Великие ученые древности. Семь греческих мудрецов, или Заря наук - Луи Фигье

Диофант, знаменитый математик, родился в Александрии. Неизвестно время, в которое он жил. Если он – одно лицо с астрономом Диофантом[202], на которого, по свидетельству Суидаса, Ипатия написала ученый комментарий, то он мог жить только в конце пятого века. В самом деле, Прокл и Папп совершенно умалчивают о нем и, конечно, если б они жили после него, то не преминули бы упомянуть об изобретателе алгебры. По словам араба Абульфарага, на которого ссылается Монтукля, Диофант жил при императоре Юлиане, около второй половины четвертого века нашей эры.

Как бы то ни было, первым упоминает о Диофанте Иоанн, патриарх иерусалимский, в своем житии Иоанна Дамаскина; греческое сочинение, озаглавленное «Αριθμητος», спасло имя Диофанта от забвения. Первые рукописи этого сочинения, которое, кажется, первоначально состояло из тринадцати книг, были открыты в 1460 г. Региомонтанусом в итальянских библиотеках. Но были найдены всего шесть книг.

Диофант доходил только до решения уравнений второй степени, которые при помощи остроумных соображений он приводил к простому извлечению квадратных корней. Достиг ли он этого сам и без помощи какого-нибудь сочинения об алгебре, занесенного из Индии или другой страны? В таком случае он был в греческом мире первым изобретателем алгебры. Но эта наука могла быть изобретена и в другом месте, как доказывают два памятника индийской науки Brahmegupta и Rhascara Acharya, переведенные и обнародованные в нашем веке Кольбруком, Тейлором и Страчери. В этих двух сочинениях находятся изыскания высшего порядка, чем во всей арифметике греков. Мы возвратимся к этому, говоря в следующем томе об ученых арабской школы.

В Музее Александрийской школы продолжали до вторжения арабов заниматься науками и их преподаванием. Аммиен Марцеллин говорит положительно, что в его время, то есть в четвертом веке нашей эры, в Александрии было множество ученых. То были по большей части комментаторы, составители примечаний, которые спорили о том, кто лучше понимает и объясняет Эвклида, Аполлония, Птоломея и т. п.

Из дошедшего до нас письма Синезия, епископа птолемаидского, видно, что в пятом веке в Александрийской школе продолжали заниматься астрономическими наблюдениями. Но так как легче придумывать тонкие и произвольные различия и спорить о словах, чем заниматься точными науками, то мистицизм и метафизические умозрения всегда брали верх. Новые и мнимые философы появлялись наперерыв.

Заблуждающаяся философия возмущает и искажает социальную среду. Александрийский эклектизм и его мистическая теология породили секты и партии. Соперничество, шумная горячность этих соперничествующих партий делали затруднительными серьезные занятия. Борьба между торжествующим христианством и упавшим язычеством еще больше увеличила замешательство и шаткость умов. Философские споры выродились в мятежи и в драки вооруженной рукой.

Жертвой этих беспорядочных и кровавых споров была ученая и прекрасная Ипатия. Остановимся немного на этой знаменитой женщине, плачевная и трогательная судьба которой сохранена историей.

Ипатия была дочь Феона, знаменитого математика, автора удивительного комментария на Альмагеста Птоломея. Она родилась в Александрии в 370 г. по Р.Х.; под руководством отца она выучилась геометрии и астрономии. Она одновременно узнала основания других наук из бесед и уроков преподавателей Музея. Она особенно изучала философию Платона и предпочитала его Аристотелю; другими словами, она не могла не подчиниться окружавшей ее атмосфере мистического спиритуализма. Желая увеличить свои знания путешествиями, она отправилась в Афины и жила там; в Афинах еще общественное образование не совсем угасло.

Ипатия вернулась в Египет, обогащенная обширными познаниями. Преподаватели Музея и александрийские власти пригласили ее читать публичные лекции, и женщина воссела на кресла, на которых сидело столько великих людей.

Еще в первый раз представлялось такое зрелище. Благодаря новости дела, благодаря блеску и солидности своего преподавания, Ипатия привлекала множество слушателей на свои уроки. Кончилось тем, что преподаватели предложили ей кафедру философии, которую занимал Плотин.

Историк Сократ описывает порядок и свойство уроков Ипатии. Она начинала с математики, затем переходила к математическим приложениям и различным наукам, совокупность которых составляла древнюю философию.

Эта избранная женщина соединяла с истинным красноречием глубокую ученость и с самой чистой добродетелью – самую трогательную красоту. Всегда просто одетая, она любила на манер философов закутываться широким плащом. Она вышла замуж за ученого Исидора. Ее поведение было изъято от тени подозрения. Она умела сдерживать в границах почтения дань удивления, которая относилась не к одним ее ученым талантам.

Такие высокие качества, такое редкое достоинство возбудили зависть в окружавших ее философах. Ипатия была язычницей, но язычества, давно уже жестоко преследуемого и почти уже вымершего, в Александрии держалось только угнетенное меньшинство, искавшее прибежища и опоры в ученой Ипатии. Отсюда борьба между патриархом александрийским Кириллом и сторонниками этой замечательной женщины.

Правитель александрийский Орест был поклонником талантов Ипатии и часто поступал по ее советам. Он хотел укротить ревность патриарха Кирилла, который беспокоил прекрасную философку, опору язычества в Александрии.

Орест не побоялся принять против патриарха некоторые предварительные меры, которые приписывали влиянию Ипатии.

К несчастью, случилось так, что в это время некто Гиеракс, содержавший школу в Александрии, глава партии христиан, погиб насильственной смертью. Неизвестно, кто был убийца. Между христианами прошел слух, что убийство совершено по наущению Ипатии и правителя. Общественное негодование вспыхнуло бунтом. Толпа, имея во главе некоего Петра, чтеца Александрийской школы, пошла мстить философке. С гамом подходят к ее жилищу. Ее не было дома; но убийцы стали дожидаться у дверей, зная, что она должна скоро вернуться из Музея. В самом деле, скоро подъехала Ипатия на колеснице. Толпа бросается на нее; ее принуждают сойти с колесницы и волокут в церковь. Там разъяренная толпа, сорвав с нее одежду, побила несчастную обломками черепиц и битых сосудов.

Тем толпа не удовольствовалась. Тело Ипатии было изрублено в куски, его волочили по улицам и потом сожгли на костре.

Это случилось в марте 415 по Р.Х., в царствование Феодосия Младшего. Безнаказанность этого поступка объясняется ослаблением всех связей социального порядка в это время.

Ипатия оставила несколько сочинений, между прочим Комментарий на труды математика Диофанта, Комментарий на Конические сечения Аполлония и Астрономический канон.

Смерть Ипатии, характеризирующая одновременно и нравы большинства, и страсти партий, избавляет нас от обязанности входить в подробности о последних временах Александрийской школы.

Надо сказать, что почти то же состояние умов было и в Греции. Общественное образование там было совершенно уничтожено. Все философские школы были закрыты по указу императора Юстиниана, и невежество присоединилось к другим общественным недугам.

То был период распадения Римской империи. Весь Древний мир в Европе, Азии и Африке был в лихорадочном напряжении, предшествующем разрушению и обновлению обществ.

Подобно другим