«Прощание славянки». Символ русской армии - Владимир Васильевич Соколов

никогда не пропадешь. Куда бы ни забросила тебя судьба, с тобой будет твое ремесло. Оно и в черный день выручит тебя. У человека должен быть «золотой», зашитый в подкладку. У тебя всегда будет такой «золотой».

Отеческое отношение старика к юному другу придавало Васе больше уверенности, и он отзывался на поддержку своего наставника той же преданностью. Но самой дорогой платой учителю за труды были успехи ученика. Мальчик много работал. Он почти не знал обычных детских забав – не играл в лапту, не ходил на реку, редко бывал в парке, где развлекалась местная молодежь. Вася запирался один в классе, отгородившись от мира, и повторял, повторял по десятку раз уже разученные назубок партии, пока не добивался прозрачной чистоты и плавности звучания. И корнет его начинал петь. Иванов помог Васе впервые войти в мир музыки Бетховена и Моцарта, Шуберта и Шопена, Глинки и Римского-Корсакова, Чайковского и Мусоргского.

Необычайное усердие Васи люди заметили, и некоторые истолковали его по-своему. Мальчику исполнилось только 11 лет, и кое-кто, открыто посмеиваясь над ним, считал его выскочкой, выслуживающимся перед начальством. Иванов пресекал как мог нападки завистников. А чтобы убедить мальчика в ложности попреков, рассказывал о Моцарте, который в три года сочинял маленькие менуэты, о Бетховене, который играл перед публикой на фортепиано в 8 лет, о Шопене и Шуберте, которые с 9 и 10 лет начали писать серьезную музыку и выступать на сцене. Рассказы эти еще больше разжигали в Васе желание стать настоящим музыкантом, добиваться большего, не довольствоваться, не успокаиваться днем сегодняшним.

Плоды постоянного кропотливого труда не замедлили сказаться. Вскоре Вася становится лучшим корнетистом части. Ему все чаще поручают сложные соло.

Звучание корнета напоминает детский голос, а вот игра на нем дается нелегко – «характер» упрямый. Да ведь и Вася напорист, терпелив. Не выпускает инструмента из рук. Долгие часы репетирует. И вот наступило время, когда Вася в момент игры как бы сливался со своим корнетом воедино.

Только теперь Вася стал по-настоящему проникаться исполняемой им музыкой. И она открылась ему как бесконечное, неисчерпаемое море звуков, у которого нет и не может быть пределов. В редкие минуты вдохновения его игра становилась частью этого великого потока. И в нем самом рождалась музыка. Порой она находила выход, но и тогда не исчерпывала себя до конца, оставаясь всегда невысказанной песней его жизни.

Не одной только музыкой были заполнены солдатские будни. По сравнению с другими солдатами музыканты не занимали особого положения. Они не освобождались от муштры, их так же подвергали суровым наказаниям. И если бы не свела Васю судьба со старым музыкантом, трудно сказать, во что бы вылился для него произвол военного начальства, доведшего не один десяток измученных людей до побегов, тюрем и самоубийств. Не под силу было Иванову оградить своего воспитанника от всех подстерегавших его на каждом шагу несчастий. Поэтому, как только представилась возможность переехать на Кавказ и устроиться в оркестр вольнонаемным музыкантом пусть с небольшим, но жалованьем, Вася ухватился за нее обеими руками.

С батальоном, где пробыл четыре года, расстался с легким сердцем, а вот о товарищах, которые здесь появились, вспоминал долго. Навсегда сохранил он в сердце верность и благодарность первому своему учителю.

Пятнадцатилетнего Василия Агапкина ждали многие перемены. Его оседлая жизнь кончилась, началась новая с бесконечными переездами, сменой мест и знакомств. Скитания музыканта заносили его в самые разные уголки Кавказа.

В 1899 г. Василий Агапкин поступает в Аварский резервный батальон в качестве солиста на корнете. «Жалованье мне положили 10 рублей, – напишет Василий Иванович в своей автобиографии, – хотя по моей игре я мог бы получать и больше». У него были основания так писать, ведь к тому времени мало кто мог сравниться с ним в игре на корнете. Поэтому в названном батальоне он прослужил всего лишь год, отсылая почти все заработанные деньги семье. «Благодаря чему, – пишет дальше Василий Иванович, – ожила от нужд моя махеча, и меня это радовало».

В 1900 г. Василий перебирается в Грозный и поступает в оркестр 82-го пехотного Дагестанского полка с жалованьем 20 рублей. Конечно, трудно доставались такие сравнительно хорошие по тем временам деньги. Работал Василий от зари до зари.

Весть о молодом талантливом музыканте распространялась, игру Василия Агапкина заметили, оценили. Вскоре он получает новое предложение и отправляется в Александрополь, где поступает в оркестр 45-го драгунского Северского полка с жалованьем 30 рублей. В этом полку Агапкин прослужил около четырех лет.

В 1904 г. Василий переезжает в Царские Колотцы Тифлисской губернии и поступает в оркестр 43-го драгунского Тверского полка. (Это было последнее место работы перед призывом на действительную службу.)

Частая смена мест, оркестров открывала шире глаза на мир и помогала развитию его дарования. Его творческому росту была необходима новизна впечатлений. Однако сами условия службы оставались жестокими, бесчеловечными, ему приходилось по-прежнему сносить и унижения, и произвол солдафонов.

Единственным убежищем для него, отрадой и спасением оставался мир музыки, его игра до самозабвения как компенсация за перенесенные страдания.

Музыкальное училище

Желающих судьба ведет!

Генрик Ибсен

В 1906 г. Василий Агапкин был призван в армию, где служил в Тверском драгунском полку под Тифлисом. Здесь молодой музыкант пробует играть на трубе и вскоре овладевает этим более сложным инструментом.

Ему уже 22 года. Василий возмужал, раздался в плечах, стал видным парнем. От прежнего Васи остался неизменным только его глубокий грустный взгляд. Нетрудно понять, какими чувствами и мечтами могла быть исполнена душа молодого человека. Однако не развлечения, не мысли о женитьбе занимают его. Музыке, и только ей одной отдает он все свое время. Без остатка.

Василий подолгу склоняется над нотами, пытаясь вникнуть в таинства музыкальной грамоты. Знаки письма начали обретать для него смысл, становиться воистину волшебными. Его интересует техника игры, процесс постижения музыкальных звуков, аккордов, которые так разительно, и в этом он делает открытие для себя, отличаются друг от друга (каждый имеет свою окраску и значение!). Василий разучивает сложные композиции, понимая, чего нужно добиваться. Мягкости и неразрывности, полноты и округлости звука. И он играет, репетирует, как и прежде, по многу часов подряд, отрешенный от внешнего мира, постоянно недовольный собой, одержимый и яростный.

В 1909 г., отслужив трехгодичный срок в армии, Василий решает учиться музыке. Ему не хватало теоретической подготовки, недоставало кругозора, знаний. Надо было совершенствовать и свои исполнительские способности. Так что необходимость образования не вызывала сомнения. Оставалось определить, где учиться, куда ехать.

Наверное, можно найти не