О чем поют кабиасы. Записки свободного комментатора - Илья Юрьевич Виницкий

и паясничать, которые даже находят в том удовольствие и нарочно для своей потехи готовы Бог весть что внушать человеку. Бывали ведь случаи ужасных ошибок, что слушались долго какого-нибудь великого духа, а потом вдруг выходило, что это гаерничал какой-нибудь самозванец, бродяжка, дрянь» (Лесков Н. С. На ножах: Роман в шести частях. М., 1994. С. 297).

912

Классификация духов из книги Кардека, по всей видимости, послужила Лескову моделью для спиритуальной характерологии героев романа «На ножах», стоящих на разной степени нравственного развития, — от «низших» (Горданов, Глафира, а также «шаловливый» Висленев) к «высшим (чистым) духам» (Светозар Водопьянов, Синтянина).

913

Вообще художественная стратегия Лескова как рассказчика историй о сверхъестественном заключалась в том, чтобы провести читателя между двумя ошибочными крайностями — рационализмом, начисто отвергающим существование сверхъестественного, и суеверием, грубо материализующим духовное содержание.

914

«Педагогическая ирония» рассказа становится очевидной, если мы вспомним, что его автор состоял членом особого отдела Ученого комитета министерства народного просвещения по рассмотрению книг, издаваемых для народа.

915

О феномене коммуникации с покойными авторами см.: Sword H. Ghostwriting Modernism. Ithaca; London, 2002. P. 10–31; Виницкий И. «Общество мертвых поэтов» // Новое литературное обозрение. 2005. № 71. С. 133–165.

916

В этом смысле рассказ Лескова заставляет заговорить «дух» настоящей Жанлис, отличавшейся от «заданного» княгиней образа убежденной моралистки. «Остроумная маркиза Сюльери» любила фривольные шутки, а ее жизнь, полная приключений, в том числе и амурных, была весьма далека «от того ореола строгой нравственности, которым она пыталась окружить себя под старость» (Кирпичников А. «Жанлис» // Ф. А. Брокгауз, И. А. Ефрон. Энциклопедический словарь. Т. 11а. СПб., 1904. С. 720–721). О «загробном существовании» Жанлис нам, разумеется, ничего не известно, но, заметим, что выбор писательницы в качестве объекта спиритического опыта мог быть связан с тем, что ее слава основывалась не только на нравоучительных произведениях, но и на повестях и романах с привидениями.

917

См. анализ «философии слова» Лескова: Sperrle I. C. The Organic Worldview of Nikolai Leskov. Evanston; Illinois, 2002. P. 199–200.

918

Представление о художественном тексте как о «мыслящем устройстве», находящемся в сообщении с читателем, высказывалось Ю. М. Лотманом в ряде работ 1980–1990-х гг.: «Проявляя интеллектуальные свойства, — писал исследователь, — высокоорганизованный текст перестает быть лишь посредником в акте коммуникации. Он становится равноправным собеседником, обладающим высокой степенью автономности. И для автора (адресанта), и для читателя (адресата) он может выступать как самостоятельное интеллектуальное образование, играющее активную и независимую роль в диалоге» (Лотман Ю. М. Избранные статьи. Т. 1. Таллинн, 1992. С. 131). У Лескова получается, что текст не столько «интеллект» и «равноправный собеседник», сколько непредсказуемый и озорной «дух», явно обыгрывающий читателя-адресанта.

919

О «демонизме» романной идеологии Достоевского см. исследования последнего времени: Weiner A. By Authors Possessed: The Demonic Novel in Russia. Evanston, 1998; Leatherbarrow W. J. A Devil's Vaudeville: The Demonic in Dostoevsky’s Major Fiction. Evanston, 2005. Вообще, как мы полагаем, имеет смысл говорить о двух полярных типах художественного спиритуализма в литературе (то есть двух попытках онтологизации «духа литературы»): отношении к тексту как живому и свободному проявлению духовной жизни (назовем сторонников этой идеи «партией духа») и представлении о нем как о лукавой и губительной силе («партия черта»). Разумеется, между этими полюсами есть несколько промежуточных и «смешанных» вариантов, вероятно, соответствующих в своей основе различным спиритуалистическим доктринам. Но это, конечно же, тема для отдельного исследования.

