Книга Уткина: Мы тут жизнь живём - Станислав Владимирович Гридасов

Забыли и пошли дальше.

Ой, нет. Пошли дальше. Но ничего не забыли.

– Вы на его месте отказались бы?

– Нет. Это решение канала, а он сотрудник канала.

– В случае с Дементьевым тоже было решение канала.

– Ну да. Но я не считаю необходимым ситуации равнять. Тогда я просто решил, что этого не сделаю.

– Как вам сообщили, что сотрудничество с Первым заканчивается?

– Было смешно. Я прокомментировал Испания – Португалия в Сочи, с утра на машине выдвинулся в Краснодар, чтобы оттуда поехать в Ростов. Дал большое интервью «Афише» по телефону. Следующий звонок был о том, что мы вынуждены приостановиться.

– Кто звонил?

– Не скажу. Какое это имеет значение?

– Ваша реакция?

– Всегда жду худшего, так что оказался прав.

Первый канал прекратил сотрудничество с комментатором Василием Уткиным. Об этом РБК сообщили в пресс-службе телеканала. «Мы благодарим Василия Уткина за блестящую работу на матче Португалия – Испания, с уважением относимся к его частной жизни и просим не строить конспирологических версий», – отметили в пресс-службе. (РБК, 19 июня 2018 г.)

– Но в Ростов и Волгоград вы поехали. То есть если бы из Москвы позвонили и разрешили, вы прокомментировали бы?

– Да, я был назначен. И мне же сказали, что сотрудничество приостанавливается. Конечно, поехал дальше – до Ростова. Там ждал, чем дело кончится. Оно не кончилось. И не должно было кончиться в тот день. А в понедельник все стало ясно. И я из Волгограда улетел в Москву. На следующий день мы встретились с Эрнстом и Файфманом (генеральный продюсер Первого канала. – Sports.ru).

– Как они объяснили отстранение?

– Хочу сразу объяснить. Помнишь, какую формулировку я применил, когда записал видео? Я хочу об этом не рассказывать. Дело в чем. Во-первых, о том, что произошло, очень легко догадаться. Во-вторых, я готов рассказывать, что я сделал. Но зачем я буду помогать тем, у кого это получилось? Я не должен это объяснять. Обращайся к ним.

– А к кому обращаться? Миллеру, Громову (первый замруководителя Администрации президента, курирует вопросы СМИ. – Sports.ru)?

– Ну это уже как хочешь. Сам подумай. Но ситуация – проще не придумаешь.

– Я слышал несколько версий. Одна из них: вы прокомментировали первый матч, и кто-то со Старой площади вдруг услышал ваш голос. Позвонил Эрнсту и сказал: «Костя, это же неблагонадежный человек. Это же Болотная».

– Смотри. О том, что я буду комментировать на Первом канале, сообщила его пресс-служба. Сообщило огромное количество ресурсов. Это один из самых залайканных моих постов в фейсбуке[124], а у меня там немало народу. Плюс фейсбук[125] для телевизионщиков – это такое корпоративное СМИ. После этого я ходил к Урганту, потом канал сделал такой псевдопафосный ролик, который активно крутился дня четыре. Дальше я был в программе «Время» перед матчем Испания – Португалия. Я прокомментировал этот матч, и мне после него позвонили и сказали, что сарафан прекрасный. Потом рассказали, что отличные цифры и что не соглашусь ли я заехать еще и в Волгоград – прокомментировать там игру со Слуцким. Мы с ним даже созвонились и все обсудили. А потом оказалось, что это невозможно.

Я готов допустить, как ты говоришь, что кто-то на Старой площади не знал, а потом узнал. Но думаю, дело не в этом.

– Еще одна версия: вы что-то не то написали в соцсетях. Например, пост про Навального[126], хотя Первый просил не писать о политике во время турнира.

– Не было таких условий, и от этого вообще ничего не зависит. Половина людей видит, что я работал и оказался отстранен, поэтому считает, что это я в эфире произнес слово «Навальный»[127]. Они правда так думают. Поэтому какая разница, говорю я о политике или нет.

Да и потом. Когда меня приглашают в гости на прием фонда «Выход» (Благотворительный фонд содействия решению проблем аутизма, которому помогает Уткин. – Sports.ru), меня просят прийти и не пахнуть говном? Нет. Так и здесь. У меня не возникает сомнений, писать заметки о говне или нет, когда я работаю на чемпионате мира.

– Вы же сами говорили, что неконтролируемый.

– Да. Но это не значит, что у меня слюни изо рта идут на ровном месте. Я в другом случае неконтролируемый.

А здесь очень жесткая и конкретная логика, которую легко понять. И которую я не расскажу. Я и так сказал достаточно, чтобы понять. Хочу пояснить еще одно. В силу особенностей проектов на ютьюбе я сам модерировал хвост комментов. Читал все комментарии, которые там писали. И понял, что у людей возникло ощущение, что Первый каким-то образом меня выгнал или передумал. В воздухе переобулся. Это не так.

Когда мы разговаривали о прекращении сотрудничества, я понял, что у меня есть редкая возможность сказать Эрнсту, что я о нем думаю. В этот момент стало очевидно, что мне он ничего плохого сделать уже не может. И мне нечего его бояться, не о чем просить, потому что только что наше сотрудничество закончилось. И я сказал, что всегда хотел поработать с ним. Мне очень приятно, что эта встреча состоялась. Я сожалею, что так прервалось, но Первый канал здесь совершенно ни при чем. У меня не может быть никакой обиды на него. Вообще.

– По моей информации, Эрнст даже предложил вам поработать осенью на нескольких матчах сборной. А вы сказали, что он разбил мечту, и вышли из кабинета.

– Неправда. Все совершенно не так.

– Но вам предлагали посотрудничать осенью?

– Мы вообще не разрывали отношения, если ты обратил внимание. Первый канал де-юре исполнил контракт. У нас была договоренность о работе, которую я проделал. И по которой он полностью со мной рассчитался. Гонорар еще не выплатил – надо подписать договор. Но выплатит. Хотя я даже не знаю, какой там гонорар.

– Как не знаете, если сразу сказали, что отдадите его на благотворительность?

– Сколько заработаю – столько переведу. Еще и от себя добавлю.

– Вам было неинтересно, сколько заплатят?

– А какая разница, если я с самого начала решил, что не буду получать за это деньги? И сейчас не собираюсь брать. Что я, Дзюба, что ли?

Василий Уткин. 15 августа 2018 г.

Ну что же, назвался груздем – полезай.

Пришли деньги от Первого за чемпионат мира. Мне самому было интересно, сколько там будет. Не успел спросить; ну, мне предложили поработать на чемпионате мира в моей стране – что я, торговаться, что ли, стану.

Как было сказано – все заработанные средства получит фонд «Выход».

Поработал я меньше, чем думалось. Один матч. Уж сколько получилось. Таким получится мой чемпионат. Ну, какой есть – тут никто не виноват.

Один матч.

783 000 рублей.

Что ж, Криштиану играл, я комментировал. Кирилл Дементьев – спасибо за компанию.

Константин Львович, вы человек слова. За это не благодарят – это констатируют.

Когда кому-то заплатят – по факту – за один репортаж больше, ха – скажите!

Я преклоню колена, как Джон Сноу. И даже лучше.

А пока у этой цифры есть один недостаток.

Некрасивая.

Ну, и я настраивался потрудиться попотнее. Да и еще я немножко заработал на ютьюбе на ЧМ…

Так что округлим до миллиона.

До конца недели (я в командировку еду, не успею с ранья) деньги будут отправлены. Квиток