Екатерингоф. От императорской резиденции до рабочей окраины - Владимир Иванович Ходанович

г. – 148 человек. В 1863 г. на каждую петербургскую фабрику приходилось в среднем 164 рабочих. То есть «лифляндский» сахарный завод Кенига до 1867 г. занимал второе место (на первом месте были прядильные предприятия – 520 человек).

Выработка завода в стоимостном измерении составляла 2856 тыс. руб. в 1862 г., 3382 тыс. руб. в 1863 г., что составляло более 80 % заводов иных столичных заводов вместе взятых (а с заводом на Выборгской стороне перекрывала эти фабрики более чем на 50 %). В последующие годы сумма выработки составляла в среднем 3 млн руб.

Л.Е. Кениг успешно участвовал в своей первой мануфактурной выставке. «Мануфактурный Совет, по разсмотрении донесений экспертных комиссий, назначенных для суждения о достоинстве изделий, представленных на С. Петербургскую мануфактурную выставку 1861 года <…> положил признать достойным 1-й гильдии купца <…> Кенига, за сахар рафинад, большой серебряной медали.

Министр Финансов, утвердив таковое положение Мануфактурнаго Совета и назначив 1-й гильдии купцу Льву Кенигу вышеупомянутую награду, имел счастие доводить о том до Высочайшаго Его Императорскаго Величества сведения.

В удостоверении сего Департамент Мануфактур и Внутренней Торговли <…> выдает 1-й гильдии купцу <…> Кенигу сей диплом на означенную медаль, изображение которой он может <…> помещать при клеймах на своих изделиях. <…>»[918].

В 1859 г. Л.Е. Кениг избран членом Императорского Вольного экономического общества и причислен ко 2-му его отделению (ремесленные и фабричные производства). По уставу 1859 г., предложение об избрании в члены Общества поступало в его Совет. После одобрения им предложения имя кандидата с «означением» предлагающих его членов Общества (письменно и от трех человек) выставляется в зале совета, и собрание проводило баллотировку. Избрание признавалось действительным, когда за кандидата проголосовала более чем половина общего собрания, но не менее чем 20 голосов. При получении диплома Общества его члены вносили в кассу Общества или 100 руб. единовременно, или 50 руб. единовременно и по 10 руб. ежегодно в течение пяти лет. Почетные члены и сотрудники (корреспонденты) к денежному взносу не обязывались. Собрания Общества подразделялись на обыкновенные, чрезвычайные, годовые и торжественные. Обыкновенные проводились ежемесячно с сентября по май месяцы. Вместе с Л.Е. Кенигом членом Общества стал и архитектор Н.В. Трусов.

Летом 1869 г. Л.Е. Кениг подал прошение о принятии в русское подданство. Александр II принял положительное решение, приняв во внимание отзывы и генерал-губернатора Великого княжества Финляндского, и Министерства финансов. 28 октября 1869 г. Л.Е. Кениг «был ВСЕМИЛОСТИВЕЙШЕ принят в русское по Великому Княжеству Финляндскому подданство, с женою Иоганною-Каролиною и их несовершеннолетними сыновьями Эрнстом-Карлом, Георгом-Леопольдом, Александром-Фердинандом и Фридрихом-Георгом»[919].

В 1860 гг. Л.Е. Кениг приобретает на Лифляндской улице еще несколько участков, а в 1874 г. в Харьковской губернии – первое свое значительное имение. К началу ХХ в. Леопольду Егоровичу принадлежали «земельные имения с экономическими на них постройками, заводами, промышленными заведениями, лесами, водами и другими угодьями» в Ахтырском (семь сел, один хутор), Лебединском (три села и луга) и Богодуховском (15 сел, деревень и хуторов, а также урочища и дачи) уездах Харьковской губернии. На этих землях – площадью свыше 40 тысяч гектаров – располагались свеклосахарный (песочный) и рафинадный завод «Тростянецкий», две паровые мельницы для производства крупы, канатный завод, три винокуренных и два кирпичных завода и др. Имелись также конный завод и фермы. Предприятия приобретались и переоборудовались в период 1874-1896 гг. В 1908 г. на Международной строительнохудожественной выставке продукция паркетной фабрики (имение Тростянец, ныне – Сумская область Украины) удостоилась Большой золотой медали. Личное имение Л.Е. Кенига находилось в местечке Шаровка, около 60 км от Харькова. Дворец и часть парка сохранились. Управлял имениями один из сыновей Леопольда Егоровича – Фридрих-Георг.

