Брак и семья в средние века - Фрэнсис Гис

class="p1">Итак, в римском мире на месте распавшегося политического единства возникло единство религиозное. На брак и семью римляне, варвары и христиане смотрели одинаково в нескольких важных аспектах: первостепенное значение семейной ячейки, запрещение инцеста, необходимость экзогамии. Римляне и варвары сходились в признании более высокого статуса мужчин и власти мужчины — главы домохозяйства; христианство слабо возражало против того и другого. Римское право настаивало на взаимном согласии супругов на брак; церковь соглашалась с этим. Римляне и варвары имели много общего в ритуалах обручения и брака, как и в общей тенденции перехода от покупки невесты к ее обеспечению. Церковь подтвердила оба важнейших момента брачной церемонии: ее публичный характер и обеспечение невесты, и добавила к ним духовную составляющую — обязательное освящение таинства.

Римляне и варвары давали мужу широкую возможность прервать брак, а римское законодательство пришло к тому, чтобы наделить этой свободой и женщин. Церковь резко оспорила и то, и другое и настояла на нерасторжимости брака. Римляне придавали большое значение потомству в интересах роста населения; варвары мало, если вообще интересовались этим вопросом; церковь также не волновало население в целом, но по своим собственным гуманным и теологическим причинам она противилась детоубийству, абортам и контрацепции. Варвары и римляне давали мужчинам сексуальную свободу; церковь запрещала ее, но все они в унисон отказывали в сексуальной свободе женщинам.

В учебниках XIX в. «падение Рима» безоговорочно датировалось 476 г. н. э., годом, когда последний римский император, правивший в Западной Римской империи, отрекся от своего не слишком значительного трона. Современные историки предпочитают считать началом Средневековья круглую дату 500 г. Ни одно конкретное происшествие не играет здесь решающей роли, хотя при переходе от Древнего мира к Средним векам происходило множество событий. С точки зрения брака и семьи сущностью изменений был переход от жизни при римских, варварских или смешанных политических, экономических и социальных порядках к жизни в условиях новой системы, которая сохраняла некоторые из старых элементов, отвергала другие и изобретала новые. На протяжении последующей тысячи лет европейское общество развивалось в направлении новой эры, вовлекая индивида и семью в катаклизмы исторического развития, которое более ясно мы начинаем различать только сейчас.

II

РАННЕЕ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ

Глава 3

ЕВРОПЕЙСКАЯ СЕМЬЯ: 500–700 годы

Одно из наиболее значительных социально-экономических преобразований, пережитых западным обществом и имевших далеко идущие для истории семьи последствия произошло в самом начале Средневековья. Однако оно не привлекало внимания, протекало как бы за сценой и осталось практически недокументированным. В поздней Римской империи на обрабатываемой земле преобладали огромные плантации, обслуживавшиеся рабами (латифундии). К 700-м годам, когда, по словам Жоржа Дюби, сельский ландшафт предстает перед историками «внезапно залитый светом»[104], гигантские плантации исчезли и были повсеместно заменены одиночными хуторами или их скоплениями.

Это масштабное изменение отметило начало долгой эволюции, продолжавшейся на протяжении всего Средневековья, в ходе которой отдельный крестьянин и крестьянская семья прошли путь от рабства через серваж к свободе, а рабское общество преобразовалось в свободное общество. Эмансипированный класс крестьян образовал основной человеческий материал европейской цивилизации[105].

Как именно происходили эти преобразования, остается туманным. Неясно даже значение терминов, которыми обозначался статус крестьянина и которые могли бы объяснить происхождение крестьянства. Одним из главных рычагов перемен была, видимо, революция в организации труда. На смену прежним огромным полям латифундий, которые обрабатывались рабами, объединенными в группы, пришли небольшие земельные поля или наделы, на которых работали малые семьи, выплачивая владельцу земли ренты в форме барщины и части урожая. Главной причиной этой революции могло быть увеличение стоимости рабов в поздней Империи и просыпающееся осознание неэффективности рабского труда. Повышение производительности труда было результатом не только изменения мотивации людей, работающих для собственного блага, но и преимуществ внутренней организации крестьянской семьи перед группой рабов. Постепенно усердные крестьянские семьи приобретали моральное — в средневековых терминах «обычное» — право на использование земли, право, которое они передавали своим детям.

Второй причиной изменений была колонизация, заселение свободными или рабами невозделанных земель. Колонисты расчищали, улучшали и окультуривали землю в обмен на право семьи постоянно ее использовать. Они должны были платить ренту и нести повинности в пользу того, кто основал поселение, но и здесь существовало убеждение, что земля наследуется семьей колониста[106].

Различное происхождение и статус крестьян, работающих в новых небольших хозяйствах, отразились в разнообразии латинских терминов, использовавшихся для их обозначения. Liber был свободным человеком. Servus или manicipium происходил из рабов. Colonus, нововведение римского права, был свободным, но пожизненно привязанным к поместью. Lidus занимал промежуточное положение; он мог вести род от воина-варвара, посаженного на землю римлянами. Статус несвободного крестьянина был новым в социальной структуре, неизвестным ранее ни римлянам, ни варварам. И хотя на протяжении нескольких столетий в документах продолжал использоваться римский термин servus «раб», лицо, к которому он относился, было уже не рабом, а сервом. Главным правом серва, которым никогда не обладал раб, было право обрабатывать землю для своих собственных потребностей, определять время обработки земли и организовывать как свой собственный, так и труд своей семьи[107].

В нашем распоряжении нет источников, которые бы рассказали нам о размере и структуре семей, работавших в VI–VII вв. в небольших хозяйствах. Единственное, в чем можно быть уверенным, это то, что семья-домохозяйство становилась основной экономической ячейкой в сельском хозяйстве. Однако, существуют другие источники информации об этих формирующих эпоху Средневековья столетиях, и они проливают свет на многие стороны семейной жизни. Эти источники распадаются на пять категорий:

1. Постановления церковных соборов, которые свидетельствуют об изменениях в требованиях церкви к поведению в семье и косвенно отражают обычаи, с которыми церкви приходилось иметь дело.

2. Невероятное количество исповедальных руководств, известных как пенитенциалии, которые возникли в VI в., процветали в раннем Средневековье и вышли из употребления после 1000 г. Монахи составляли их для наставления священников-исповедников и перечисляли в них, за какие грехи надлежит устанавливать наказания и какие именно; пенитенциалии не имели канонического авторитета, но пользовались огромной популярностью и потому сохранились в большом числе. Нередко они включали в себя варварские законы и обычаи. Как и постановления церковных соборов, пенитенциалии и описательны, и предписательны; они указывают на те ситуации, которые, по мнению монахов, требовали исправления, и определяют желаемое поведение. Предписанные наказания категоричны: за такой-то грех — такое-то наказание, обычно пост или воздержание от половых сношений. Следуя германским законам, пенитенциалии часто устанавливали штрафы за нанесение повреждений[108].

3. Германские судебники, большинство из которых впервые было записано в этот