи-божества, которыми наполнен весь окружающий мир, будь то камень или река. Ками бывают четырех основных видов:

• мифологические — почитаемые наиболее долго, упомянутые в сводах мифов «Кодзики», «Нихон сёки», а также в локальных описаниях «Фудоки»;

• исторические — о них в официальной мифологии не говорится, они возникают по мере развития синтоистских верований и восходят к выдающимся предкам или духам природы;

• иностранные — переработанные образы, заимствованные из других религиозных систем, таких как буддизм;

• народные безымянные — природные духи и души умерших предков[26].

Четвертая группа самая крупная, и именно такие ками чаще всего фигурируют в работах Миядзаки — он изображает как тех, что некогда прожили человеческую жизнь, так и изначально природных духов. Режиссер не раз обратится к проблематике одухотворенного мира и концепции ками — в лентах «Мой сосед Тоторо» (1988), «Принцесса Мононоке» (1997), «Унесенные призраками» (2001) и др.

В «Навсикае из Долины ветров» непосредственно ками пока еще нет, но заложенная в них идея уже присутствует. Уважение, с которым молодая княжна относится к лесу и ко всем его обитателям, для синтоизма естественно и органично — девушка видит и себя, и человечество лишь частью природного мира, а не его правителями. Лес в мультфильме защищает и восстанавливает себя сам. Более того, исцеляет он и окружающий мир, справляясь с последствиями разрушительных действий людей. Навсикая — посол леса в мире людей и посол человечества в мире леса. Она исследователь, мессия, человек, способный на полностью бескорыстную жертву. В начале ленты Навсикая дает волю гневу, о чем жалеет; ее метания проистекают из того, что ее стезя — это путь созидания, а не разрушения.

В мультфильме Миядзаки начинает систематическую работу с разноплановыми сильными женскими образами: это и сама Навсикая, и помогающие ей женщины и девочки, и противопоставленный Навсикае персонаж — воительница Ксяна. Схожую динамику между двумя героинями Миядзаки позже создаст в «Принцессе Мононоке», продемонстрировав тем самым интерес к столкновениям на уровне мировоззрений между двумя сильными женскими персонажами.

Отдельным важным «героем» ленты выступает сам мир. Миядзаки придумал для своей постапокалиптической реальности особые флору и фауну. Его работа рождается на фоне очередного расцвета жанра научной фантастики, в 1970–1980-е годы тесно переплетенного с размышлениями о внеземных цивилизациях, ядерных катастрофах и альтернативных формах жизни. Известно, что мир «Навсикаи» Миядзаки создавал, находясь под влиянием французского художника Жана Жиро (1938–2012), носившего псевдоним Мёбиус и известного своими научно-фантастическими произведениями, в частности культовым сборником комиксов Arzach (1975). При взгляде на эту работу легко заметить сходство между ней и «Навсикаей из Долины ветров» — и в манере рисунка, и в фантастических пейзажах, и в костюмах героев, и в наличии образа «пилота», летящего на белоснежных крыльях (только у Мёбиуса это птеродактиль, а не летательный аппарат). В близкой по духу манере исполнен вышедший в 1973 году — раньше и «Арзака», и «Навсикаи» — мультфильм «Дикая планета» французского режиссера Рене Лалу (1929–2004); его дизайнерские и колористические решения явно родились из схожего контекста, творческого поиска. В 1982 году у двоих французов выйдет общий проект — мультфильм режиссуры Лалу «Властелины времени», где Мёбиус выступит в качестве художника-постановщика. Неудивительно, что у этих авторов можно обнаружить общие находки — помимо взаимного влияния, все они, разумеется, черпали вдохновение и из произведений более ранних, в том числе и литературных, таких как опубликованный еще в 1960-х роман «Дюна» Фрэнка Герберта (1920–1986).

Итогом взаимодействия Миядзаки с французской школой и мировым контекстом стала причудливая вымышленная экосистема, за основу которой взяты грибы, мхи и лишайники, а также множество насекомых — из числа животных в ходе повествования мы видим главным образом вариации гигантских жуков, в том числе исполинских беспозвоночных ому, живущих в гармонии с постапокалиптическим лесом. Встречаются и явно сконструированные образы — крупные ездовые птицы, напоминающие одновременно страуса, эму и додо, а также маленькие зверьки — гибриды белки и лисы. Для Японии лиса — один из традиционных зверей-оборотней. Однако Миядзаки уходит от классического образа кицунэ и создает оригинальное существо — помесь лисы и белки с дополнительными вымышленными чертами: полосатой шерстью, насыщенно-зелеными глазами и пушистым воротничком. От лисы зверек получил туловище, форму ушей, острые зубы и непростой нрав, а от белки — миниатюрные размеры, приплюснутую мордочку, умение карабкаться по вертикальным поверхностям, короткие коренастые лапки и выразительные блестящие глаза (только зеленые, а не черные), в которых не видны зрачки.

Миядзаки вводит белко-лису для сцен взаимодействия с самой Навсикаей