ДЕЦЛ. Голос российского хип-хопа. История Кирилла Толмацкого глазами друзей и близких - Александр Толмацкий

– его вообще никто, кроме нас, не воспринимал серьезно. Мы собирали свои тусовки раз в полгода, радовались, если человек 30 приходило. Идея, что рэп может собрать стадион, звучала как фантастика.

Кирилла после концерта вывозили, и это был… треш. Выход у Ледового огромный, можно колонной на машинах выезжать. Только вот все пространство перед воротами – в фанатах. Просто толпа. Кричат, визжат, прорываются.

Что делать? Открывают ворота, выезжает лимузин. Все думают – Кирилл там. И толпа срывается. Бежит за лимузином. А настоящая сцена – позади. Кирилла, завернутого в одеяло, в куртки, как мусорный мешок, под мышкой унесли к старому «рафику». Открывают багажник, закидывают его туда. Водитель трогается. И это сработало.

Кирилла действительно обожали, фанатели, как по «Битлз».

ПРОРЫВ В МАССЫ

До Кирилла в России хип-хопа почти не было. Были единичные ребята, которые этим занимались, все это было на уровне андеграунда. А массовый, коммерческий хип-хоп, на который стали приходить и зарабатывать на нем, начался с него.

Именно после появления ДеЦла в индустрию поверили продюсеры. За артистами начали буквально гоняться дядьки с деньгами: «Давайте мы в вас вложим, раскрутим!» Где они были раньше?

Появились клипы, студии. Начала формироваться целая структура – продажи, буки, кассеты. Один из наших товарищей, который занимался распространением, рассказывал: «Попса продается месяц-два после выхода клипа – и все, затухает. А хип-хоп? Месяц, два, полгода, год – и все равно продается. Потом снова. Это же лонгселлер!» Хип-хоп стал устойчивым продуктом на рынке. И все это – благодаря Кириллу.

Не все любят признавать, что им кто-то открыл дверь. После ДеЦла началась новая эпоха. Появилось много других команд. Но это Кирилл сделал так, что рэп стал модным. Стал частью города, улиц, вечеринок, раздавался со всех экранов и играл в наушниках. Он не играл в хип-хоп, он им жил. Именно это и стало его настоящей фишкой.

Конечно, проектом активно занимался Александр Яковлевич, он вложил туда колоссальные ресурсы и усилия. Но Кирилл шел своим путем. Даже в рамках продюсерского проекта он пытался быть настоящим. Иногда это давалось сложно. Я думаю, он многим поступался, но всегда оставлял себе островок свободы.

Сейчас, переслушивая те треки, я слышу голос человека, уже тогда задававшегося вопросами, на которые взрослые не всегда могут ответить. И когда он стал делать сольные работы, когда появился Le Truk, это был совсем другой уровень. Там уже были философия, боль, осознание. Там была настоящая поэзия.

Для меня Кирилл был и остается настоящим артистом. Не шоу-бизнесом, не форматом.

ДеЦл был в первую очередь голосом своего поколения.

Таким он и останется в моей памяти.

АРТИСТ СОСТОЯЛСЯ

Андрей Бабурин,

SHOOROOP, РЭПЕР, МУЗЫКАЛЬНЫЙ ПРОДЮСЕР, ЗВУКОРЕЖИССЕР

Второй альбом ДеЦла получился живее. Голос у Кирилла начал ломаться, но вместе с этим появилась личность. Он приходил с тетрадками, показывал свои тексты. Пока простые, подростковые, без глубины, но уже свои. Он хотел говорить сам.

Помню, Кирилл очень хотел ходить с нами на уличные разборки – тогда ведь рэперов часто цепляли скинхеды и другие агрессивные группировки.

Он рвался с нами, говорил:

– Я тоже пойду!

А мы:

– Ты что, если с тобой что случится, нас же Саша прибьет!

И уезжали без него.

Первые дреды он тоже сделал среди наших ребят. Один знакомый скейтер занимался плетением. Мы знали, где, в какой квартире это происходило. Весело было. Кирюха сиял.

Самое яркое во всем этом – не события, а то, как он менялся.

Вначале – смешной подросток, кривляка, поющий чужие тексты.

А потом – человек со своим взглядом, стилем, голосом.

Он взрослел на глазах. И да, его музыка становилась все глубже.

И ЕСЛИ БЫ ТОГДА КТО-ТО СКАЗАЛ, ЧТО ВОТ ЭТОТ ПАРЕНЬ, ТАНЦУЮЩИЙ НА РОЯЛЕ В КРОССОВКАХ, СТАНЕТ ГОЛОСОМ ПОКОЛЕНИЯ, Я, НАВЕРНОЕ, НЕ ПОВЕРИЛ БЫ. А ВЕДЬ ОН СТАЛ.

Мы много времени проводили на студии, смеялись. ДеЦл с Титомиром играли в пинг-понг. Только представьте: огромный Титомир и маленький ДеЦл рубятся в настольный теннис. Все это для смеха. Так и работали – весело, увлеченно.

На третьем альбоме я уже четко понял: все, артист состоялся. В частности, песня «Бог есть» с третьего альбома. Я писал музыку. В то время я еще не был духовным, сейчас я духовное лицо, священник, а тогда – нет. Но текст этот мне тогда очень зашел. И я сразу подумал: «О, парень-то подрос».

За это время Кирилл сильно изменился. Он успокоился, голос стал другим, появились свои интонации. У него уже был стиль. Он понимал, что хочет получить в итоге, у него был свой образ. До этого он был пластилином – из него лепили другие. А теперь он сам себя лепил.

Но… Кирилл начал много курить. Ситуация с ним была тяжелой, непонятной. Я даже не понимал, насколько все плохо. Однажды я остался у Кирюхи на ночь в квартире, которую он снимал в Москве. Утром просыпаюсь, а он уже с этим в руке. Я тогда не понимал масштаба, а потом увидел, что это его поглотило полностью. Курение влияло и на творчество. После третьего альбома он примкнул к растаманской истории, и я понял: Кирюху заносит не туда, он зарывает свой потенциал. А глупости начинались сами собой – физическая зависимость, желание достать то, чего нет… Я видел все это и решил уйти.

Почему? Потому что как артист он уже вырос. Третий альбом завершился – и все. Мне всегда интересно начинать новое, а не доделывать старое. Но за дымной историей с зависимостью прорисовывался очень смышленый парень, который задавался вопросами о смысле жизни. Очень серьезно его подкосил развод родителей. Я даже видел Кирюху плачущим.

История у него началась: одни любят, другие ненавидят. Студия переехала, он ездил на «Мини-Купере», однажды его машину побили клюшками. Он переживал, но держал все в себе – такой характер.

Последний раз я виделся с ним за несколько месяцев до его ухода. Мы всю ночь сидели, разговаривали. Он был очень плодовит творчески, но пошел по своей неудобоваримой дороге – стилю, к которому русская публика не готова. Я пытался объяснить, но он сказал: «Хочу и буду».

С сыном и женой тогда познакомился. У него была квартира на последнем этаже, стены исписаны, много фотографий. Скорее сквот[23], чем дом. Это сказывалось на психике – уют был важен, а его не было.

Но мы классно провели ночь: выходили за лимонадом, квасом, сидели и общались.

Конечно, его жизнь была непростой. Развод родителей, семейные скандалы, гастроли без отдыха. Он постоянно