Колдуньи на Руси. Гадания на курице, Бабье царство и духи Оки - Надежда Адамович

«У мене тетка колдушкой была. Вот мы к ей раз приехали с мамкой, ночевать стали. Я, покамест они говорили промеж собою, лягла на теткину постелю и уснула. Проснулась оттого, что тормошить мене какой-то темный мужик: “Такая рассякая, пошто спишь? Работать пора”. Я как заору благим матом — он только так: “Не та!” — и исчез. Ну тетка с мамкой прибегли. Рассказываю им, а тетка: “Оя, Тонькя, энто ж ко мне приходил черт, работу работать надоть”»[185].

Черт является из печи или из подполья по вызову колдуньи. У одной в Касимовском районе под полом жили аж три чертенка: черненький, желтенький и беленький, — и она «здорово угадывала» с их помощью[186]. Крестьяне Калужской губернии полагали, что контакт с нечистым происходит в каком-нибудь темном чулане. Колдун или ведьма при этом держит в руках чашку с водой, смотрит в нее и говорит вполголоса[187].

Общерусское название людей с сильными магическими способностями — знающие, знатка. Мужчин часто называют колдунами или ведьмаками, женщин — ведьмами или колдуньями. Судя по письменным свидетельствам, обладателей сверхъестественных способностей на Руси было много.

В Церковном уставе Владимира (конец X — начало XI в.) упоминаются «ветьство, зелейничество, нотворы, чародеяния, волхования»[188]. В Церковном уставе князя Ярослава (1051–1054) — еще и некие зеленицы, скорее всего, знахарки, использующие снадобья из трав и кореньев. В «Новгородской кормчей» (1280–1282) написано об облакопрогонниках. В источниках встречается и древнерусское слово «балий», то есть врач и чародей[189].

Волхвов исследователи относят к предсказателям и гадалкам, практикующим бытовую магию. В Стоглаве (1551) говорится: «Волхвы и чародейники от бесовских научений пособие им творят: кудесы бьют и во аристотелевы врата, и в рафли смотрят и по звездам и по планитам глядают и смотрят дней и часов»[190]. «Волховать» и сегодня означает колдовать.

В Калужской губернии колдовской люд называли ворожеями, чернокнижниками, еретиками. Крестьяне очень боялись порчелников[191]. В Нижегородской губернии женщины с колдовскими способностями — колдовки и чертятницы. Слово «ведьма» употребляли редко и только как синоним слова «колдунья». В Рязанской губернии говорили: «знающая» и «волха», «волхва», «колдушка», «колдунья», «чернокнижник» и «еретница», «курсепка» («чаплыгин»); сильных называли «колдунища», «волхвища», «отцветная колдунья», «ярая колдунья», «ведьма»[192]. Во всех Приокских землях существует и особая категория знающих — «бабушки», «бабки».

Наряд русской гадалки. 1764 г. Гравюра Ж.-Б. Лепренса из книги «Собрание одежд разных народов, древних и современных».

The New York Public Library

Кто есть кто среди знающих

О методиках женского волхования рассказывается в «Беседе отца с сыном о женской злобе» (XVII в.).

«Из детска начнет у проклятых баб обавничества навыкать и еретичества искать и вопрошати будет многих, как бы ей замуж выйти и как бы ей мужа обавить на первом ложе и в первой бане. И взыщет обавников и обавниц и волшебств сатанинских, и над ествою будет шепты ухищряти, и под нозе подсыпати, и возглавие и в постелю вшивати, и в порты резаючи, и над челом втыкаючи, и всякия прилутшихся к тому промышляти и корением, и травами примещати, и все над мужем чарует. Сердце его высосет, тело его иссушит, красоты в лице не оставит, и во очесех светлость погубит, и разум отымет, и всякому в поношение вложит его. Сицева сотворит мужа своего и тако его возненавидит, юных же возлюбит и умерщвляющее зелие сыщет, и подобно время обрящет, и смертным вкусом мужа своего покусит, якоже клас прежде времени исторгнет»[193].

Женское волхование, получается, направлено на принуждение мужчины к браку, дальнейшее порабощение и уничтожение. Но единственная ли это цель женского колдовства?

Ведьма

Ведьма — один из популярных фольклорных образов у множества народов. В XIX — начале ХХ в. ведьму могли называть: вещука, вирятница (Орловская губ.); еретица (Калужская губ.), акудница, волхва, волха (Рязанская губ.). Западноевропейские ведьмы обычно владели одним-двумя вредоносными заклинаниями, а славянские обладали универсальными способностями: знали все колдовские обряды, заклинания, шептания, заговоры, сглазы и порчи.

Получается, настоящая русская ведьма выглядела по-другому? Да, но представления об этом весьма размыты.

В некоторых селах Калужской и Орловской губерний ведьму описывали как уродливую женщину, обязательно с растрепанными волосами («мохлатками»; заметьте, русский народ рисует так и другую нечисть). Но в этих же местностях считалось, что внешне ведьмы почти не отличаются от обычных людей.

По распространенному мнению, главная внешняя особенность ведьмы — наличие хвоста[194]: у молодых он небольшой, у старых — длинный, поросший шерстью. На Рязанщине (то есть на Средней Оке) большинство крестьян были убеждены, что ведьмы хвоста не имеют, но в Скопинском уезде полагали, что ведьмы и колдуны непременно хвостаты.

В селе Темгенево Сасовского района обязательной принадлежностью ведьм считались невидимые рожки: «Про хвост не знаю, а вот рожки у ведьм есть — это точно. Их только не видно. Тут у нас одна жила. Про нее говорили “ведьма да ведьма”. Вот и решили поглядать. А знашь как? На Пасху на ее тени. Роги на тени-то и видно…»[195]

В некоторых рязанских селах считали, что ведьмы в новолуние подвязывают зубы.

«Я когда замуж вышла, к мужу переехала. Ну а соседка была тетя Груня. Крепенькая такая, вежливая. И вот замечаю, что время от времени она платок подвязывает, будто зубы болят. Жалко мне ее стало, я ей и говорю: “Теть Грунь, что-то ты расхворалась… Может, попросим Сашку (это мой муж, он в совхозе шоферил), он тебя в больницу отвезет”. А свекровь услыхала — и ну меня бранить: “Ты дура совсем? Грунька ведьмища, а у них обычай такой: как новый месяц зарождается, так они зубы подвязывают. Ты ее только зацепи — опосля не отвяжишси”. А вот почему так подвязываются — про то не знаю».

(Из записок этнографа, Рязанская обл.)

Наиболее существенным отличием ведьмы, по мнению рязанских и нижегородских крестьян, является наличие второй души: одна человечья, а вторая — демон, живущий в теле ведьмы[196]. На Рязанщине полагают, что вторая душа тоже человеческая, и ее появление у ведьмы объясняют довольно просто.

«Матушка Божья ходить по свету и в женско тело вкладыват души детские. Ну а ежели ребеночек, не дай Бог, родится мертвым, то душа его в материниной утробе ждеть нового зачатья. А то еще когда сводить дите начнут или выкидыш — тоже душа в матери остается. Вот тут получается, что у нового ребеночка