Схватка на «Крыше мира». Политики, разведчики, географы в борьбе за Памир в XIX веке - Алексей Владимирович Постников

лишена растительности: очень редко можно увидеть траву и дерево. Вступив в эту пустыню, не увидишь человеческого жилища». Далее он описывает Драконово озеро, под которым разумеет либо озеро Виктория, либо Каракуль[68]. Об этой местности Сюан Цзан пишет: «В середине долины – большое Драконово озеро. Оно расположено среди высоких гор Цун-Лин (Tsung-Ling) и является центральной точкой Ямбудвипы обитаемого мира буддистов)»[69]. Трудам Сюан Цзана посвящено значительное количество исследований европейских авторов[70]. Клапрот, Ландрессе, Сент Жюльен, Сент Мартин, Паке, Бил и Керзон считали, что Сюан Цзан на Памире шел долиной Пянджа к озеру Виктория. Роулинсон и Юл полагали, что маршрут паломника пролегал южнее – через Малый Памир к озеру Чакмак[71].

Упомянутая Сюан Цзаном местность По-ми-ло часто идентифицируется с Болором (по Птолемею – Иманусом). Болор, или Билюр (Bilaur),– название, относившееся к продолговатому поясу гор к югу от главного хребта Гиндукуша, включая долины Кафиристана, Верхнего Читраля, Ясина, Гилгита и Хунза-Нагара (Hunza-Nagar)[72]. Гумбольдт и Риттер располагали Болор к северу от сочленения Гималаев, Гиндукуша и Куньлуня на пространстве между 32,5° и 45,5° северной широты. Таким образом, меридиональная цепь Болора представлялась Гумбольдту связующим звеном крупнейших горных систем Внутренней Азии[73].

В 747г. под предлогом обеспечения безопасности торгового пути с Индией войска Танской империи под руководством генерала Гао Сянчжи захватили Памир, однако китайская власть на его территории сохранялась лишь до 750 года[74].

В трудах арабских ученых первые сведения о Памире появляются в X–XIIвв. Так, Истархи (933г.) упоминает, что на Западном Памире жили «неверные» и торговцы вывозили отсюда мускаты и рабов, а также что здесь существовали государства Шугнан и Вахан. Около 1155г. Ал-Идриси первым из арабских авторов описал дорогу из Ферганы через Памир в бассейн Тарима[75].

Представления европейцев о географическом положении Памира почти до середины XIX века основывались на сообщениях средневековых купцов и папских послов в страны Азии. Первыми из них, проникшими в Монголию и Китай через Центральную Азию, были Плано Карпини (1246), Гильом Рубрук (Виллем Рейсбрук или Рубриквис, 1252), братья Поло – Николо и Маффео (1255), Марко Поло (сын Николо Поло, 1271–1295), Гонзалес Клавихо (1403–1404), Ганс Шильтбергер (1405). Маршруты первых двух путешественников проходили по северным окраинам Азии, Клавихо и Шильтбергер посетили наиболее населенные районы – Хорезм, Бухару и Самарканд, а Марко Поло (около 1274) прошел по южным районам Центральной Азии и, в частности, по Памиру. Семейство Поло следовало из Бадахшана по долинам Вахана (у Марко Поло – Vocan) к Памиру, который они пересекли по маршруту, с тех пор являющемуся объектом дискуссий и предположений. Спустившись с северо-восточного склона горной цепи, Поло достигли Кашгара (Cascar).

Марко Поло упоминает равнину Памиер (Pamier), а страна, расположенная к северо-востоку от Памира, описана им следующим образом: «Теперь, если продолжим свое путешествие на восток-северо-восток, мы следуем целых 40 дней, постепенно пересекая горы и холмы или переходя через долины и пересекая многие реки и участки пустыни, и на всем этом пути вы не найдете ни обитания человека, ни растительности, но должны везти с собой все, что вам требуется. Страна называется Болор»[76]. Таким образом, Марко Поло «продлевает» Болор на север за Гиндукуш вплоть до границ Кашгара, что явилось основанием изложенных выше представлений Риттера и Гумбольдта.

