Екатерингоф. От императорской резиденции до рабочей окраины - Владимир Иванович Ходанович

она сменила несколько владельцев. С 1950 г. здание стало принадлежать государству, и со следующего года по 1994 г. «Villa Hammerschmidt» являлась официальной резиденцией президентов ФРГ, а с переездом федерального правительства в Берлин за виллой сохранился статус второй резиденции федерального президента страны.

В Германии Л.Е. Кениг являлся активным членом Евангелического церковного общества. С участием Леопольда Егоровича в Бонне построили Kreuzkirche.

Скончался Л.Е. Кениг в собственном доме на Сампсониевской (ныне – Выборгской) набережной 17 декабря 1903 г.

В день погребения Л.Е. Кенига на Волковом лютеранском кладбище «Банковая и торговая газета» сообщила, что скончался «один из солиднейших представителей петербургского купечества, известный не только во всей России, но и за границей „сахарный король“ д.с.с. Леопольд Егорович Кениг. Без всяких средств, без связей выступил он в начале сороковых годов на практическое поприще и теперь оставил состояние, которое даже трудно поддается оценке. <… > Л.Е. Кениг, помимо своего богатства, был известен своим прямым, честным характером и широкой благотворительностью…»[924].

Л.Е. Кениг оставил в денежном выражении имущества на общую сумму 25,8 млн руб. На момент смерти Л.Е. Кениг владел четырьмя «дворовыми местами» с «каменными на них домами, заводами и другими постройками», один – на Выборгской стороне, три – на Васильевском острове.

Л.Л. Кениг

Согласно духовному завещанию Л.Е. Кенига, составленному в 1896 г., своими наследниками «на праве собственности» он назначил своих пятерых сыновей. С историей Чернореченской бумагопрядильни напрямую связан только один из них.

Леопольд Леопольдович Кениг родился 13 мая 1852 г. Образование получил в частной школе, затем – в Германии, в институте города Мангейма. В 1-й купеческой гильдии Леопольд Леопольдович состоял записанным с 1883 г., тогда же стал владельцем Чернореченской бумагопрядильни, сменившей название: «Бумагопрядильня Л. Кениг Младший». Сословные свидетельства и билеты на право торговли и промыслов и промысловые свидетельства 1-го разряда брал по 1903 год. В 1885 г. стал кандидатом в гласные Санкт-Петербургской биржи 3-го разряда, через два года – гласным 4-го разряда.

Леопольд Леопольдович являлся учредителем и почетным попечителем II Нарвского вечернего училища для взрослых рабочих Императорского Русского технического общества. Располагалось оно на Петергофском проспекте. Обучение детей кадровых рабочих, причем бесплатное, осуществлялось в трех классах. Первый считался школой грамотности, второй – ремесленным, третий – «школой мастерства». Для рабочих при училище организовали бесплатные вечерние и «повторительные воскресные классы». 26 февраля 1887 г. «за полезные труды в Императорском Русском техническом обществе по устройству» этого училища Леопольд Леопольдович награжден орденом Св. Станислава III степени. Ранее, 17 июня 1886 г., Л.Л. Кенига от ведомства учреждений Императрицы Марии Федоровны наградили золотой медалью «За усердие» для ношения на шее на Станиславской ленте.

Леопольд Леопольдович состоял почетным старшиною (в 1902 г. – начальником старшин) Громовского детского приюта Святого Сергия. За работу в этой должности 3 августа 1890 г. удостоился ордена Св. Анны III степени. 20 февраля 1894 г. по представлению Совета детских приютов он вновь награжден – орденом Св. Станислава II степени.

Л.Л. Кениг в 1890-х гг. входил в благотворительное Общество вспомощения бедным при церкви Св. Великомученицы Екатерины на Петергофском проспекте, прихожанами которой были рабочие его бумагопрядильной фабрики.

