Легендарные королевы. Екатерина Арагонская, Елизавета I Английская, Екатерина Великая, Шарлотта Мексиканская, Императрица Цыси - Кристина Морато

III, Максимилиану, французскому лейтенанту Жозефу Лойзелю, Леопольду II и множеству французских генералов. Эти страницы, полные маниакального бреда, мании величия и садомазохистских фантазий, были посвящены ее воспоминаниям о Мексике – «самым счастливым в жизни», как она писала.

Почти каждый день она сочиняла от одного до двадцати душераздирающих писем, которые никогда не были отправлены, но которые дают представление о ее воображаемом мире, уже недоступном пониманию, поскольку ее психика была глубоко нарушена. В одном из писем, адресованном генералу Дуэ, она признавалась: «Я была беременна девять месяцев искуплением Дьявола, девять месяцев Церковью, а теперь я беременна Армией; примите у меня роды в октябре».

В других письмах она выражала желание отказаться от своей женской сущности, поскольку именно пол, как она считала, помешал ей по-настоящему управлять своей империей. «Я хочу быть мужчиной. Если бы я им была, Керетаро не пал бы», – писала она. А доктору Делае она приказывала: «Придите ко мне в комнату сегодня вечером между половиной восьмого и восемью часами и выпорите императрицу Мексики, разорвите ее, я больше не хочу быть ею».

Первого мая 1869 года Шарлотта вновь вернулась в замок Тервюрен, где ее бредовое состояние усугубилось. После четырех месяцев лихорадочной писательской активности она словно освободилась и еще глубже ушла в себя. За редким исключением она больше никогда не писала. После этих нервных кризисов врачи собрали родственников, чтобы сообщить окончательный диагноз: императрица страдала от преждевременного слабоумия (сегодня известного как шизофрения), и они не верили в возможность ее выздоровления.

Тем не менее всех поражали ее крепкое здоровье и помолодевший вид – она держала себя в форме и хорошо питалась. Здесь, в Тервюрене, она прожила почти десять лет со своим маленьким двором, состоявшим из сорока человек, окруженная утонченной роскошью. При ее дворе соблюдался протокол, достойный ее титула, к чему она относилась с большим вниманием. Несмотря на болезнь, Шарлотта сохраняла горделивую осанку и не забывала, что она – коронованная особа. «У меня был супруг – император и король, – говорила она своим фрейлинам. – Великий брак, а потом – безумие, безумие, вызванное обстоятельствами».

Третьего марта 1879 года в Тервюрене случился сильный пожар, и Шарлотту перевели в замок Бушу, где она жила до самой смерти. В этой средневековой крепости, превращенной в сказочный замок у пруда, Шарлотта медленно погружалась в самую темную ночь. Хотя иногда у нее бывали спокойные периоды, приступы ярости случались все чаще: она разбивала посуду, рвала платья, вырывала себе пряди волос. Когда она затихала, то играла на фортепиано, вышивала и разговаривала сама с собой о Мексике и Максимилиане – своих главных навязчивых идеях. В ее комнате висел портрет императора, на который она по-прежнему смотрела с восторгом в холодные зимние ночи.

Постепенно она все больше отдалялась от реальности, не зная, что все участники ее трагедии уже умерли. Когда ее навещала семья, в редкие минуты ясности она извинялась за вспышки раздражения и приступы и говорила: «Не обращайте внимания, если мы говорим глупости; мы ведь старые, мы глупые, мы сумасшедшие… Сумасшедшая все еще жива, мадам, вы находитесь в доме безумной». Принцесса Шарлотта Бельгийская, императрица Мексики, скончалась 19 января 1927 года в семь часов утра от воспаления легких. Ей было 86 лет, и последние шесть десятилетий своей одинокой жизни она провела в компании теней своего бурного прошлого. Придворная дама, находившаяся у ее постели, записала таинственные слова, которые императрица прошептала перед тем, как испустить последний вздох: «Все это закончилось, и выхода не будет». Мексика по-прежнему оставалась в ее мыслях.

После ее смерти двери замка Бушу впервые открылись для публики, чтобы народ мог проститься с императрицей. Ее лицо было спокойным, на голове у нее был кружевной чепец, а в руках она держала четки. На похоронах ей были оказаны воинские почести, а гроб, покрытый флагами Бельгии и Мексики, в сопровождении шестерки черных лошадей под густым снегопадом был доставлен в усыпальницу бельгийской королевской семьи в Лакене, ее родном городе.

Там она обрела покой рядом со своим любимым отцом Леопольдом I и матерью, которая так рано ее покинула. Когда-то Шарлотта уже простилась с Максимилианом, которого в своих бредовых видениях называла «владыкой Земли и повелителем Вселенной». Узнав о его казни, обезумев от боли и бессилия, она написала: «Во всем виновата я, мой дорогой возлюбленный. Но теперь я счастлива. Ты победил! Ты – часть победы Бога над злом… Твои глаза смотрят на меня, где бы я ни была, и я слышу твой голос повсюду».

Королевский дворец на Пьяцца-дель-Дуомо в Милане

Ее Величество Мария Шарлотта, императрица Мексики. 1867

Замок Мирамаре в окрестностях Триеста, построенный архитектором Карлом Юнкером в 1856–1860 по заказу эрцгерцога Максимилиана и Шарлотты Бельгийской

Цезарь дель Аква

Мексиканская делегация провозглашает Фердинанда Максимилиана Австрийского императором Мексики. 1867

Исторический музей замка Мирамаре

Максимилиан I, император Мексики

Отпечаток со стеклянного негатива, сделанного во время плавания в Мексику Андрью Баргессом. Около 1864

Сантьяго Ребулл

Портрет императрицы Шарлотты. 1867

Национальный институт изобразительных искусств и литературы, Мехико

Чапультепекский дворец. 1880

Гибель Максимилиана, императора Мексики

Типография Imagerie d’Épinal

Фотоателье Disdéri

Шарлотта, императрица Мексики

Архивы Королевского дворца в Брюсселе

Императрица Цыси

«Она сильна, умна, могущественна и властна, создана для управления страной: восседая на троне, без лишних прикрас, она не выглядит на свой возраст, а рядом с ней – молодой император, не вызывающий ни восхищения, ни уважения, смотрит на нее, как ученик на учительницу, боясь получить выговор. Печальное зрелище, но сомнений нет, кто правит Китаем».

Г. Ф. Браун, военный атташе Великобритании в Пекине

Наложница на китайском троне

Будущая императрица Цыси появилась на свет зимой 1835 года. Ее назвали Орхидеей. Это была красивая и здоровая девочка с очень светлой кожей и темными миндалевидными глазами. Но, поскольку она была девочкой, ее имя не считалось важным, и в официальных записях ее зарегистрировали как «женщина из семьи Нала».