Английская буржуазная революция - Владимир Михайлович Лавровский

неизбежно связанных с новой трактовкой коренных проблем революции, в них, однако, намечен в общем верный путь к подлинно научному пониманию английской буржуазной революции. Хилл и сам признает, что его книга и в новом (третьем) издании является лишь первым приближением к цели, не свободным от недоработанности и некоторых упрощений.

Ряд таких упрощений, а иногда и поверхностных аналогий с социалистической революцией имеется и в книге Холореншоу «Левеллеры и английская революция»[57].

Автор, несомненно, преувеличивает значение материалистических воззрений Уинстенли и проводит аналогию между коммунистическими идеалами английского утописта XVII в. и теорией научного коммунизма, — пытаясь доказать, что «идеалы социализма и коммунизма не оказываются для Англии чем-то чуждым, перенесенным в нее из Франции и Москвы». Холореншоу доказывает «приоритет» англичан, которые «первые увидели образ кооперативной, социалистической республики и начали борьбу за ее осуществление»[58]. Лильберн и Уинстенли относятся этим английским историком к числу самых первых основателей английской свободы и самых горячих пророков кооперативного социального строя[59].

Необходимо отметить, что и Хилл в первом издании своей книги склонен был видеть в Д. Уинстенли предтечу марксизма[60]. А в статье А. Джемс «Материалистическое понимание общества у современников английской революции»[61] предвосхищение марксизма было обнаружено ее автором не только в работах Уинстенли, но и в «Океании» Гаррингтона, идеолога английского джентри.

В книге Мортона[62] английской революции и, в частности, левеллерам не уделено специального внимания, так как она посвящена истории Англии в целом, хотя революция и рассматривается автором как важнейший акт в борьбе между феодальной и буржуазной Европой.

Следует пожелать английским прогрессивным историкам не только уточнения своих принципиальных методологических позиций, но и привлечения новых документальных данных, имеющихся в английских архивах, которые до сего времени малодоступны советским историкам.

* * *

В заключение нашей историографической главы обратимся к анализу того, что сделано за последние 30 лет советскими историками английской буржуазной революции 40–50-х годов XVII в.

Обзор современного состояния научной разработки проблем английской буржуазной революции XVII в. неизбежно приводит к выводу, что наиболее существенный вклад в данную область принадлежит бесспорно советской историографии.

Советская школа историков английской революции формировалась под плодотворным влиянием той стройной концепции английской революции, которая содержится в трудах основоположников марксизма-ленинизма и которая впервые создала основу для подлинно научного построения ее истории.

За истекшее сорокалетие в советской историографии наиболее плодотворно разрабатывались следующие проблемы истории буржуазной революции XVII в.

1. Социально-экономические предпосылки английской революции.

2. Кризис абсолютизма при первых Стюартах.

3. Социально-экономические перестановки в, английской деревне в ходе революции.

4. Демократическое течение (левеллеры) в английской революции.

5. Английская революция и национально-колониальный вопрос.

В вопросе о социально-экономических предпосылках революции наибольшее внимание советской историографии привлекла английская деревня XVI–XVII вв.

В какой мере в английской предреволюционной деревне сложился и созрел капиталистический уклад хозяйства; как далеко зашел процесс трансформации средневековых форм крестьянского землевладения под влиянием этого уклада; какова динамика поземельных рент в Англии XVI–XVII вв.; как протекал процесс дифференциации английского крестьянства; как протекал процесс огораживания в английской деревне XVI — нач. XVII в.; каковы формы и степень интенсивности крестьянских движений; наконец, в какой взаимосвязи находилось аграрное и промышленное развитие страны, — таков круг вопросов аграрной истории Англии XVI–XVII вв., бывший предметом исследования советских историков.

Вслед за А. Н. Савиным английской деревней XVI в. занялся В. Ф. Семенов. В его монографии «Огораживания и крестьянские движения в Англии XVI в. (из истории обезземеления крестьян в Англии)», основанной на изучении правительственного расследования об огораживании начала XVI в., а также и других источников, впервые сделана попытка дать конкретно-историческую иллюстрацию к трактовке этого вопроса в 24-й главе первого тома «Капитала» Маркса. Рано умерший исследователь И. Л. Попов-Ленский в своих статьях[63] уделил значительное внимание огораживаниям начала XVII в. и анализу трудов английских экономистов и ученых-агрономов этого времени. Собственно история английской деревни XVII в. (если не считать этюдов по истории отдельных маноров А. Н. Савина, Е. А. Косминского и В. М. Лавровского) еще ждет своего исследователя.

Значительное внимание уделялось в советской историографии изучению английской торговли и промышленности в первой половине XVII в. Особенно много трудился в этой области А. Е. Кудрявцев, давший ряд ценных статей по ранней истории Ост-Индской компании[64].

Советский исследователь Н. М. Мещерякова посвятила свою кандидатскую диссертацию промышленной истории Англии в первой половине XVII в. Однако недостаток источников не дал возможности автору сколько-нибудь полно разработать такие важные аспекты этой проблемы, как историю цен и заработной платы в английском городе и деревне первой половины XVII в., конкретно-исторические формы английской мануфактуры этого периода и их локализацию, английские цехи перед революцией, степень и формы их капиталистического перерождения, вопрос о взаимосвязи между торговым капиталом и мануфактурой в Англии указанного периода, процесс складывания внутреннего рынка в предреволюционной Англии, английский пауперизм и рабочее законодательство, вопросы внешней торговли и колониальной политики.

По-новому в советской исторической науке поставлен вопрос об английском абсолютизме первой половины XVII в. Это прежде всего вопрос о кризисе последней формы английской феодальной монархии в Англии в условиях нарастающего конфликта между новыми общественными классами, представляющими капиталистический способ производства, и старым феодальным общественно-политическим строем.

С вопросом о кризисе английского абсолютизма тесно связан вопрос о расстановке классовых сил в канун английской революции. Наиболее важной в этой связи представляется проблема социальной природы английского нового дворянства и английской буржуазии.

Эти вопросы частично разрабатывались в статьях А. Е. Кудрявцева «Кризис абсолютизма в Англии начала XVII в.»[65], в кандидатской диссертации К. Меделеца «Испанская политика Якова I Стюарта и критика ее в парламентских дебатах», в статье Самойло А. С. «Английские колонии накануне революции»[66] и в статье авторов этой книги «О социальной природе английского нового дворянства и йоменри первой половины XVII в.»[67].

Наиболее крупный вклад в исследование проблемы социально-экономических перестановок в английской деревне в ходе революции сделан С. И. Архангельским[68]. В его двухтомном исследовании «Аграрное законодательство английской революции» впервые поставлен вопрос о перемещениях поземельной собственности в результате аграрного законодательства 40–50-х годов XVII в. Можно только сожалеть, что автору не были доступны архивные материалы, позволяющие значительно уточнить нарисованную картину поземельных сдвигов. Однако основной вывод С. И. Архангельского о том, что революция содействовала огромным перемещениям поземельной собственности в руки представителей буржуазии и индепендентского джентри, остается бесспорным. В советской историографии также впервые был исследован вопрос о социальных последствиях односторонней отмены феодальных повинностей в Англии, важность которого подчеркнута автором «Капитала».

В этой связи следует упомянуть исследование Ю. М. Сапрыкина «Происхождение политической теории Гаррингтона» и ряд его статей[69].

В советской историографии заново поставлен вопрос о роли