Как полетели динозавры: ящеры-квадрокоптеры, обратные птицы и их потомки - Андрей Юрьевич Журавлёв

Скрупулезная работа Кювье убедила далеко не всех. Скажем, Эдвард Ньюман, известный ботаник и энтомолог, а также автор научно-популярных книг и основатель Лондонского энтомологического общества, спустя 30 с лишним лет думал, что птерозавры «кутались в меха». Он был уверен, что эти животные теплокровные, и предложил считать их летучими мышами, только сумчатыми. И это высказывание имело под собой основание: Ньюман тщательно проштудировал обширную статью Георга Августа Гольдфуса о птеродактиле толсторылом (ныне скафогнат, Scaphognathus crassirostris) из Зольнхофена. Он обратил внимание на фразу, в которой палеонтолог из Боннского университета утверждал: «…Pterodactylus crassirostris не был покрыт чешуей и щитками, подобно рептилии, но шерстью из почти дюймовых волосков, возможно, местами даже перьями» [14]. Только спустя почти 200 лет, когда ученые смогли использовать многоугловую теневую фотосъемку и ультрафиолетовую подсветку, выяснилось, что Гольдфус открыл и особый покров птерозавров, и кровеносную систему в летательных перепонках. В то время ему и Ньюману не очень поверили. Ведь последний фактически заложил основы криптозоологии, полагая, что морские змеи существуют, являются отпрысками плезиозавров, а в современном мире не раз встречали мамонтов и моа…

Айхштедт, или Айхштетт, упомянутый Кювье, — маленький баварский город, в музеи которого по-прежнему стекаются образцы из соседнего Зольнхофена, в том числе одна из плиток со скелетом археоптерикса (Archaeopteryx). Первая же находка знаменитого «древнекрыла», представлявшая собой всего лишь отпечаток единственного пера, была описана в 1861 г. Германом фон Майером, служившим сначала аудитором, а позднее федеральным казначеем в бундестаге Германского союза во Франкфурте-на-Майне. (К этому перу и целому археоптериксу мы еще вернемся.) На своем посту фон Майер прославился во время Австро-прусско-итальянской войны: спас казну одних воинствующих немцев от других воинствующих немцев. В редкие дни, когда ни тех ни других рядом не было, он занимался изучением ископаемых животных: самого массового триасового динозавра платеозавра (Plateosaurus), самой массивной амфибии мастодонзавра (Mastodonsaurus), непомерно длинношеего танистрофея (Tanystropheus). Также фон Майер основал солидный журнал для солидных палеонтологов Palaeontographica, который выходит по сей день. Все его работы — а написал он несколько томов — сопровождались десятками превосходных собственноручно выполненных иллюстраций, хотя ученый признавался, что прежде у него «не было ни практики с карандашом, ни опыта, как распорядиться светом и тенью» [15]. Фон Майер — пример человека со строго научным подходом, всячески изживавшего романтизм в науке. Попутно «изжил» он и наблюдения Гольдфуса: ну какие, действительно, волоски и сосуды у птерозавров? Так, вторичные корки из окислов металлов…

Сам он описал прекрасно сохранившийся скелет птеродактиля «малокогтистого» (ныне Aurorazhdarcho micronyx), который обнаружили в Зольнхофене в 1757–1779 гг. (еще до находок Коллини). Эти остатки хранились в частной коллекции Марии Анны Австрийской, дочери всесильной эрцгерцогини Марии Терезии. Как известно, в XVIII в. здоровых девочек в правящих династиях выдавали замуж за наследных принцев, а больных ссылали в монастырь или заставляли собирать окаменелости. Пережившая туберкулез Мария Анна от монастырского уклада устранилась и приумножила родовую коллекцию, которая впоследствии стала частью музея при Университете имени Лоранда Этвёша в Будапеште. Что думала о находке особа высоких кровей, неизвестно, но приводивший сборы в порядок естественник Игнац фон Борн, управляющий императорским музеем, пометил безголового птерозавра этикеткой «ископаемое… членистоногое».

Среди важных находок фон Майера и позднеюрский птерозавр из-под Ганновера, названный им в 1851 г. ктенохазмой (Ctenochasma roemeri, от греч. κτειζ — «гребень» и χασµα — «проем», «пасть»). И точнее не придумаешь: на рисунке, как всегда, выполненном лично автором, видна нижняя челюсть крылатой рептилии с двойным частоколом узких, тонких, слегка дуговидных зубов, действительно напоминавшая старинный двусторонний костяной гребень. Вид получил имя в честь Фридриха Адольфа Рёмера, профессора минералогии и геологии в Клаустальской школе горного дела и металлургии (ныне — Клаустальский технический университет), где хранится тот самый образец.

Сам автор посчитал, что это челюсть крокодила, сродни тонкорылому гавиалу. С его принадлежностью к птерозаврам разобрался знаток юрских отложений Европы Альберт Оппель из Мюнхенского университета. Ему посчастливилось стать обладателем практически полного, насколько это понятие приложимо к палеонтологическим объектам, образца другого вида ктенохазмы, известной теперь как «изысканная», или «изящная» (лат. elegans). Скелетик и вправду напоминал изысканную литографическую доску, на которой похожее на уточку существо изящно изогнуло шею и откинуло «заходящуюся в смехе» головку на спину (рис. 3.3). («Гравюра» эта, конечно, не из посюстороннего, а из какого-нибудь тим-бёртоновского мира.) Именно «элегантная особа» и служит ныне образцово-показательным представителем рода. Несколько десятков ее скелетов, от мала до велика, «выловили» палеонтологи со дна теплой известковой лагуны, существовавшей около 150 млн лет назад на европейском северо-востоке океана Неотетис, а ныне обратившейся верхнеюрским лагерштеттом Зольнхофен в Баварии (рис. 3.4.2). Отсюда же впервые был описан и птеродактиль — близкий родственник ктенохазмы.

Рис. 3.3. Скелет ктенохазмы (Ctenochasma elegans), длина черепа 10 см; позднеюрская эпоха (150 млн лет); Зольнхофен, Германия (Баварская государственная коллекция по палеонтологии и геологии, Мюнхен; commons.wikimedia.org)

Рис. 3.4. Планета в позднеюрскую эпоху (150 млн лет): 1 — Моррисон, шт. Вайоминг, США; 2 — Зольнхофен, Германия; 3 — Шарыпово, Россия; 4 — Яньляо, Китай (C. R. Scotese, 2016)

Главная особенность последней, которая не ускользнула от острых глаз фон Майера, — длиннющие челюсти, усаженные игольчатыми зубами — до 260 штук (рис. 3.5). Они полого расходились из пасти во все стороны. Исследователи давно сообразили, что это фильтровальный аппарат. Действительно, для чего еще можно использовать столь слабые челюсти с хрупкими, но бессчетными зубами?

Рис. 3.5. Череп ктенохазмы (Ctenochasma elegans), длина 20 см; позднеюрская эпоха (150 млн лет); Зольнхофен, Германия (Государственный музей естествознания Штутгарта; commons.wikimedia.org)

Среди множества следовых дорожек птерозавров, бродивших когда-то на мелководье океана Неотетис, были обнаружены небольшие (1 см длиной) гладкие продолговатые копролиты (от греч. κοπρος — «навоз», «помет» и λίθος — «камень») — видимо, их окаменевший помет. Эти комочки буквально набиты мельчайшими раковинками амеб фораминифер, завитками улиток, створками остракод и других