Сердце Молнии - Йона

— И всё? Только это тебя остановило?

Он долго молчал. Потом всё же сказал:

— В то время всё казалось иначе. В наших семьях было не принято выбирать сердцем. А потом стало поздно.

Оин хотел возразить, сказать, что рискнуть всё же стоило. Но слова не вышли. Что толку ворошить былое? Будто Дэш сам не задавал себе тот же вопрос каждый день, глядя на её портрет.

Оину вдруг стало не по себе от этой мысли. Он бы ни за что не хотел оказаться на его месте — на всю жизнь остаться человеком, который опоздал.

Он не хотел спрашивать его, но слова сорвались сами.

— Как ты пережил её смерть?

Дэш выдохнул, оставаясь неподвижным. Его взгляд, прежде всегда казавшийся непроницаемым, потускнел, будто годы сточили его об одну и ту же мысль.

— Не пережил.

Оин не успел осмыслить ответ, потому что в кабинет в этот момент ворвался Эйк.

— Дэш, там в холле какая-то женщина! — встревоженно сообщил он. — Пришла и что-то требует.

Амми заняла незнакомку, не пуская дальше холла. Ею оказалась опрятная женщина в домотканой тунике, подвязанной поясом. В её тонких чёрных волосах, убранных в низкий узел, проблёскивала седина. Кожа выглядела бесцветной, почти прозрачной. Только чёрные глаза казались живыми и острыми. Чистокровная эруанка.

— Вы хозяин дома? — спросила она, увидев Дэша. Оин держался позади. — Меня зовут Сельва. Я из клана Безмолвных.

— Дэшер Сприт. Чем могу быть полезен?

Не отрываясь от незнакомки, Оин заметил, что на лестнице показались Рэйна и Тод.

— Дело в том, что я нашла крик, — сказала Сельва.

— Что, простите?

— Я нашла крик, — повторила она. — Он принадлежит ребёнку, девочке, которая, судя по всему, проживает в вашем доме.

— Вы хотели сказать, что услышали его? — поправила Амми, отходя к Оину.

— Нет-нет. Я выразилась верно.

Женщина запустила руку в холщовую сумочку и выудила оттуда прозрачную сферу размером с ладонь.

— Вот.

Оин шагнул к ней, чтобы рассмотреть шар, похожий на желе из спрессованного воздуха. Но Сельва тут же притянула свою находку к груди, будто опасалась, что её отнимут.

Дэш несколько мгновений смотрел на сферу, потом жестом пригласил женщину в приёмную, предложив присесть в кресло. Сельва прошла за ним, но садиться отказалась.

— Откуда у вас это? — спросил он.

— Случайно наткнулась, прогуливаясь вдоль Итиль. Я приехала в Пеону на фестиваль с группой соклановцев, — принялась объяснять она. Её голос, несмотря на эруанский акцент, звучал на удивление мягко, контрастируя с невыразительной внешностью. — Я сразу поняла, что это голос нашего клана. Мне пришлось потратить несколько дней на поиски вашего дома.

— Ясно. И что же вы хотите, госпожа Сельва?

— Разве не ясно? — взгляд её сделался твёрже. — Я пришла увидеть дитя.

Оин не выдержал:

— Увидеть или забрать?

Сельва внимательно посмотрела на него.

— Оин, — негромко произнёс Дэш.

— Нет, Дэш, подожди, — всё его внимание приросло к женщине с прозрачной сферой в руках. — Вы явились в чужой дом и требуете, чтобы вам просто передали ребёнка?

— Вы поняли верно. Как бы дитя Безмолвных ни оказалось у вас, она должна вернуться к своим. Но я не требую. Я прошу соблюсти закон.

— То, что вы будто имеете на это право, ещё нужно проверить.

— Разумеется, — спокойно согласилась она, будто нисколько не сомневалась в законности своих требований. — Делайте что нужно. Отправьте запрос в магнадзор. Наш клан давно зарегистрирован.

— Из какой вы резервации?

— Ивовые Родники. Это к востоку от…

— Я знаю, где это, — оборвал Оин.

Тут Дэш положил ладонь ему на плечо и сжал, чтобы остановить допрос.

— Остынь, — шепнул он.

Дальше разбирался сам. Отправил весть Дэйзи и договорился с Сельвой, что сперва они проверят её документы и регистрацию клана, прежде чем позволят ей увидеть Рут. Та с раздражающим спокойствием приняла условия и осталась ждать в приёмной.

Амми удалилась на кухню готовить чай. Близнецов и эруанок Рикса по-тихому увела в комнату Дэша. Эйк куда-то исчез — скорее всего, спрятался у Тода.

Ожидание тянулось невыносимо долго. Дэш, всё же уговорив Сельву присесть, занимал её разными вопросами о быте и устройстве резерваций. Она отвечала по делу, изредка поглядывая на остальных присутствующих, затихших по краям комнаты.

Оин изучал её, пытаясь ухватиться за что-нибудь фальшивое: взгляд, интонацию, жест или хоть тень притворства. Но чем дольше смотрел и слушал, тем больше она вызывала впечатление порядочного человека. Даже то, как бережно она держала сферу голоса, говорило о её искреннем беспокойстве за судьбу ребёнка.

Тод хмуро стоял возле окна, будто уже понимал, чем всё закончится, и наблюдал, как снаружи у крыльца топчутся люди из клана Безмолвных — её подмога. Один раз Сельва обратилась напрямую к нему, интересуясь, почему он, как эруанец, находится здесь, а не в резервации. Спросила, не думает ли Тод найти своих соклановцев. На что он ответил холодно и коротко:

— Я не желаю знать другого дома.

Оин едва не усмехнулся, как правильно это прозвучало. Будто Тод не чувствовал, что под его ногами вот-вот разойдётся трещина. Рэйна и бровью не повела, не выдав ни горечи, ни капли беспокойства. Просто стояла рядом с ним, на случай если понадобится, и смотрела в окно с присущей ей отстранённостью.

Оин потёр лоб. Сделал очередной беспокойный круг по комнате и оказался возле камина, где упёрся плечом в полку. Правый рукав его всё ещё был перевязан зелёными лентами Кайдены — она только научилась завязывать банты. Резервация не место для такого ребёнка, — подумал он. Хорошо, что все это понимали и держали язык за зубами о её присутствии в доме.

Кто-то вдруг бережно коснулся его плеча. Он тут же накрыл это место ладонью, желая уловить несмелое касание. Однако рядом никого не оказалось. Но ощущение показалось таким точным и реальным, что по руке вниз к ладони сбежали мурашки.

Оин поднял голову и уловил единственный взгляд, обращённый к нему. Рэйна сразу отвела глаза обратно к окну и продолжила держаться за свою проклятую невозмутимость. А он мог поклясться, что ощутил именно её.

Хлопнула входная дверь. В приёмную быстро вошла Дэйзи с раскрасневшимися от спешки щеками и свитками в руках. Она сразу передала документы Дэшу и только потом коротко представилась Сельве.

Остальным хватило её сдержанного молчания, чтобы всё понять.

— Приведи Рут, — сказал Дэш. — Она у меня.

Проходя мимо Оина, Дэйзи поймала его безмолвное предостережение насчёт Кайдены. Она и сама всё понимала, но в нём зудела неугомонная нервозность.

Когда Рут вместе с ней вошла в комнату, Сельва поднялась с кресла,