Ненужная жена красного дракона - Виолетта Весна

— Вы не пойдёте.

— Пламя Ардент нужно в круге.

— Вы дадите его через связь.

Он посмотрел на неё.

— Снова?

— Да.

— Я слишком слаб.

— Вы живы.

— Этого мало.

Она наклонилась ближе.

— Для меня — нет.

Его глаза вспыхнули.

— Элиана

— Не умирайте, Райгар. Это приказ, просьба и угроза одновременно.

Он почти улыбнулся.

— Сложный документ.

— Подпишите кровью потом.

Она коснулась его губ коротко.

Не как в покоях. Не осторожный вопрос.

Как обещание вернуться к этому, если мир позволит.

Райгар закрыл глаза на миг.

Потом красное пламя поднялось из его ладони и обвилось вокруг алой нити на её запястье.

— Возьми путь, — сказал он.

— Не силу. Путь.

— Да.

Элиана встала.

Малгрей уже спускался по лестнице, окружённый тенями. Моргрейн над ним раскрывал крылья, и с каждым ударом его древней магии корни Альтарона проседали глубже. Если они не успеют, Престол Первого Пламени проснётся полностью.

И тогда война четырёх ветвей станет не угрозой, а началом новой эпохи.

Они бросились к залу пламени.

Кайрен и Мирена прикрывали путь. Теренс бежал рядом с Элианой, лицо белое, но шаг твёрдый. Райгар остался на площади под защитой нескольких стражников и шкатулки Лиары, но его пламя тянулось за Элианой по алой нити, как тонкая живая дорога.

В зале пламени было жарко.

Центральная чаша горела неровно. Вокруг неё Ольвен начертил круг: четверо мест, отмеченных разными знаками. Красное крыло. Серебряная снежинка. Серая ветвь. Капля крови.

Айрис стояла рядом с посохом, который явно был ей велик.

— Я держала круг, пока магистр ругался с книгой!

— Я не ругался, — возмутился Ольвен.

— Я уточнял формулу.

— Вы называли её упрямой старой гадиной.

— Это была точная научная оценка.

Кайрен, вбегая следом, сказал:

— Как приятно вернуться к нормальности.

Зал тряхнуло.

Из пола поднялась чёрная трещина.

Голос Малгрея донёсся снизу:

— Поздно.

— Он идёт через корни, — сказал Ольвен.

— Замыкаем круг сейчас!

Элиана встала у серой ветви.

Серебряный нож положила на знак снежинки.

Теренс подошёл к капле крови. Рука его дрожала, но он достал кинжал.

Кайрен нахмурился.

— Насколько много крови?

Ольвен поморщился.

— Желательно не смертельно много.

— Вы умеете успокаивать хуже меня.

Теренс полоснул ладонь и опустил кровь на знак.

Круг вспыхнул.

Элиана подняла запястье с алой нитью.

— Райгар.

Красное пламя пришло.

Не из чаши.

Из связи.

Оно прошло через неё, но не обожгло. Легло на знак крыла, вспыхнуло чисто и высоко. В этот миг Элиана почувствовала Райгара на площади: боль, слабость, упрямство, любовь, которую он больше не прятал даже от себя.

Серебряный нож памяти поднялся в воздух.

Из него вырвался холодный свет. На мгновение в зале возник образ Сайлы Ильс — не телом, а памятью её дара.

— Серебряная ветвь свидетельствует, — произнёс её голос.

— Моргрейн был связан не смертью, а клятвой. Клятва нарушена тем, кто пытался открыть Престол через ложь.

Ольвен быстро произнёс слова древнего обряда.

Круг вспыхнул четырьмя цветами.

Малгрей появился в дверях.

За ним — тень Моргрейна, огромная, невозможная, с крыльями, расползающимися по стенам.

— Думаете, старые формулы спасут вас? — спросил архонт.

— Я изучал их дольше, чем вы живёте.

Элиана посмотрела на него через свет круга.

— Поэтому вы и проиграете.

Он усмехнулся.

— От невежества?

— От уверенности, что знание принадлежит тому, кто умеет его украсть.