920

По воспоминаниям Н. Степанова, Тынянов с восторгом читал вслух «Дух госпожи Жанлис» (см.: Степанов Н. «Замыслы и планы» // Воспоминания о Юрии Тынянове: Портреты и встречи. М., 1983. С. 238).

921

Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. М., 1966. С. 141.

922

Истории принстонской командировки М. Л. Гаспарова посвящена моя статья «Идиллическая страшилка»: https://gorky.media/context/idillicheskaya-strashilka-mihaila-gasparova/?fbclid=IwAR06mVdZjsp3pzG94HzpUkTfTGOFiGBfkrfItlv7vzs0DHvXfv9W0KaDBEI

923

Ваш М. Г. Из писем Михаила Леоновича Гаспарова. М.: Новое издательство, 2008. С. 175.

924

Председателем секции был Дин Ворт из UCLA, участниками — Барри Шерр из Дартмута, Эмили Кленин из UCLA и Джеймс Бейли из Висконсина.

925

Ваш М. Г. С. 177.

926

«Зиник, я чувствую, что я в каком-то сне». Зиновий Зиник о гастролях группы «Альманах» в Лондоне в 1989 году // Colta. 5 июля 2021 г. — https://www.colta.ru/articles/literature/27714-zinoviy-zinik-poeticheskaya-gruppa-almanah-london-1989

927

См. о «военной» этимологии русского слова «тюфяк» в английском источнике: «The original Muscovite handgun (tiufiak) must have been of the Oriental type. The term itself was borrowed from the Turkish (tüfek); the Turkish word was in its turn a borrowing from the Persian. In Persian tup means „cannon“ and „tupang“ little cannon» // Readings for Introduction to Russian Civilization. Vol. 1. University of Chicago Press, 1962. P. 93.

928

Гумилев Л. Н. Древняя Русь и Великая степь. М., 1989. С. 631. Жаль, что Маккейн не догадался связать по ассоциации эту турецко-персидскую пищаль с фамилией поэта, происходящей от родственного слова «пушка». Как известно, стихотворение «Дикая кошка…» пронизано пушкинскими аллюзиями. Об отголосках «Путешествия в Арзрум» см.: Сурат И. М. Мандельштам и Пушкин. М., 2009.

929

Мандельштам О. Стихотворения. Проза / Сост., вступ. ст. и коммент. М. Л. Гаспарова. М., 2001. С. 165.

930

Dutli R. Osip Mandelstam: A Biography. London, 2023. P. 239.

931

Гаспаров М. Л. Записи и выписки. М., 2000. С. 65.

932

https://www.urbandictionary.com/define.php?term=Gun%20Face

933

Едва ли переводчики спрятали в cлово «shunt» рифмующееся с ним непристойное существительное. По крайней мере, искать провокационные анаграммы мы больше не собираемся. См. критический отклик о нашей методологии: Щебень В., Безднравова Д. Эх, провакачу! Рецензия на книгу И. Ю. Виницкого «Переводные картинки. Литературный перевод как интерпретация и провокация» (М.: Рутения, 2022) // Объектив. Журнал научных рецензий и откликов 2023. № 3. С. 13.

934

О «фигуре сокрытия» обсценного плана у Мандельштама см.: Успенский П. Обсценный Мандельштам. Этюд о языке и семантике стихотворения «Я скажу тебе с последней…» // Русский модернизм и его наследие. С. 570. — Макаронический каламбур «тюфяк — to fuck» — давняя шутка. Ср. в сказке Леонида Филатова «Еще раз о голом короле» (2001): «Министр нежных чувств: Принцесса будет спать на той постели, / А вам