Так же как и в отношении маршрутов китайских паломников, имеется две гипотезы относительно пути Марко Поло:

а)через Большой Памир и озеро Виктория; б) по Малому Памиру на озеро Чакмак[77].

В начале 1603г. иезуит Бенедикт Гоэс (Benedict Goez), служивший миссионером в Индии, присоединившись к миссии Жерома Ксавье, направлявшейся ко двору Великого Акбара в Угре, был послан оттуда по приказу ордена иезуитов в королевство Катай (Китай). Путешествуя через Лахор, Пешавар и Кабул под видом армянского торговца, он в компании купцов пересек Гиндукуш в Бадахшане по ущелью Тенг-и-Бадахшан (Teng-i-Badakshan), ведущему в долину Окса (Амударьи). Гоэс умер в Китае, но часть его писем была сохранена иезуитом Жарриком в коллекции под названием «Тезаурус» (Thesaurus), опубликованной в 1615г. Таким образом сведения о Памире впервые появились в европейской печати. В материалах Гоэса подчеркнуты трудности перехода по Памиру, названному им Памех (Pamech), указано, что для пересечения этой местности требуется 40 дней, что совпадает с данными Марко Поло[78].

В 1759г. на Памире снова появились китайские войска. Это был лишь кратковременный эпизод в процессе экспансии Цинской империи в Центральной Азии, причем поход на Памир был предпринят не с целью его завоевания, а лишь для наказания восставших ходжей Кашгара. Китайцы преследовали повстанцев до озера Яшилькуль, близ которого отряд ходжей был разбит цинскими войсками. В ознаменование своей победы китайцы установили памятник, состоящий из большого камня серого цвета с резьбой внутри выдолбленного. Причем, по рассказу киргизов, выдолбленное место прикрывалось другим синим камнем с надписями, а внутри помещены были какие-то бумаги. Все это было окружено постройкой из камня и глины[79]. Расправившись с кашгарскими повстанцами, цинские войска возвратились в Восточный Туркестан, оставив на берегу озера Яшилькуль лишь описанный памятник (по-киргизски – Сума-таш, или Сома-таш) да развалины укреплений. По словам Громбчевского, «следы этих построек остались до настоящего времени и среди местного населения носят характерное название „Кафыр Кала“ (кафыр – неверный, кала – крепость). Остатки такого укрепления виднеются, между прочим, и при устье р. Марджанай на левом высоком берегу ее, близ озера Яшиль-Куля»[80].

Во время похода цинских войск в 1759–1760гг. участвовавшие в нем миссионеры-иезуиты составили первую известную нам достоверную карту Памира. Съемки и составление карты были частью второй большой иезуитской съемки, выполненной по распоряжению цинского императора Цяньлуна. Португальские иезуиты Феликс да Роша (1713–1781) и Жоа де Эспинья (1722–1788) были направлены для съемок и картографирования Джунгарии, Туркестана и земель Элютов (Eleuths), т.е. территорий, которые недавно были присоединены к Цинской империи. Проведя с 1756 по 1759г. интенсивные съемки похода войск, иезуиты представили императору собранные ими сведения об этих удаленных районах и карты аннексированных земель[81]. В 1769г. французский иезуит Мишель Бено (1715–1774), который незадолго до этого составил для императора Цяньлуна карту мира на китайском языке, получил приказ составить новую карту всей империи; она должна была включить неопубликованные данные о землях, прилегающих к Цинскому государству, по сведениям экспедиции Роша – Эспинья 1756–1759гг. В том же году (1769) Бено с помощью еще нескольких картографов выпустил ксилографическое издание карты, а в 1775г. отпечатал ее с гравюры на меди[82].

Съемки на Памире Феликс да Роша и Жоа де Эспинья выполнили в 1759–1760гг.,