Нобелевские лауреаты России - Жорес Александрович Медведев

Источники «Тихого Дона»

Исторический роман, а тем более роман-эпос, который охватывает события десяти лет не только в Донской области, но и на фронтах Первой мировой войны, а также в Москве, Петрограде, на Кубани, невозможно написать, не используя множества самых разных источников. Личные наблюдения и впечатления автора были необходимы и достаточны при описании картин природы, эпизодов казачьих скачек, рыбной ловли, бытовых картин и картин казачьего труда. Автор должен был заботливо собирать все рассказы о давнем и недавнем прошлом казачьих семей. Многочисленные портреты казаков и неказаков в романе, изображение их коней и оружия – все это, несомненно, результаты собственных наблюдений и зарисовок автора. Технологию этой работы Михаил Шолохов вполне освоил еще при написании «Донских рассказов». В «Тихом Доне» мы видим, однако, гораздо более отточенный и богатый язык, что видно особенно наглядно в описаниях природы Дона.

И в первой, и во второй частях действие романа почти не выходит за пределы хутора Татарский и имения Ягодное. Для написания этих частей впечатлений, наблюдений и записей-зарисовок самого автора было достаточно. Но уже в третьей части романа, когда его действие выходит за пределы хутора Татарский и всей области Войска Донского и переносится на фронты войны в Галиции и Восточной Пруссии, а также в Москву, а затем и в Петроград, возникает необходимость использовать разнообразные источники, далеко выходящие за пределы собственных впечатлений автора. Для читателя-историка, такого, как я, многие из этих источников очевидны. Это в первую очередь донская пресса – газеты и журналы, которые издавались в Новочеркасске и в Ростове-на-Дону. Это столичная пресса. Это книги исторического характера, которые выходили в свет в начале 1920-х годов. Но это и многочисленные мемуары, которые выходили в свет как в Советской России – уже с 1920 года, так и в эмиграции. Особенно много мемуаров белых офицеров и генералов было издано в 1922–1925 годах, главным образом в Берлине и Праге. В самом начале 1920-х годов на Дону и в Москве начали формироваться и первые советские архивы, которые тогда еще не были засекречены. С некоторыми из архивных собраний автор «Тихого Дона» мог без большого труда знакомиться в 1925–1927 годах.

Сам Шолохов крайне редко и неохотно говорил с исследователями его творчества об источниках романа. В одном из интервью по случаю 70-летия, вспоминая работу над первыми частями «Тихого Дона», Шолохов заявлял: «Надо иметь в виду, что формировался я и отроческие годы мои прошли в разгар гражданской войны. Тема была на глазах, тема для рассказов, очерков. Трагедийная эпоха была… Отроческий взгляд – самый пытливый взгляд у человека. Все увидит, все приметит, узнает, везде побывает. Мне легко было, когда дело касалось фактического материала. Трудности пришли потом, когда надо было писать и знать историю гражданской войны. Тут уже потребовалось сидение в архивах, изучение мемуарной литературы. Причем не только нашей, но и эмигрантской… Затем знакомство с казаками, участвовавшими в этой войне. Самая профессия моя до писателя – учитель, статистик, продовольственный работник – знакомила меня с огромным количеством людей… Разговоры, воспоминания участников – так слагался костяк. А бытовая сторона, она ведь тоже наблюдалась, потому что жил я в разных хуторах»[324].

Шолоховедение, однако, не могло развиваться без изучения источниковедческой базы романа «Тихий Дон». Одним из первых исследовал ее Г. В. Васильев – еще в 1950-е годы. Много поработал в этой же области С. Н. Семанов. Эти авторы убедительно доказали, что М. Шолохов использовал самые разные мемуары. Так, например, события корниловского мятежа описаны с привлечением мемуаров генерала А. С. Лукомского[325]. Картины «ледового похода» из Донской области на Кубань в январе-феврале 1918 года Шолохов рисовал, используя мемуары генерала А. И. Деникина[326]. Описание боев в декабре 1917 года под Ростовом дается по книге «Пролетарская революция на Дону»[327]. Описание избрания донского атамана П. Краснова, а также многие другие эпизоды романа, в которых изображен атаман, включены в роман с использованием мемуаров самого П. Краснова[328]. Экспедиция Федора Подтелкова на Верхний Дон и ее трагический исход описаны с минимальными изменениями текста по книге А. А. Френкеля «Орлы революции» (Ростов-н/Д., 1920). А. Френкель был участником подтелковской экспедиции, но при ее окружении и пленении казаками сумел в суматохе бежать. Позднее он стал членом Донбюро РКП(б) и делегатом XIII съезда РКП(б) от Донской области. При описании событий на Дону в 1918 году Шолохов использовал в качестве источника и книгу Дана Деларта «Дон в огне» (Ростов-н/Д., 1927).

