Добейте выживших. Истоки и смысл русского трампизма - Олег Владимирович Кашин

и скорость — раньше цветам давали полежать, а разгром мемориала устраивали раз, что ли, в неделю, под утро, не то чтобы стесняясь, но, по крайней мере, минимизируя скандал, а теперь созидание и разрушение синхронизированы, и сам поминальный жест — вот это движение цветка из рук пришедшего в мешок дворника с минутной остановкой на граните или асфальте. Единственный конфликт, зафиксированный прессой — когда кто-то поставил на мосту табличку с именем, и тут же ожили полицейские, сказали, что привлекут за вандализм, но это табличка, а цветы — цветы можно, если не спорить с тем, что их через минуту заберет дворник.

Да и кому спорить. Если не брать Алексея Венедиктова (это как в фильме «Сибириада» — действие растянуто почти на столетие, и время от времени герои оказываются в тайге, где живет не меняющийся старик в исполнении Павла Кадочникова, «вечный дед»), кто эти люди? Все зная, понимая риски, они идут на мост, они не прячут лиц, которые теперь навсегда в системе распознавания, они на камеру дают комментарии стрингерам непонятных телеграм-каналов и даже обещают победить; в таких случаях принято говорить, что вот она, надежда, и что как бы ни старалась репрессивная система, всех растоптать и задавить у нее не получается, но вообще-то нет — и надежды нет на самом деле, и репрессивная система в облике вооруженных полицейских рядом с этими людьми недвусмысленно указывает на то, что их присутствие на этом мосту есть следствие их, тех, что с автоматами, доброй воли и ничего больше. Демонстративно и унизительно — вам позволено прийти, оставить цветы и увидеть, как их забирают мусорщики, чтобы к утру на этом месте не осталось и следа от вашей скорби, от вашей памяти, от вашего присутствия, от вашего существования.

Радикалам такая формула не нравится, но мы до сих пор не знаем определенно и точно, кто убил Бориса Немцова и кто отдал приказ о его убийстве. Российский суд отправил в колонию (и, по некоторым данным, как и многие другие заключенные, теперь они на свободе, если считать их свободой войну) боевиков чеченского МВД, признанных непосредственными исполнителями убийства. Российскому суду веры по умолчанию нет, но семья Немцова и его соратники в ходе процесса согласились с тем, что на скамье подсудимых настоящие киллеры, но и это не дает полной уверенности, поэтому стоит допустить, что правы сторонники более маргинальной, но не такой уж и безумной версии, что чеченское МВД выдало суду козлов отпущения из своего резерва, а настоящие убийцы (как говорят — «спецура») остались в тени. Чему точно нет веры в выводах российского суда — роль заказчика и организатора убийства он отводит какому-то водителю; еще на этапе спецслужбистских сливов, когда через дружественные СМИ ФСБ фактически торговалась с чеченскими властями и Кремлем по поводу того, кого будет можно наказать, в роли организатора фигурировал чеченский сенатор Геремеев. И следующая неопределенность — очевидно, таким людям приказывать может только Рамзан Кадыров, а вот что его самого сподвигло на приказ — сам ли захотел, намекнул кто-то из дружественных федералов или лично Владимир Путин попросил — вот здесь ясности не было с самого начала, и за десять лет она так и не появилась. «Путин был в ярости, когда узнал» — между прочим, это мем из весны 2015 года, именно про убийство Немцова.

Другое дело, что с какого-то момента эта ясность перестает быть нужна. Никто не стоял со свечкой рядом с Путиным и Кадыровым в момент замысла, но чтобы видеть, что происходит вокруг памяти о Борисе Немцове сейчас и что происходило на протяжении этих десяти лет, никаких свечек не нужно. Решение о том, чтобы дворники чуть ли не из рук людей вырывали цветы, которые они приносят на мост — политическое. Это решение принимают не дворники, это решение принимает федеральная власть. Возможно, не сам Путин, но любой чиновник этажом ниже, двумя этажами, четырьмя — никто не решился бы устраивать это глумление, если бы существовала хотя бы минимальная вероятность услышать с верхнего этажа «что ж вы творите». Но любая система так устроена, что даже просто удержаться в ней можно, только если знаешь, чего от тебя хочет начальство, что оно считает допустимым, что оно поощряет. Десять лет регулярных зачисток мемориала на мосту и позорное представление в ночь десятилетия убийства — это именно политическая воля того уровня, на котором решения принимает и одобряет только Владимир Путин. Это он, а не дворники, забирает цветы в мусорные мешки. Это он, а не случайный мент, грозит тюрьмой за вандализм человеку с памятной табличкой. Мы не знаем достоверно, кто и как принимал решение об убийстве Немцова, но мы видим — именно Владимир Путин ведет себя как убийца, упивающийся безнаказанностью. Это его персональное преступление, а почему — ну так сам Борис Немцов в свое время все объяснил.

3 марта 2025

Журналистка Би-би-си (не русской службы, настоящая англичанка) пообщалась с Владимиром Зеленским, когда он улетал из Лондона, то есть уже после «той самой» встречи в Вашингтоне, и пишет: «Услышав, как он в личной беседе рассказывает о насилии и страданиях, вы поймете его непонимание — как кто-то может смотреть на мир не так, как он, и не думать, что главное — любой ценой защитить свой народ и не дать агрессору Путину избежать наказания». Здесь можно, конечно, цепляться к логике, или к этому «любой ценой» (любой — то есть и ценой жизни народа?), но оставим это критикам Зеленского, которых и так хватает, а вообще — в самом деле, почему бы и не понять непонимание, тем более что ничего другого после этой пятницы как будто и не остается.

Эммануэль Макрон в своем интервью Le Figaro поделился деталями европейского плана завершения украинской войны — в частности, есть идея на месяц остановить воздушные и морские атаки, в том числе по энергетическим объектам. Последнее, вероятно, существеннее всего — представить себе, что наземные боевые действия продолжатся, но обе стороны перестанут запускать беспилотники (на которых у них там, в общем, все и держится), невозможно, поэтому предложение не бить по энергетическим объектам в этой формуле выглядит единственным реалистичным, и как будто в порядке иллюстрации плана Макрона прямо сейчас в Уфе горит энергетический объект — НПЗ «Башнефти», уже черт его знает какой по счету российский НПЗ, атакуемый украинской стороной. Кадры горящих нефтяных резервуаров в российском тылу появляются в новостях не