Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев

с другом дорожными путями, по которым как раз и перемещалась паломница из Галлии. Регулярные гарнизоны, о которых говорит Эгерия, определенно защищали подотчетную им местность от набегов арабских племен, неслучайно Эгерия утверждает, что воины охраняли её во время передвижения по землям, вблизи которых проживали арабы. Конечно же, арабские кочевники беспокоили своими набегами территории пограничных римских владений, поэтому местная римская администрация приняла решение разместить в регионах, близких к местам обитания арабов, регулярные гарнизоны.

Другой вопрос, логично связанный с нашим сюжетом: когда именно регулярные подразделения разместились в указанных регионах? На наш взгляд, размещение войсковых сил произошло как раз после нашествия арабов Мавии и по причине её нашествия, в подтверждение нашего вывода приведем сведения малоизвестного агиографического источника, на этот раз греческого, который известен под названием «Рассказ Аммония».

Как убедительно доказал У. Уорд (с учетом выводов всей предшествующей историографической традиции), данный текст повествует о нападении арабских племен на земли Синайского полуострова, которое произошло в период правления Валента, т. е. между 364 и 378 гг. Согласно наблюдениям У. Уорда, в исследовательской литературе до сих пор нет единства мнений по вопросу о том, когда был написан этот текст, — либо в VI в., либо в конце IV в., тем не менее позиции исследователей сходятся во мнении о том, кто мог написать «Рассказ Аммония»: скорее всего, автором текста был монах одного из монастырей, располагавшихся на Синае[736].

Согласно сведениям текста, «внезапно, после того как умер начальник племени, на нас обрушилось полчище Сарацин» (άφνω έπιρρίπτει ήμίν πλήθος Σαρακηνών, άποθανόντος του κρατούντας τήν φυλαρχίαν)[737]. По словам автора текста, несколько чудом выживших после нападения монахов, среди которых был и Аммоний, главный герой жития, в страхе бежали в некую крепость (κατέφυγον έπί τό οχύρωμα)[738], спасаясь от преследователей. Судя по всему, арабы вторглись в южные регионы полуострова, поскольку автор упоминает, что через некоторое время Аммоний и его спутники прибыли к склонам знаменитой горы Синай (του άγιου Όρους — 'святая Гора')[739], которая располагается в южной части полуострова, надеясь укрыться там от грабительских полчищ сарацин; когда кочевники настигли монахов, внезапно все небо потемнело и с вершины горы на арабов обрушились молнии, испепелившие многих из них, те же арабы, кто уцелели, в страхе обратились в бегство.

На основании сведений данного источника мы можем заключить, что арабы, вторгшиеся на территорию Синая, были теми самыми арабами, которые находились под властью Мавии. Все источники, содержащие сведения о Мавии, четко сообщают, что она начала свои вторжения после того, как умер её муж, возглавлявший арабов ранее (PRLE I, р. 569, sv. Mavia), и в этой связи важно подчеркнуть, что в «Рассказе Аммония» тоже упоминается некий лидер арабов, после смерти которого они совершили свой грабительский набег на Синай. Следовательно, на наш взгляд, тем умершим лидером как раз и был муж Мавии, после смерти которого она приняла царскую власть над сарацинами: Созомен, цитированный выше, неслучайно говорит, что арабы под руководством Мавии разграбили земли от Сирии до дельты Нила, в том числе и регионы Синайского полуострова. Арабские племена неизбежно должны были пройти через земли Синая, чтобы затем вторгнуться в дельту Нила, поэтому, на наш взгляд, автор «Рассказа Аммония» сообщает о том этапе передвижений кочевников, когда они располагались на территории полуострова.

Еще один принципиальный момент — скорее всего, вторжение арабов в пределы Синая произошло по той причине, что к концу 370-х гг. в этом регионе еще не было регулярных римских войсковых гарнизонов, их отсутствие как раз и позволило арабам практически беспрепятственно добраться до горы Синай на юге полуострова. Следовательно, урегулировав взаимоотношения с Мавией и заключив с ней мирный договор, местная римская администрация предпочла разместить на Синайском побережье Красного моря, а также в районе дельты Нила группу регулярных войсковых подразделений, которые выполняли свою службу в крепостях. Относительно же укрепления, упоминаемого автором «Рассказа Аммония», мы можем заключить, что оно не представляло собой профессионального оборонительного сооружения и не выполняло каких-либо специальных военных функций: скорее наоборот, данная постройка служила просто временным убежищем для монахов и в её пределах не располагались какие-либо войсковые подразделения.

Собственно, отсутствие в этом «укреплении» профессионального войскового гарнизона как раз и послужило причиной дальнейшего бегства монахов уже к горе Синай, где они, обратившись к Богу с молитвами о спасении, согласно тексту, получили долгожданную защиту и помощь. Как результат, сопоставив сведения «Рассказа Аммония» и «Путешествия Эгерии», мы можем предположить, что после 376–377 гг., когда был заключен мирный договор с Мавией и набеги арабов временно прекратились, римские власти поспешили соорудить в самых южных регионах ближневосточного фронта новые крепости и разместить в них профессиональные войсковые гарнизоны на случай дальнейших возможных вторжений со стороны арабов.

Т. Паркер пришел к выводу, что многие пограничные укрепления, располагавшиеся в Южной Сирии, Палестине, Финикии и Аравии Петрейской в течение IV в., в реальности были построены не с целью защиты этих регионов от набегов арабов, а для контроля над перемещениями местного населения указанных территорий: другими словами, по мнению исследователя, многие крепости располагались вдоль крупных дорог для контроля над передвижениями местных жителей, на тот случай, если те поднимут восстание против римской власти. Вместе с тем, как отмечает Т. Паркер, непосредственно вблизи территории проживания арабов римская администрация тоже возводила крепости, но в меньшем количестве и в меньших масштабах[740].

Как отмечает П.-Л. Гатье, в нескольких крепостях, располагавшихся вблизи современного Дамаска, на территории Финикии, размещались мобильные конные вексилляции, сформированные из арабов[741], тем не менее, на наш взгляд, привлечение группы арабских племен на службу в римскую армию не решало проблемы защиты ближневосточной границы. Мы можем согласиться с позицией Т. Паркера, поскольку, во-первых, численность арабских племен, не подчинявшихся римской администрации, была намного выше численности племен, желавших заключить союз с римлянами. Соответственно, на наш взгляд, местная римская администрация в любом случае не смогла бы соорудить такого количества крепостей и разместить в них такое количество войск, чтобы эффективно оборонять ближневосточный фронт от массовых (подчеркнем — именно массовых) арабских вторжений.

Во-вторых, если внешних крепостей было меньше, чем внутренних, неудивительно, что войска Мавии быстро прорвали защиту границы и вторглись уже во внутренние земли провинций. Фактически, с учетом выводов Т. Паркера, мы можем признать, что первоначально кочевники под властью Мавии прорвали внешнюю линию обороны, внутренние же крепости, в силу отсутствия у них профессиональных военных функций, не смогли справиться с численно превосходившим противником.

Ф. Мейерсон высказал идею о двух уровнях обороны позднеримских ближневосточных провинций в IV–V вв.: