Религии мира - Никита Алексеевич Образцов

«Древний эллин, – продолжает Зелинский, – окружил себя и свою человеческую жизнь целым сонмом природных божеств, то ласковых, то грозных, но всегда участливых. И, что важнее, он сумел вступить в душевное общение с этими божествами, преломить их жизнь в своем сознании и влить в них живое понимание себя».

Понятие «анимизм» было введено выдающимся антропологом и религиоведом Эдуардом Тайлором[52] в конце XIX века и использовалось при описании первобытных верований[53]. Он полагал, что анимизм – это «минимум религии», а еще – глубоко присущее человеку учение о духовных существах. Тайлор полагал, что анимизм свойственен человеку и является одним из ранних проявлений религии в обществе. С ним не соглашался Роберт Марретт[54], полагавший, что анимизму предшествовали более примитивные верования, и для веры в духов человек должен обладать абстрактным мышлением[55]. А вот Лев Яковлевич Штернберг самостоятельно пришел к тем же выводам, что и Тайлер: анимизм – это универсальная религия первобытных народов. Причем финальная стадия анимизма – появление идеи души. Что само по себе очень интересно, ведь душа звучит на латыни как anima, и эта идея представляет собой органическую часть христианского и исламского богословия.

Не следует думать, будто анимизм остался в глубоком прошлом человечества. Во многих религиях, которые и сегодня «живее всех живых», можно найти анимистический элемент.

Синто – традиционная религия Японии и фактически является анимистической. Многим природным объектам и явлениям соответствуют ками – особые ду́хи. Часто это слово не совсем корректно переводят как «боги», но ни о каких богах в нашем понимании речи в синтоизме нет.

Анимизм характерен не только для современного синтоизма. У селькупов, коренного малочисленного народа, проживающего на севере западной Сибири, как «живые» предметы осмысливаются ветер, дорога, река, Солнце, камень, огонь[56]. Представление о таких объектах как о «живых» можно объяснить социально и эволюционно. Лично мне кажется, что анимизм – это органическая форма мировоззрения, вытекающая из особенностей нашего мышления. Мы склонны видеть действия живых субъектов там, где иные объяснения выглядят еще более невероятными. Современное когнитивное религиоведение связывает возникновение анимистических верований с особым свойством человеческого мышления. Мы склонны видеть субъектность вокруг себя и формировать причинно-следственные связи.

Анимизм может быть присущ даже нерелигиозным людям, которые скептично относятся к самой идее богов или духов.

Представьте долгую прогулку по горным тропкам. Вы взобрались на вершину холма, любуетесь заходящим солнцем, под вами расстилаются сотни километров хвойного леса. В этот миг вся природа кажется одушевленной и осмысленной, и даже закоренелый атеист может испытать духовный опыт. Каждое дерево буквально оживает в вашем восприятии, и вы вспоминаете энтов из толкиновского «Властелина колец». И вас уже ничто не удивит, даже если пролетающий мимо дрозд усядется на ветку и заговорит с вами на чистом русском языке.

Тотемизм

Первобытные люди верили в особую связь между человеком и животным. Такие элементы можно найти и в современных религиозных традициях: например, персонаж сказаний кетов – шаман по имени Дог превратил своего сына в гагару[57]. И таких примеров очень много: в религии человек может становиться животным, а животное – человеком.

Можно догадываться о причинах такого восприятия братьев наших меньших: животное буквально давало людям жизнь и вызывало тем самым особую к себе благодарность. Мясо насыщает и не дает умереть с голода, из жира можно сделать лампу для поддержания света, а из шкуры – одежду и одеяло на случай особо холодной ночи. Отсюда – две формы почитания животных в ранних религиях. Первая – зоолатрия, это буквально обожествление животных и поклонение им как духам и богам. Вторая – это тотемизм, гораздо более сложный взгляд на отношения между племенем и тем или иным зверем.

Тотемизм (от слова «тотем», на языке мезоамериканских племен – буквально «род его») – это не просто поклонение животным. Это вера в особую связь между конкретным родом или племенем и, например, медведями, змеями или орлами. Тотемное животное – это покровитель племени, и на поедание его мяса существует строжайшее табу, за исключением случаев, когда мясо употребляют в пищу в ходе ритуала. Табу – один из важнейших инструментов регулирования жизни племени, система таких запретов со временем разрастается и становится прототипом современного права. Например, кровосмесительные союзы – один из древнейших примеров таких табу.

Тотемом может быть отнюдь не только животное. Вот что пишет Штернберг в статье «Тотемизм»:

«В качестве тотема встречаем ветер, солнце, дождь, гром, воду, железо (Африка), даже части отдельных животных или растений, например голову черепахи, желудок поросенка, концы листьев и т. п., но чаще всего – классы животных и растений»[58].

Он же исчерпывающе объясняет основной смысл тотема:

«Основной признак тотемизма заключается в том, что тотем считается родоначальником данной социальной группы, и каждый индивид тотемного класса – кровным родственником, сородичем каждого члена группы его поклонников»[59].

Причем люди реально верят в то, что ворон, змей или бобр – далекий предок их рода, речь идет не о символической «вере понарошку».

Тотемизм может проявляться и в языке. Так, у тех же селькупов, которых мы уже вспоминали в контексте анимизма, для наименования медведя используются такие слова, как брат, сестра, старик, жена[60]. Медведь – не просто священное животное. На уровне языка его приравнивают к члену семьи, рода и племени. Это и есть тотемизм, который не сводится просто к поклонению тому или иному животному. Если бы у меня было священное животное, то это была бы кошка.

Что такое магия?

Одна из книг, благодаря которым я заинтересовался религиоведением и антропологией, называется «Золотая ветвь». Ее автор, сэр Джеймс Фрезер, был кабинетным ученым, он не любил покидать зону комфорта и не был ни в одной экспедиции. Но, изучая жизнь и верования современных ему народов по рассказам и очеркам путешественников, Фрезер умудрился внести колоссальный вклад в становление научной мысли. «Золотая ветвь» – это монструозный 10-томный труд, в котором верования различных народов не просто описываются, но выстраиваются в единую концептуальную систему. Фрезер полагает, что анимизм не является ни единственной, ни основной формой религиозного сознания первобытных людей. Гораздо большее внимание он уделял магии, в которой видел зародыш религиозных представлений.

Однако между магией и религией есть огромная разница: если колдун требует чего-то от природы, то верующий человек просит и выступает с