Двор Ядовитых Сердец - Элис Нокс

Вместе с тьмой пришёл запах — сладковатый, тошнотворный, забивавший нос, оседавший на языке горечью. Запах смерти, разложения и забвения.

И звуки.

Вой. Тысячи голосов, кричавших, стонавших, молящих одновременно — они сливались в какофонию, разрывавшую уши и вгрызавшуюся в мозг, требовавшую внимания, тянувшую за собой.

Я зажмурилась на мгновение, сжала челюсти, заставила себя дышать ровно.

Это только начало.

Врата распахнулись полностью, и передо мной открылась бездна — портал в царство мёртвых, чёрный, как провал в ничто. Внутри него клубился серый туман, мелькали тени, двигавшиеся, словно живые.

Кейлан поднял голову, посмотрел на меня, и я увидела, как по его лицу стекают капли пота, как дрожат руки от напряжения.

— Иди, — выдохнул он. — Быстро. Я долго не продержусь.

Я кивнула, шагнула к порталу, но Лис меня окликнул:

— Верена.

Я обернулась.

Он стоял, скрестив руки на груди, но в серебристых глазах плескалось беспокойство.

— Вернись, — сказал он тихо. — Или я сам приду за тобой.

Я слабо усмехнулась.

— Не сомневаюсь.

Развернулась к вратам, сжала улавливатель, вдохнула глубоко — последний вдох воздуха мира живых — и шагнула в портал.

***

Холод ударил мгновенно. Пронзил от кончиков пальцев до самого сердца, разлился по венам ледяной волной, заставил содрогнуться всё тело. Не просто холод, а отсутствие тепла, жизни, надежды — абсолютное, всепоглощающее.

Я открыла глаза.

Царство мёртвых.

Серое, бесконечно серое небо, если это можно было назвать небом, затянутое густым, клубящимся туманом, что висел так низко, что казалось: протяни руку — коснёшься. Земля под ногами была мягкой, пепельной, оседала под каждым шагом, мои ноги оставляли следы, исчезавшие через мгновение.

Воздух был тяжёлым, влажным, оседал в лёгких грузом, и каждый вдох давался с трудом, словно я дышала не воздухом, а самой смертью.

Вокруг меня кружились души.

Миллионы. Может быть, миллиарды. Они были везде — серые, полупрозрачные фигуры, дрейфовавшие в тумане, шептавшие, стонавшие, плакавшие. Некоторые были почти бесформенными — просто облака света, мелькавшие и исчезавшие. Другие сохраняли очертания людей, фейри, существ, которых я не могла узнать.

Поначалу они меня не замечали, просто кружили в бесконечном танце без музыки, без цели.

Я сжала улавливатель крепче, и дым, сочившийся из жезла, светился здесь чуть ярче, словно ладан чувствовал близость своих — мёртвых.

Метка на запястье вспыхнула.

Я вздрогнула, посмотрела на руку. Узор светился ярче, чем когда-либо — серебро пульсировало под кожей, тянулось в одном направлении, словно стрелка компаса.

К Морикаю.

— Туда, — прошептала я и шагнула вперёд.

Души начали меня замечать.

Сначала одна, потом вторая, третья — они поворачивались, фокусировались на мне, и шёпот усиливался, множился, превращался в гул.

— Живая...

— Она живая...

— Как... как она здесь?..

— Некромантка...

Последнее слово прокатилось эхом, и я замерла.

Владычица мёртвых

Они узнали меня. Почувствовали мою силу.

Одна из душ подплыла ко мне ближе других — старик, лицо изборождено морщинами, глаза пустые, но в них читалась мольба.

— Некромантка, — прошептал он. — Ты... ты можешь нас слышать?

Я осторожно кивнула.

— Слышу.

По толпе душ прокатился вздох облегчения.

— Освободи нас, — взмолился старик. — Мы застряли здесь... не можем уйти дальше... не можем раствориться... пожалуйста...

Я сжала кулаки, и что-то внутри меня дрогнуло — жалость, которую я думала, похоронила тысячелетия назад.

— Я не могу, — сказала я тихо. — Прости, я здесь не за вами.

Старик отпрянул, и в пустых глазах мелькнуло разочарование.

Другие души тоже начали приближаться, окружать меня, и шёпот нарастал, становился требовательнее.

— Помоги...

— Освободи...

— Куда ты идёшь?..

Я подняла руку, и сила взорвалась из ладони мгновенно — изумрудная волна магии весны, но здесь, в царстве мёртвых, она переплелась с серебром, с чем-то холодным, потянула мою врождённую силу, похороненную глубоко внутри. Я давно ею не пользовалась, и меня удивило, что она сама рвалась наружу — чувствовала смерть, близость мёртвых и неупокоенных душ.

Души отшатнулись, расступились, образовав круг вокруг меня.

— Я ищу принца Тьмы, — сказала я громко, и голос эхом прокатился по серому миру. — Морикая. Сына Азарота. Где он?

Тишина.

Потом один голос — женский, мягкий — ответил откуда-то из тумана:

— Принц... на востоке... за рекой забвения...

Другой голос, старый, надломленный:

— Осторожно... Страж охраняет древних... принцев и королей... он не отпустит его просто так...

Третий, ещё тише:

— Ты умрёшь там, Верена... Страж не знает пощады...

Я усмехнулась — холодно, без юмора.

— Тогда он встретит чудовище, которое тоже не знает пощады.

Развернулась на восток, туда, куда указывала метка, и пошла, раздвигая толпу душ силой воли.

Они расступались, шептали вслед, но не мешали.

Я шла через серый мир, пейзаж не менялся — тот же туман, те же души, тот же пепел под ногами.

Но с каждым шагом метка светилась ярче. Жгла. Кожа под узором покраснела, но я стиснула зубы. Боль была компасом. Чем ближе к Морикаю, тем сильнее.

Я приближалась.

Потом впереди что-то изменилось — туман стал гуще, темнее, и я услышала новый звук.

Шум воды.

Я вышла на берег реки.

Чёрная вода текла медленно, вязко, её поверхность не отражала ничего — ни тумана, ни душ, кружащих вокруг. Просто движущаяся чёрная пустота. Запах от неё шёл сладковато-гнилостный, забивал нос, заставлял желудок сжаться.

Река забвения.

Я знала легенды. Те, кто переходит эту реку, забывают всё — имена, лица, жизни. Становятся пустыми оболочками, дрейфующими в царстве мёртвых вечно.

Но мне нужно было на другой берег.

Я посмотрела на противоположную сторону — там, сквозь туман, виднелись очертания чего-то массивного, тёмного. Храм или крепость.

Морикай там.

Я подняла руку, почувствовала, как сила кипит под кожей, требует выхода.

— Ко мне, — позвала я мёртвых, и голос прозвучал как команда, как приказ, не терпящий возражений.

Души замерли, повернулись ко мне. Подплыли ближе, окружили меня плотным кольцом, и я почувствовала их сущности — холодные, безжизненные, но готовые служить.

— Скажите, как мне перебраться через реку? — спросила я, и голос вышел тише, почти умоляющим. — Пожалуйста. Мне нужно на другой берег.

Тишина.

Потом одна из душ — старая женщина, — подплыла ближе и прошептала:

— Мы... можем показать путь. Проявить то, что скрыто.

Другие души закивали, заметались вокруг меня, и я почувствовала их согласие