Цена бессмертия - Питер Уорд

несколько часов. Он оказался ярким и убедительным собеседником, регулярно делал паузы, чтобы проверить имена и даты, был невероятно честным и откровенным. И когда он встретился с Бобом Нельсоном в 1970-х годах, то был так же прямолинеен в своем подходе. Он сразу же стал расспрашивать его о разных процессах, происходящих в подземном хранилище CSC.

Дарвин вспоминал:

– У него появился такой неприятный лицевой тик и задрожала рука, в которой он держал чашку кофе, и он сказал: «О, у нас есть свои эксперты с докторской степенью и сотрудники, но я не могу позволить вам встретиться с ними, потому что они боятся за свою профессиональную репутацию».

Нельсон не разрешил Дарвину и Фэхи осмотреть помещение, где якобы хранились замороженные тела, несмотря на то что Фэхи был его «золотым мальчиком». Такая скрытность была далека от CSNY, которые выставляли свои слабые места на всеобщее обозрение, и это только подтвердило подозрения Дарвина.

Когда вся правда о махинациях Нельсона всплыла наружу, Майк не удивился. Позднее он был озадачен и раздражен реакцией сообщества на человека, который провел первую в истории криоконсервацию. Спустя десятилетия сложилось мнение, что Боб старался изо всех сил в условиях ограниченных ресурсов и страдал вместе со своими пациентами, которым он в итоге не смог помочь, и даже навредил. Это мнение сам Нельсон неявно выделяет в последней книге, законченной им незадолго до смерти. Но Дарвин не испытывает к его поступкам ничего, кроме презрения. Он сказал мне, что Нельсон был социопатом, и утверждал, что он был связан с бостонской мафией и не чувствовал угрызений совести из-за причиненной кому-то боли.

Впоследствии он прислал мне письмо, которое Нельсон написал своей помощнице Марселон Джонсон, где сообщал, что с объектом все в порядке, хотя в то время он точно знал, что тела разложились. Джонсон была назначена исполняющей обязанности президента CSC до поступления судебных исков, после чего на нее обрушилась лавина критики и проблем.

– Эта женщина, по сути, потеряла [все], им пришлось снова заложить ее дом, который был выкуплен ранее. Им пришлось взять ипотечный кредит на полную стоимость ее дома. Она выплатила его только незадолго до своей смерти. Вот такой вред причинил Нельсон, причем делал он это совершенно непосредственно, – говорил Дарвин в ходе нашего интервью.

В выпуске специализированного журнала «Крионика» за 1991 год Дарвин поместил открытое письмо к телу Джеймса Бедфорда, в котором раскритиковал Нельсона. «Возможно, это шокирует вас, но назвать Нельсона патологическим лжецом и откровенным мошенником – недостаточно. Свидетельством здравого смысла и решимости вашей жены и сына является то, что вы были извлечены из его лап всего через шесть дней после заморозки и отправлены в Cryo-Care Equipment Corporation в Фениксе, Аризона», – говорилось в письме[65].

После судебных разбирательств Нельсон стал безвестным, в то время как звезда Дарвина восходила. Он встретился с Чемберленами в Лос-Анджелесе и был впечатлен их видением будущего крионики. Когда в 1976 году умер отец Фреда Чемберлена, супруги попросили Дарвина собрать необходимое оборудование для криоконсервации для их новой организации, Фонда продления жизни Alcor[66]. Дарвин не стал присоединяться к Alcor, а вместо этого создал в Индианаполисе свою собственную крионическую группу под названием «Институт передовых биологических исследований» (IABS). Эта организация собрала впечатляющее количество оборудования и завоевала надежную репутацию в крионическом сообществе. В 1979 году другой поставщик крионических услуг, компания TransTime, попросила Дарвина и IABS застраховать умирающего пациента и передать его тело на криоконсервацию. Дарвин согласился на эту просьбу при условии, что ему разрешат самому провести передачу тела и он сможет встретиться с экспертом, который будет отвечать за сохранение. Им оказался Джерри Лиф, исследователь из Калифорнийского университета. Пока они работали над первым телом, неподалеку в Калифорнии умер еще один член TransTime. Джерри и Майк провели две процедуры спина к спине – в общей сложности семьдесят два часа безостановочной работы по заморозке мертвых людей. Вдохновленный работой с Лифом, Дарвин перевел IABS в Калифорнию, чтобы более тесно сотрудничать с человеком, который, по его мнению, обладал опытом, позволяющим существенно продвинуть искусство крионики[67].

В Калифорнии Майк занялся проблемой, тревожившей сторонников крионики. После катастрофического ухода Нельсона стало ясно, что все тела, замороженные до 1973 года, разморожены, за исключением одного – Джеймса Бедфорда. Серьезная проблема, однако, заключалась в том, что тело Бедфорда пропало. Это была последняя надежда для первого поколения крионированных пациентов, и все же сообщество потеряло след передвижений Бедфорда – удивительное достижение, учитывая, что он был мертв. Оказалось, что бывший профессор психологии из Пасадены отправился в одиссею по миру крионики, попутно останавливаясь в нескольких организациях: все они либо закрылись, либо избавились от тела, получив от страховой компании жалобу на хранение людей в их помещениях. У Дарвина возникло подозрение, что в какой-то момент семья Бедфорда взяла на себя опеку над его трупом. Он разыскал сына Бедфорда и выяснил, что тот ухаживает за телом своего отца, терпя большие расходы и трудности. Дарвин сделал свое предложение и с помощью Лифа перевез первого в истории криоконсервированного человека в основанную Чемберленами организацию Alcor.

Состояние Alcor в то время было плачевным. В компании находилось всего четыре клиента, а основатели переехали на озеро Тахо, доверив управление организацией президенту, которого Дарвин назвал «некомпетентным… буквально во всех смыслах», чтобы руководить операциями. В 1982 году Alcor достигла низшей точки, и к Дарвину обратились за помощью. Конференция IABS для энтузиастов крионики превратилась в фарс, когда члены Alcor, требовавшие рассказать, что их действующий президент сделал со средствами, собранными для инвестиционного клуба, подошли к Дарвину в туалете и умоляли его стать следующим президентом. Несмотря на свои сомнения, он согласился и принял эту должность, а IABS объединился с Alcor[68]. Вскоре после этого Джерри Лиф тоже присоединился к Alcor. Тем самым, по крайней мере на бумаге, образовалось нечто вроде команды мечты в компании, которой вскоре суждено было стать крупнейшим и самым известным поставщиком крионических услуг в мире. Этот дуэт действительно привел крионику к процветанию. Однако катастрофа была не за горами.

В первые годы пребывания Дарвина на посту президента Alcor индустрия интенсивно развивалась. Чтобы обеспечить максимальную эффективность замораживания, были введены новые технологии и другой тип криоконсервации. У таких клиентов, как Бедфорд, сохранялось все тело, а большинство проблем с их содержанием были связаны с необходимостью поддерживать холод в цилиндре размером с человеческий рост. Гипотетически Бедфорд мог бы проснуться в мире, где его рак был бы вылечен, а тело осталось бы прежним. Для многих приверженцев крионики имело смысл сократить всю процедуру, оставить поврежденное тело и взять с собой в будущее только то, что имеет значение, – голову. Нейросуспензия существовала с