Общее положение на фронтах Первой мировой войны и описание отдельных крупных операций дается М. Шолоховым с использованием нескольких крупных работ начала 1920-х годов. Это «Стратегический очерк войны 1914–1918 гг.» (т. I. М., 1923); А. М. Зайончковский «Мировая война 1914–1918 гг. Общий стратегический очерк» (т. I. М., 1925); труды и материалы к операциям Юго-Западного фронта в мае-июне 1916 года (М., 1924) и др.

Огромную работу по изучению источников «Тихого Дона» провел ростовский исследователь Андрей Вадимович Венков. Результатом его работы стала большая книга «Тихий Дон»: Источниковая база и проблема авторства»[329]. А. Венков убедительно показал, что большинство чисто военных эпизодов 1914–1917 гг. Шолохов мог взять из разного рода корреспонденции и очерков о войне, которые публиковались в эти же годы в донской прессе. Это журналы «Голос казачества», который издавался с 1912 года в Новочеркасске, а также «Вестник казачества», выходивший там же с 1913 года. Шолохов явно использовал и материалы газеты «Донские областные ведомости», в которой много писали о войне и прежде всего об участии в ней донских казаков. А. Венков обнаружил сходство некоторых эпизодов «Тихого Дона» с материалами из ростовской газеты «Приазовский край». При описании событий 1918 года М. Шолохов пользовался и красновским официозом – газетой «Донской край». Он мог читать и материалы журнала «Донская волна».

Одна из лучших книг о романе «Тихий Дон» и о Михаиле Шолохове – это книга американского русиста Германа Сергеевича Ермолаева «Михаил Шолохов и его творчество»[330]. И в этой, и в более ранних своих книгах Г. Ермолаев весьма тщательно исследует использование Шолоховым мемуаров деятелей калединского донского правительства. Эти материалы публиковались в «Донской летописи» в Вене в 1923 году. Так, например, описание встречи Донского правительства и Донского военно-революционного комитета, а также сцена самоубийства атамана А. Каледина, которые имеются в «Тихом Доне», почти полностью совпадают с описанием этих событий в очерке Г. Янова «Паритет», опубликованном в № 2 «Донской летописи» за 1923 год. Использовал М. Шолохов и материалы из №№ 1 и 3 «Донской летописи» (Вена, Линова). Г. Ермолаев не без оснований полагает, что М. Шолохов был знаком и с материалами «Донской исторической комиссии», которые публиковались в Белграде в 1924 году, а также с книгой «Записки: Гражданская война на юге России. 1918–1920 гг.», которая опубликована в Константинополе в 1921 году.

У Шолохова было очень мало источников при описании хода Вешенского восстания. Это было народное восстание, и оно оставило после себя очень мало письменных источников. Большая часть событий описывалась Шолоховым по рассказам его участников, которых автор мог найти в 1925–1927 годах в станицах и на хуторах Донской области или точнее в станицах и на хуторах Северного Дона. Супруги Андрей и Светлана Макаровы в своих исследованиях источников «Тихого Дона» убедительно показывают использование в романе материалов из таких книг, как «Записки о гражданской войне»[331] В. А. Антонова-Овсеенко и «Как сражалась революция»[332] Н. Е. Какурина.

Странно лишь то, что оппоненты Шолохова излагают свои источниковедческие находки как что-то вроде улики. На самом деле для исторического романа это совершенно необходимая часть работы, и упрекать автора «Тихого Дона» в том, что он использовал при написании своего романа столь большое количество источников, причем главным образом из того, что публиковалось в эмиграции, неверно и нелепо.

Конечно, мемуары – это субъективный материал, и в них историк может найти немало неточностей. Естественно, что многие из этих неточностей попадают и в текст романа. Так, например, в книгах советских авторов все даты даются по новому стилю, а в мемуарах белых генералов даты даются по старому стилю. Это приводит к путанице и в самом романе, которую рядовой читатель не замечает, но скрупулезный критик видит и делает автору романа серьезные замечания. Показательно с этой точки зрения описание отъезда из Могилева царя Николая II, только недавно отрекшегося от престола. В романе «Тихий Дон» мы читаем:

«Бледнея, с глубочайшей волнующей яркостью воскресил он в памяти февральский богатый красками исход дня, губернаторский дом в Могилеве, чугунную запотевшую от мороза ограду и снег по ту сторону ее, испещренный бликами низкого, покрытого морозно-дымчатым флером