В 1875 г. вышли ставшие приложением к уставу Санкт-Петербургской биржи (1832 г.) «Временные правила». Они вводили собрания гласных, и ими могли стать только купцы 1-й гильдии. Общие собрания гласных выбирали комиссии для рассмотрения вопросов торговой и финансовой деятельности, принимали решения по покупке и продаже фондов и акций по столичной бирже, правила компенсации векселей, порядок определения сроков отправки экспортных товаров и др. В 1889 г. Л.Е. Кениг вступил в кандидаты гласные 3-го разряда, через три года стал гласным (этого же разряда).

Леопольд Егорович Кениг являлся также попечителем «по благотворительным капиталам» Санкт-Петербургской биржи[920].

В феврале 1880 г. министр финансов, почетный член Санкт-Петербургской Академии наук С.А. Грейг направил ходатайство перед Александром II о пожаловании звания коммерции советника ряду лиц. Пятым в списке числился санкт-петербургский и фридрихсгамский 1-й гильдии купец Леопольд Кениг.

В этом же списке был потомственный почетный гражданин, московский купец 1-й гильдии (с 1863 г.) Павел Третьяков. 19 февраля того же года министр написал Л.Е. Кенигу:

«Милостивый Государь Леопольд Егорович!

Государь Император, по всеподданейшему докладу моему о полезной деятельности Вашей на поприще торговли и промышленности, Всемилостивейше соизволил в 19-й день сего Февраля, пожаловать Вам звание Коммерции Советника <…>»[921].

16 июля 1884 г. за «пожертвование 100 тыс. рублей на нужды церковно-приходской школы» Л.Е. Кениг удостоен чина статского советника.

4 января 1890 г. по указу Александра III Сенат заслушал рапорт министра финансов, в котором говорилось, что «Государь Император, по всеподданейшему докладу его, Министра Финансов, о полезной деятельности и особых заслугах Статскаго Советника Кенига Всемилостивейше соизволил, в 15 день минувшаго Декабря, пожаловать ему чин Действительнаго Статскаго Советника»[922].

Более престижным, чем получение купеческого звания, в среде предпринимателей считалось получение звания почетного гражданина – личного или потомственного. С 1865 г. эту сословную принадлежность могли приобрести купцы, которые «беспорочно» пребывали в составе 1-й гильдии не менее двадцати лет. Леопольд Егорович имел звание потомственного почетного гражданина.

По мнению пристава 3-го участка Нарвской части, Л.Е. Кениг был «достаточно говорящий по-русски»[923].

В 1892 г. Л.Е. Кениг, вместе с другими купцами немецкого происхождения, пожертвовал 6 тыс. руб. на строительство очередного здания «Александровской мужской больницы, учрежденной гражданами Германской империи в Санкт-Петербурге», считавшейся одной из лучших в столице. Вместе с главой товарищества нефтяного производства «Братья Нобель» и торгового дома «Людвиг Нобель» Э. Нобелем и членом правления акционерного общества «Зигель К.» К.Б. Зигелем Л.Е. Кениг принял участие в устройстве Александрийского женского приюта. На собранные среди прихожан средства на обширном участке Васильевского острова (Большой пр., 51), построили здание приюта, его торжественное открытие и освящение состоялось 7 марта 1899 г.

В 1868 г. Л.Е. Кениг (неоднократно посещавший европейские столицы и курорты), будучи в Германии, приобрел в Бонне виллу на Кобленцерштрассе, в 1870-е гг. ее перестроили. Л.Е. Кениг владел виллой до 1899 г., когда продал ее предпринимателю Р. Хаммершмидту (знал его по Санкт-Петербургу), который владел виллой до 1928 г., затем