Весной 1897 г. министр финансов С.Ю. Витте, учитывая ходатайство вел. кн. Константина Константиновича, подписал представление на звание коммерции советника, в котором указывалось, за какие заслуги представляется Л.Л. Кениг к званию. Сославшись на мнение великого князя Константина Константиновича, что Л.Л. Кениг прилагает «особую заботливость» об образовании рабочих бумагопрядильни и их детей, что выражается в ежегодных пожертвованиях на это «весьма значительных сумм», привел факт, что в 1895 г. Кениг обязался вносить по 750 руб. ежегодно на содержание «особаго отделения» детской школы и обеспечить пожертвование от 10 до 15 тыс. руб. на постройку помещения для ремесленного училища Императорского Русского технического общества. И в заключение представления министра финансов: «Владея обширной бумагопрядильней, обороты коей простираются до 2 милл. руб. в год, Кениг постоянно стремится к развитию и усовершенствованию производства своей мануфактуры»[925].

21 мая 1897 г. Николай II подписал Указ Правительствующему Сенату, в котором указывалось: «По засвидетельствованию Министра Финансов о полезной деятельности на поприще отечественной торговли и промышленности» купца 1-й гильдии Леопольда Кенига «Всемилостивейше жалуем его в Коммерции Советники»[926].

13 декабря 1897 г. Л.Л. Кениг направил в Департамент герольдии Правительствующего Сената прошение о причислении его, жены и девятерых детей к потомственному почетному гражданству и о выдаче установленной грамоты на это звание – «на том основании», что 15 июля 1897 г. стал кавалером ордена Св. Анны II степени[927].

Леопольд Леопольдович состоял членом Санкт-Петербургского речного яхт-клуба, входил в Общество любителей породистых собак, созданного по инициативе кружка охотников, в числе которых были профессора Санкт-Петербургского университета, ставившего своей уставной целью распространение и улучшение породистых собак, главным образом охотничьих.

Под конец жизни Леопольд Леопольдович поселился вместе со своими детьми в собственном доходном доме, возведенном в 1911-1912 гг. архитектором К.К. Шмидтом на Кронверкском проспекте. Умер в Германии, в январе 1912 г.

Кенигам принадлежал и ряд построек на Лифляндской улице. В 1856-1876 гг. Н.В. Трусов получил разрешение на строительство на дворовом участке Л.Е. Кенига сооружений, которые до нашего времени не сохранились. Например, каменной «со сводами» прачечной, деревянной оранжереи на каменном фундаменте, по Лифляндской улице – каменного забора с воротами, двухэтажных каменных кладовых, сарая, 3-этажного «каменнаго отхожаго места» (1856 г.). В 1858 г. – каменного дома и трехэтажного каменного флигеля, надстройку двух этажей над кладовыми. Деревянного сарая «для сбережения от дождя кокса» (1860 г.); деревянной оранжереи с каменными пристройками (1861 г.); одноэтажных служб (за сахарным заводом) и каменных амбаров (по Лифляндской улице) (1862 г.); устройство деревянной помойной ямы (1873 г.), прачечных, каменной одноэтажной теплицы на месте одноэтажного деревянного сарая для складирования парниковых рам; деревянного «среди двора отхожаго места», «для приходящих общие деревянные ретирадные места» (т. е. отхожие места), двух навесов (1876 г.).

В мае 1875 г. Управа, рассмотрев представленные Н.В. Трусовым планы и чертежи, дала разрешение на постройку трех деревянных на каменном фундаменте двухэтажных жилых домов «совершенно одинаковой конструкции по одному и тому же плану и фасаду», с условием, чтобы «при отхожих местах были устроены надлежащая вентиляция и наружные выгреба». На чертеже Н.В. Трусова эти три дома по 25-метровому фасаду имели шесть окон, фронтон с двумя окнами, с задней стороны – два входа. Один – слева – вел в нужник (туалет), на лестничную площадку и в кухню, правый – в сени, из них одна дверь вела в туалет, вторая дверь – на лестничную площадку. По две кухни с плитами располагались на обоих