Детские эмоции - Виктория Александровна Шиманская

сама идея игры была за последние годы растиражирована и многократно искажена. В книгах и тетрадках по развитию интеллекта ребенка можно встретить приглашение: «Давайте поиграем», а под ним – прописи, которые нужно сопровождать песенкой, и картинки, которые нужно скопировать по образцу. Опытный педагог и психолог воскликнет: да где же здесь игра? Игры-то уже и нет…

Скептик:

– А почему прописи не могут быть игрой? Или все-таки могут? И что тогда делает игру игрой?

Когда мы говорим «игра», то часто имеем в виду определенный законченный сюжет или набор правил (игра в мяч, игра в нарды, игра в кости и т. д.). Но поначалу в действиях малыша прослеживаются лишь отдельные элементы игровой деятельности, тоже крайне ценные и показательные. Они проявляются достаточно рано, и то, что их характеризует, – попытка обобщения, осмысления, проектирования реальности.

Вот малыш старается взять в руки погремушку. Берет ее неловко, она падает, малыш снова тянется за ней, снова роняет… Похоже, он очень увлечен, но его деятельность – это освоение навыка. Для игры здесь не хватает моделирования. А вот малыш снимает с себя шапку, пытается надеть обратно на голову, у него ничего не получается, и тогда он начинает надевать шапку себе на ногу, на руку, на погремушку. Все это его увлекает и забавляет, возможно, он даже хохочет, когда то, что обычно носят на голове, оказывается у него на пятке или в другом неожиданном месте. В обоих случаях описаны ситуации предметно-манипулятивной деятельности ребенка, но во втором малыш на один важный шаг приближается к игровой деятельности, так как он демонстрирует: а) понимание модели (если шапка, то она должна быть на голове); б) слом модели (а мы возьмем да и наденем на ногу).

Другой пример: тоддлеры обожают складывать предметы в коробку, а потом вдруг взять да все и рассы́пать. Здесь тоже есть элемент проектирования: пока вокруг валяются игрушки, мы их складываем, а когда больше нечего складывать – что делать? Какой алгоритм задать самому себе? Решение раскидать снова – это уже шаг в сторону проектирования, моделирования реальности, создания нового правила. Правило – прятать от мамы лицо, когда она говорит «ку-ку». Правило – бросать игрушку на пол, когда кто-то говорит «ой». Правило – открывать кран, как только мама его закрывает. Это и есть первоигры ребенка, его первые робкие попытки условиться с реальностью: давай если так, то так. Давай, если мама чихает, смеяться.

Но любая хорошая игра живет не в одной плоскости. У нее всегда есть три смысловых пласта, три формы и, соответственно, три роли, которые осваивает ребенок.

Первый пласт – тихий и незаметный, часто нам даже не удается его распознать. Это скрытая игра, в которой малыш занимает роль наблюдателя. По полчаса перебирает бусы, катает мячик, внимательно смотрит на ветви деревьев, которые проплывают над ним, когда он едет в коляске по знакомой улице. В этот момент в его сознании уже происходят процессы, которые питают игру: он осмысляет то, что видит.

Эта скрытая игра – не тот этап, от которого нужно срочно переходить к чему-то более сложному и развивающему. Игра-наблюдение останется с вами на долгие годы. Когда ваш ребенок будет битый час водить палочкой по луже, когда будет один за другим бросать камешки в пруд, скидывать на пол все круглое, что найдет, и смотреть, как оно катится в самый дальний и неудобный угол, – все это тоже игра. Внутренняя, тонкая, в высшей степени интеллектуальная игра, которой пока далеко до ролей и правил, и все-таки ее не стоит разрушать без особой необходимости.

Второй пласт игры – развивающий – начинается тогда, когда в игру «стучится» взрослый. Дает обратную связь, чаще всего эмоционально довольно яркоокрашенную. Тут вам решать, какой будет ваша реакция. Вот двухлетний ребенок загнал под шкаф все пульты от всех приборов. Можно, конечно, рассердиться или расстроиться. А можно и удивиться: «Ничего себе, и как это у тебя так получилось?» Порадоваться: «Ну вот, ты уже освоил шкаф!» Посмеяться: «Хитрец, ты развел меня на то, чтобы лезть под шкаф со шваброй, отличный повод помыть пол». Погрустить: «Бедные пульты, все в пыли теперь…»

А лучшее, что мы можем сделать с игровым посылом ребенка, – это зацепиться за интерес. Вот ребенок живо увлекся каким-нибудь предметом, местом, занятием. Это может быть лес, дерево, стена дома, палка, лужа, шишка, фонарный столб – что угодно. Мы можем понемногу начать предлагать ребенку обыграть то, что ему интересно (то есть смоделировать, провести аналогию, придумать правила).

Пример

Ребенок полутора-двух лет вышел во двор и «залип» на скамейку. Смотрит и смотрит на нее, нерешительно тюкает ее лопатой и никак не хочет идти к привычной песочнице. Круто, вот она, игра! Между рейками скамейки такие удобные щели. Что бы с ними такого сделать? Предложите малышу набрать травинок, палочек и пропускать их через щели. Вниз подставьте ведерко. Ого, так они падают в ведро! А если свой шарф пропустим? А если завяжем между рейками?

А зима – это просто праздник! На заснеженной скамейке можно сначала нарисовать несколько простых объектов, потом счистить лопатой, потом насыпать новую кучу снега и слепить из нее домик, мини-снеговичка, устроить прилавок, на котором будут продаваться снежные пирожки… Пока ребенок увлеченно следит за вами, пытается совершать какие-то действия, сломать, убрать, починить, добавить, – он внутренне играет. Постепенно его участие в играх будет расширяться; в какой-то момент он сам придумает, что делать с палкой, веткой, камнем и т. д. Но чтобы это получилось, игру сначала нужно напитать.

Усталая мама:

– То есть я правильно понимаю, что, если я буду почаще вот так играть с ребенком, он быстрее начнет играть сам? А не станет ли он от меня еще более зависим?

Нет, все наоборот: чем больше мы даем ребенку игры, тем скорее он сможет от нас «открепиться» и повести свою самостоятельную деятельность. Играя с ребенком вот так, вокруг простого предмета или простого явления (падение воды, катание круглого мяча, соединение и разъединение двух деталей конструктора), мы даем ему инструменты для дальнейшего самостоятельного путешествия. Показываем, что игра, которая уже происходит у него в голове, может выйти наружу, и это интересно, и мама с папой этому очень рады. Поначалу в игре интересен взрослый, который что-то делает, потом интересно попробовать сделать что-то самому, затем интересен весь окружающий мир. Так вы учите ребенка самостоятельно увлекаться песком, водой, тропой, лопаткой, деревом. Это большой и крепкий камень в фундаменте эмоционального интеллекта ребенка.

Но вернемся к трем пластам игры. На втором пласте малыш имеет право «застрять» надолго, на целые годы. Вполне законно и нормально, когда младший школьник