Воины сновидений 1 - Алекс Эвейкин

Я бессильно висел над пропастью и не смел даже сделать короткий вдох. Я держался одной слабеющей кистью, в которой не осталось и половины прежней силы, над глубоким каменным лазом в полтора моих роста, и думал тупо, по-животному просто: сорвусь вниз — обязательно сломаю себе что-нибудь последнее, жизненно важное, позвоночник или шею, и тогда нас точно, без всяких вариантов пересидят.

Снизу Сандра каким-то немыслимым шестым чувством поняла, что происходит. Она вслепую поймала конец нашей путевой вязи, натянула её как гитарную струну и приняла на свои хрупкие девичьи плечи столько моего веса, сколько вообще могла выдержать. Физической силы в этой худой девчонке было немного, но даже этого отчаянного рывка мне еле-еле хватило, чтобы дотянуть второй ноющий локоть до спасительного края. Я по-пластунски, обдирая кожу на груди, выполз на плоскую крышу животом, без сил лёг разгорячённой щекой на ледяной камень и дал своей порванной руке хорошенько проораться прямо в грязную тряпку перевязи — абсолютно без голоса, одними только злыми слезами, текущими по пыльному лицу.

Отдышавшись и проглотив кровь из прокушенной губы, я намертво закрепил вязь за прочный, выступающий кусок свода и спустил её длинный конец обратно в дыру.

* * *

Сандру я тянул наверх исключительно на одних словах.

— Правее. Бери чуть выше. Там плоская плита, вставай прямо на неё. Держись крепче, ради бога, не торопись.

Она беспрекословно слушалась. Слепой девчонке лезть вверх по шаткой, осыпающейся куче щебня, не видя ни следующего камня, ни грозящей пустоты под собой — я бы на её месте уже давно намертво вжался в склон и закаменел от ужаса. Сандра же ставила ногу именно туда, куда я ей говорил, ровно, размеренно, без лишней суеты и паники. Она цеплялась за натянутую вязь обеими руками — у неё-то, к счастью, обе руки были абсолютно целы. Она вообще боялась всей этой ситуации гораздо меньше, чем следовало бы нормальному человеку; и это меня в ней одновременно пугало до мурашек и надёжно держало на плаву.

Шаг, ещё один осторожный шаг. Я почти выволок её на самый край провала.

И тут предательский камень всё-таки поехал у неё прямо под ногой. Здоровая, тяжёлая плита соскользнула с сыпучей осыпи и со страшным, гулким грохотом ухнула вниз, в глубину норы, раскатившись эхом на весь притихший дом.

У порога внизу мгновенно вскинулись.

— Эй! — Голос пожилого наёмника разорвал ночную тишину, резкий, хриплый, мгновенно проснувшийся от дремоты. — Эрик! Капитан! Они, суки, наверх лезут!

* * *

Дальше всё происходило слишком быстро, судорожными рывками и почти без памяти.

Я отчаянно выдернул лёгкую Сандру в провал за шиворот куртки и за натянутую вязь, сильно ободрав ей локти об острый край плиты; она, кажется, этого даже не заметила. Внизу, в темноте склепа, наёмники уже решительно шли прямо через порог — древний камень надёжно держал клыкастых тварей, но живым людям с оружием он был не помеха, — и кто-то уже сунулся в наш тёмный дом, тяжело топая коваными сапогами к обвалу, ориентируясь на мой сдавленный голос.

Ариана осталась там, внизу, совершенно одна.

— Лезь! — хрипло выдохнул я в зияющую дыру. — Бросай свою нору к чёрту, лезь, живо!

Она без раздумий бросила спасительный брус, отчаянно прыгнула на шаткую осыпь, чудом поймала болтающуюся вязь. Я изо всех сил тянул её здоровым левым плечом, больно упёршись разбитым коленом в каменный выступ. Моя правая рука висела вдоль тела уже совсем мёртвая, и всё равно я тащил её наверх, потому что спускать вязь второй раз времени у нас уже просто не было. Снизу, из кромешной темноты склепа, к осыпающейся куче камней метнулась быстрая тень с длинным шестом. Тень хищно цапнула Ариану за подол куртки, за тонкую щиколотку. Ариана взвизгнула и дико лягнула ногой наугад в темноту, с силой попала во что-то мягкое и живое; тень глухо охнула и с руганью сорвалась вниз. Последним, нечеловеческим усилием я выволок Ариану на каменный гребень, и мы все трое, задыхаясь, повалились на спасительный холодный камень крыши.

Над нами простиралось огромное, открытое небо цвета стылой золы, в котором не было ни единого звёздного огня. После трёх суток, проведённых скрючившись в тесной каменной коробке склепа, этот невероятный простор просто оглушал, давил своей непривычной свободой. Воздух вокруг нас не двигался — в мёртвых Песках он вообще никогда не двигался сам по себе, — и пронзительный холод открытого верха стоял вокруг нас плотный, осязаемый, без малейшего ветра. Сандра лежала, прижавшись щекой к шершавому камню, и напряжённо слушала — теперь во все стороны разом, словно отвыкшая от такой шири. Ариана жадно, судорожно хватала пересохшим ртом ледяной воздух. А внизу, в глубокой дыре прямо под нами, уже активно заворочалась и тяжело забухала сапогами чужая, злая сила; кто-то грязно и витиевато выматерился в тесноте каменного обвала.

Я коротким, точным пинком сбросил ненужную уже путевую вязь обратно в дыру.

Внизу глухо забухали по осыпающемуся камню, снова грязно обругались в тесном, узком горле обвала, где взрослому мужику с шестом было попросту не развернуться, — как раз там, где я позавчера с таким трудом убил десятую тварь. Достать нас теперь можно было исключительно через эту самую дыру, и только по одному человеку за раз, вылезая головой вперёд прямо на мой занесённый резец. Эрик, будучи опытным бойцом, понял этот невыгодный расклад очень быстро. Эрик вообще умел всё понимать феноменально быстро.

Он не полез сам. И своих людей туда тоже не пустил — просто крикнул снизу что-то короткое, отрывистое, и возня у обвала мгновенно стихла. Ему было гораздо дешевле не лезть вслепую в темноту за тремя загнанными в угол подростками, у одного из которых в руке нож. Ему было гораздо проще переставить фигуры на доске.

* * *

Высокая гряда надёжно заслонила его яркий костёр, и на крыше сделалось абсолютно темно и совершенно, звеняще тихо. Пронизывающий до костей холод открытого верха сразу же безжалостно взялся за мою мокрую от липкого пота спину.

Мы медленно, осторожно сползли по крутому обратному скату крыши на мягкий песок, на тёмную, невидимую сторону от лагеря Эрика, и молча пошли. Я крепко держал Сандру за худенькое плечо, Сандра, как всегда, безошибочно держала верное направление в пространстве, Ариана обеими руками держалась за мой поясной ремень сзади. Шли привычной цепочкой, ровно так, как мы ходили