Добейте выживших. Истоки и смысл русского трампизма - Олег Владимирович Кашин

В своей публичной полемике с Владимиром Зеленским Дональд Трамп, как говорят, окончательно сорвался на путинскую риторику, ну и непонятно, как теперь быть. Но чтобы вопрос не был так невыносим, его можно и переформулировать. Трамп ведь не только языком Путина заговорил (да и где там язык Путина — там же нет ничего, например, про нацизм, а что за Путин без нацизма?), но и языком, например, Арестовича, или, если нужно что-то российское — языком Юлии Латыниной, языком Коха, и в таком виде описание проблемы становится менее шокирующим, в самом деле, просто попробуйте, как это ложится на язык — Трамп сорвался на риторику Арестовича, и что это значит — да, в общем, ничего, кроме того, что сам Арестович может в эти дни быть более доволен собой, чем обычно, а его антиподы из украинского политикума — скажем, коллективный Подоляк, — должны быть расстроены, но их и не жалко. Жалко может быть Зеленского, но это если ему нужна наша жалость; даже если относиться к нему как человеку глубоко обреченному, жалость тут неуместна (возможно, неподходящая параллель, но раз уж сейчас годовщина его смерти — часто ли вы слышали или сами произносили слово «жалость» применительно к Алексею Навальному?), исторический деятель волен сам выяснять отношения с историей, и помощники ему тут едва ли нужны. А что касается обреченности — да, разумеется, наше сознание ее дорисовывает, Трамп называет Зеленского комиком, диктатором и вором, и всезнайка зритель с давно сложившимся представлением об устройстве мира скажет сидящему рядом — мол, сейчас отдаст приказ о гуманитарных бомбардировках Киева, а если и не о бомбардировках, то отдаст Украину Путину, и даже самого Зеленского спасать не станет, «кабульский вариант», сами понимаете. Но вообще-то это всезнайство стоило бы оставить где-нибудь в январе, когда Трамп похожими (а в каком-то смысле даже более обидными — Зеленского он губернатором все-таки не называл) словами дразнил канадского премьера Трюдо, и как-то нельзя сказать, что после тех слов в судьбе Канады или лично Трюдо что-то всерьез переменилось. Вы скажете, что Украина не Канада — да, очевидно. Но ведь она и не Афганистан 2020 года, в котором власть талибов за пределами американских баз установилась задолго до скандальной эвакуации, и если вы боитесь, что Трамп будет бросать Украину, как Байден бросил Афганистан, то начинать стоит с того, чтобы придумать какую-нибудь пророссийскую силу, которая играла бы теперь роль талибов. Где эта сила, как она называется, кто ее представляет, какой Медведчук? И кто должен будет бежать от этого Медведчука — вся, что ли, Украина, которая, конечно, по итогам военных трех лет выглядит ужасно, но все же при всех понятных минусах в чем она не дала повода себя заподозрить за эти три года — в том, что где-то внутри ее, пусть даже в самой ненадежной ухилянтской среде вызрело желание видеть у себя власть, как по ту сторону в народных республиках, прощать палачей Мариуполя и Бучи, брататься с кадыровцами, любить Путина. Равнять Украину с Афганистаном — это неуважение к Украине, украинофобия похлеще путинской, и тот же отказ в субъектности, на котором и у Путина все строится с давних пор.

Но и этот пафос здесь нужен не очень. Если не дорисовывать картину, делая ее заведомо ужаснее, чем она есть на самом деле, бычка Трампа, продолжающая избранную им в этом президентском сроке (с Канадой, Данией, Панамой и, если считать вице-президента Вэнса не более чем голосом его патрона, с Германией и Евросоюзом) линию поведения, которая, может быть, и шокирует своим несоответствием нормам поведения времен «конца истории» (очевидно, устаревшим), но ничего в устройстве мира до сих пор не поломала и не испортила, — эта бычка сейчас преследует единственную цель — привести Владимира Зеленского к неизбежным переговорам не в том шапкозакидательском настроении, к которому приучили его украинский телемарафон и лицемеры из прошлой американской администрации. И если не достраивать конструкцию до выдуманной и, в общем, невозможной передачи Украины Путину, цель переговоров вполне очевидна, и Трамп называет ее прямым текстом — чтобы украинцы перестали умирать. Даже не россияне, о россиянах никто в этом ключе как будто и не думает — украинцы. И несколько обидных слов из нашумевшего трамповского поста — действительно ли они имеют большее значение, чем продолжающиеся смерти? Ну да, наше поколение привыкло к другим миротворцам, к другим американским президентам — к тому, который получил Нобелевскую премию мира на старте своего президентства, а потом воевал в Ливии, Сирии и где там еще; или к тому, который, собственно, и оставил Трампу в наследство украинскую войну, минимизировав необходимую Украине помощь и сделав все, чтобы удержание фронта не обернулось победой — да, он не называл Зеленского комиком и диктатором, но чтобы предавать, обзываться необязательно, ну и наоборот — обзываться не значит предать, нет такой логики.

Обращаясь к Зеленскому, Трамп, очевидно, сознательно выбирает самое слабое его место — выборы и реальный рейтинг (понятно, что это не те четыре процента, которые откуда-то взял Трамп, но смехотворно выглядят и ответные ссылки на официальную украинскую социологию, которая вообще, возможна ли в военной обстановке, многие ли станут отвечать социологам честно?). Что это значит на самом деле — что Трамп негодяй, или все-таки что у Зеленского действительно есть слабые места, о которых до Трампа с какой-то стати считалось хорошим тоном молчать? Теперь молчать невозможно, и вот уже лояльная Украине и очень хорошо разбирающаяся в церковной политике российская журналистка Ксения Лученко пишет о борьбе украинских властей с Украинской православной церковью Московского патриархата — «Ужас в том, что Зеленский дал им этот козырь, религиозную карту, и его об этом предупреждали европейские правозащитники — эти меры против УПЦ, включая закон, плохие, они действительно нарушают права человека и неэффективны ни во внутренней, ни во внешней политике, это тупик». Зеленский дал врагам козырь, но во имя правого дела и об этом козыре лучше молчать? Если Трамп невольно снял трехлетнее табу на эту тему — да спасибо ему на самом деле. А вот еще один вполне проукраинский российский автор: «По всем законам нужно выборы провести, для этого не надо никаких дополнительных соглашений заключать. Перестать щемить Залужного, Порошенко и всех других возможных кандидатов, убрать треклятый вечный марафон "Единые новости" и показать, чем все же Украина отличается от России политически. Сложно? Ну тогда не обижайтесь за резкие оценки с Запада». Это тоже путинская риторика, или все-таки