Экономика каменного века - Маршалл Салинс

виновный обычно неизвестен, средством для опознания или наказания вора выступала какая-то часть оставшихся вещей или какой-то фрагмент места, где они хранились (см., например: Best, 1924: I, 311). Однако магические обряды в отношении лица, известного потерпевшему, обычно выполнялись при помощи чего-то связанного с этим [известным] человеком. Иными словами, если кто-то не способен расплатиться, то в магических ритуалах с большей вероятностью будет задействовано имущество обманщика, а не дар владельца. Интересный момент, еще больше запутывающий картину, заключается в том, что такое средство, связанное с жертвой колдовства, у маори тоже именуется хау. В «Словаре новозеландского языка» Уильяма Уильямса среди значений слова «хау» приводится и такое: «Нечто связанное с человеком, на которого собираются наложить чары, например прядь его волос, капля его слюны или какой-то коснувшийся его тела предмет и т. д.; после того, как эта вещь попадает к тохунге (специалисту по ритуалам), она может выступить связующим звеном между его заклинаниями и тем, на кого они направлены» (Williams, 1892).

137

Таким образом, Фёрс не считает чем-то неясным вмешательство третьей стороны. Обмен между второй и третьей сторонами был необходим для появления второго блага, которое способно заменять первое благо или его хау (ср.: Firth, 1959a: 420n).

138

«Усматривая в обмене дарами обмен личностями, „узы душ‟, Мосс следует не туземным верованиям, а их собственной интерпретации» (Firth, 1959a: 420).

139

В более позднем высказывании на эту тему Фёрс продолжал отрицать этнографическую обоснованность представлений Мосса о маорийском хау, добавив, что в обмене дарами у тикопийцев какие-либо подобные духовные представления отсутствуют (см.: Firth, 1967). Кроме того, Фёрс выдвинул ряд критических замечаний по поводу анализа Моссом обязательств предоставлять дар, получать дар обратно и отвечать взаимностью. Правда, в определенном аспекте Фёрс соглашается с Моссом: дар действительно неразрывно связан с тем, кто его совершает, но не как реальная духовная сущность, а в более общем социальном и психологическом смысле расширения «я» (см.: Ibid. P. 10–11, 15–16).

140

В оригинальном тексте на маорийском языке, который был опубликован Бестом, этот фрагмент о дарах фактически представлял собой вставное пояснительное примечание между двумя описаниями церемониала. Однако в подстрочном английском переводе основная часть первого из этих описаний была удалена, поскольку Бест уже приводил его страницей выше (Best, 1909: 438). Кроме того, текст на маорийском, как и английский перевод, начинается с колдовских заклинаний, явно не связанных с церемониалом или обменом дарами, – об этом еще пойдет речь ниже.

141

В этой оговорке, несомненно, можно усмотреть самоиронию Салинза, среди предков которого был крупнейший представитель еврейского мистицизма XVIII века Баал Шем Тов, основатель хасидизма.

142

Английская версия французского выражения «tout se passe comme si» встречается, например, у Р. Барта в книге «Мифологии»: «Tout se passe comme si le mythe décalait d’un cran le système formel des premières significations» – «Миф как бы возвышается на ступеньку над формальной системой первичных значений» (пер. С. Зенкина в: Барт Р. Мифологии. М.: Академический проект, 2019. С. 272).

143

Выбор архаичного слова «прибыток» для перевода вполне распространенного в современном английском слова «yield» («доходность», «урожайность», «выработка») продиктован необходимостью дистанцироваться от привычных терминов бухгалтерского учета типа «прибыль» или «доход» в контексте первобытной экономики. О двусмысленности термина «прибыль» (profit) для анализа экономики маори Салинз говорит ниже.

144

Имеется весьма любопытное различие между его версиями у Беста, Мосса и Тамати Ранапири. Мосс, похоже, намеренно удалил упоминание Беста о церемонии в первой фразе изречения Ранапири. Фрагмент, цитируемый у Беста: «Теперь я расскажу о хау и церемонии вангаи хау», – Мосс передает просто как «Я расскажу вам (!) сейчас о хау…», многоточие поставил сам Мосс. Интересный момент возникает в связи с переводом Биггса – несомненно, аутентичным и гораздо более близким к переводу Мосса, – поскольку в этом начальном фрагменте вангаи хау тоже не упоминается: «Теперь что касается хау леса». Однако даже в этом виде текста идея таонги связывается с церемонией вангаи хау – «укрепления хау» или «кормления хау», поскольку тема хау леса раскрывалась не в фрагменте о дарах, непосредственно следующем за этими словами, а далее, в описании собственно церемонии.

145

Ниже приводится перевод Беста, который был доступен для Мосса. Подстрочный перевод этого фрагмента также выполнил Биггс, однако он не сильно отличается от перевода Беста.

146

Рассмотрение этого ритуала, предшествующее фрагменту о таонга в полном тексте на маорийском, фактически является комментарием к двум взаимосвязанным церемониям. Одна из них только что описана, а другая выполняется ранее людьми, направленными в лес перед началом сезона охоты на птиц, чтобы получить представление о количестве дичи. Приведем основную часть этого предшествующего описания в переводе Биггса: «У хау леса есть два „обличья‟. Во-первых, если наблюдатели замечают в лесу птиц и в тот же день убивают каких-то птиц, первая из них отдается маури. Ее просто бросают в заросли со словами: „Это для маури‟. Если они так не поступят, то потом ничего не добудут. Во-вторых, в конце охоты (они) выходят из зарослей и начинают жарить птицу, чтобы сохранить ее в жире. Часть добычи откладывают, чтобы сначала накормить хау леса – это лесное хау. Отложенных птиц готовят на другом огне – с него могут питаться только жрецы. Других птиц откладывают для тапаиру, их могут есть только женщины. Большинство птиц готовят на огне пуураакау. Этих птиц могут есть все…» (ср.: Best, 1909: 438, 440–441, 449, другие подробности церемоний см. в: Best, 1942: 13, 184f, 316–317). [Тапаиру – женщины из высокоранговых маорийских семей. Пуураакау – устные легенды маори; вероятно, имеется в виду огонь, у которого рассказываются эти легенды. – Примеч. пер.]

147

А в переводе Беста он даже повторяет: «Допустим, что у вас есть какая-то вещь, и вы отдаете ее мне бесплатно. Мы за нее не торгуемся».

148

Фёрс приводит следующий анализ этого момента в одной из работ У. Э. Гаджена: «Если кто-то получил подарок и передал его третьему лицу, то в таком действии нет ничего неподобающего. Но если это третье лицо делает ответный подарок, то данный предмет должен быть передан исходному дарителю – иначе его [этого предмета] хау будет истрачено (хау нгаро)» (Firth, 1959a: 418). Отсутствие последствий