Волшебники, богохульники, еретики в сетях российского сыска XVIII века - Елена Борисовна Смилянская

Святаго Духа, оказывать помощь и исцелять немощи может» (Там же. Д. 328. Л. 4об.); Bruess G. L. Religion, Identity and Empire: A Greek Archbishop in the Russia of Catherine the Great. Boulder, 1997. P. 163–165.

929

Новицкий О. Μ. Духоборцы: их история и вероучение. С. 224.

930

См.: Маршал Г. П. К вопросу об истории иконоборчеств в Средние века // Анналы на рубеже веков — антология. С. 105–107.

931

Стефан Яворский. Проповеди. Μ., 1804. Т. 2. С. 40.

932

РГБ. Собр. Ундольского. № 1190.

933

ОРКиР НБ МГУ. № 293. Л. 103, 97.

934

Наиболее информативными оказываются комплексы документов по делам Тверитинова и Зимы. Из сохранившихся в деле Тверитинова 64 изветов 29 — от духовных лиц, 20 — от посадских, 14 — от представителей служилого сословия и аристократии, один — от четырнадцати учеников Славяно-греко-латинской академии. В деле Зимы содержатся показания десяти московских ремесленников и крепостных, а также донос дьякона. О прочих вольнодумцах-еретиках удалось собрать значительно меньше показаний: об иноке Павле Жидовине свидетельствовали четыре инока, о тобольском нищем Михайле Антипьеве дали показания пять тобольских горожан (посадские, ямщик и «цеховой»), по делу Гаврилы Сурина свидетельствовали «большое число посадских, драгун и крестьян Урала и Западной Сибири» (Пихоя Р. Г. Общественно-политическая мысль трудящихся Урала. С. 109); в остальных случаях (даже при расследовании дел о молоканах и духоборцах) показания свидетелей единичны.

935

В преимущественном распространении реформационных идей в городах нет ничего уникального (то же происходило в первое столетие Реформации и в Европе; см., например: Whiting R. The Blind Devotion of the People. Cambridge; New York, etc., 1989), но значение городов в социально-экономической жизни европейских стран, захваченных Реформацией, и в XVI в. было больше, чем в России XVIII в. Речь здесь вряд ли может идти о большей пассивности негородского населения. В тот же самый хронологический период Россия имела и иные примеры: старообрядческий протест удерживал живой интерес, сочувствие, преданность не только в городах и полугородских поселениях, но и в деревне.

936

Б. Н. Миронов приводит сведения о численности горожан, определяемых им как «городское сословие»: в 1719 г. — 297 тыс. человек, что составляло 3,9 процента населения; к 1795 г. доля «городского сословия» увеличилась всего лишь до 4,2 процента (Миронов Б. Н. Социальная история России периода империи (XVIII — начало XX в.). СПб., 2000. Т. 1. С. 130).

937

Данные об изветчиках по делу Тверитинова см., например: Смилянская Е. Б. Ересь Дмитрия Тверитинова и московское общество начала XVIII в. С. 47–52.

938

Речь пойдет только о российских городах, потому что до распространения во второй половине века среди однодворцев и казаков Юга России духоборчества у нас нет сведений о деревенских «еретиках», склонных к религиозному критицизму реформационного толка.

939

Андреев А. Н. Западно-христианские вероисповедания и общество в России XVIII в. С. 34.

940

По заключению А. Н. Андреева «русские «ереси» и секты XVIII столетия, оставаясь продуктом национального религиозного творчества и духовного опыта, опосредованно зависели от ряда европейских протестантских учений. Их зависимость определялась не столько миссионерской деятельностью протестантов (хотя полностью отрицать факт протестантской проповеди также нельзя), сколько социально-экономическими и бытовыми контактами с представителями иных конфессий» (там же. С. 44).

941

РГИА. Ф. 796. Оп. 5. Д. 281. Доносчики имели свои основания мстить Беляеву: жену он бил смертным боем, вероятно, за неверность, а шурин был ему должен 10 рублей. Приговор доносителям был строгим: жену Беляева обвинили в блуде, а шурина — в лжесвидетельстве.

942

Записка Леонтия Магницкого по делу Тверитинова. С. 36, 242, 121–122.

943

ГИМ. Собр. Синодальное. № 58. Л. 248—248об.

944

РГАДА. Ф. 371. Оп. 1. Д. 1124. Л. 19. Благодарю О. Г. Усенко, указавшего на это дело.

945

Там же. Л. 243–243об.

946

ТФ ΓΑΤΟ. Ф. 156. Оп. 1. Д. 24 (1748 г.). Л. 4.

947

РГАДА. Ф. 7. Оп. 2. Д. 2530.

948

Панченко А. Μ. Русская культура в канун петровских реформ. С. 162–164.

949

О диспутах Тверитинова подробнее см.: Богданов А. П. Сцены петровского времени. Дмитрий Евдокимович Тверитинов, его друзья и враги. С. 385–466.

950

Записка Леонтия Магницкого по делу Тверитинова. С. 240.

951

Там же. С. 7. О спорах у Магницкого см. также: Лаврентьев А. В. Люди и вещи. С. 84–89.

952

Феолог был учеником братьев Лихудов, занимался переводами с греческого, его связывала тесная дружба с Димитрием Ростовским (Смирнов С. К. История московской Славяно-греко-латинской академии. Μ., 1855. С. 75). Опись келейного скарба умершего в 1734 г. Феолога см.: РГАДА. Ф. 1183. Оп. 1. Д. 148. 1734 г.

953

Доводы «за» и «против» возможного обучения Л. Ф. Магницкого в Славяно-греко-латинской академии приводит А. В. Лаврентьев, он же останавливается подробно на контактах Магницкого с учениками и сотрудниками академии. См.: Лаврентьев А. В. Люди и вещи. С. 72–90.

954

О меценатской деятельности «торгового человека Крашенинного ряда» И. И. Короткого, переводе его «иждивением» на русский язык сочинения Софрония Лихуда см.: Лаврентьев А. В. Люди и вещи. С. 87.

955

Записка Леонтия Магницкого по делу Тверитинова. С. 239.

956

РГАДА. Ф. 7. Оп. 2. Д. 2320.

957

В пылу спора священник указал Латунину на икону Спасителя, сказав: «Вот-де камень», — на что Латунин ответил: «Тут камня нет, а стоит портрет!». Спор, как и во многих других случаях, окончился обвинением Латунина в непочитании икон: «Едакой беззаконник — образ Спасителя называет портретом!» (РГИА. Ф. 796. Оп. 60. Д. 360).

958

ГИМ. Собр. Синодальное. № 58. Л. 248.

959

Записка Леонтия Магницкого по делу Тверитинова. С. 239.

960

РГАДА. Ф. 371. Оп.