Шура. Смех и слезы. Взлет, падение и новое начало звезды 90-х - Александр Николаевич Медведев

* * *

Поскольку я круто выпивал, часто бывали большие задержки концертов, но я понимал, что меня ждут тысячи людей. Поэтому мы с Мамой Мариной придумывали всевозможные объяснения, кое-как собирались и ехали.

Зная себя и боясь сразу пропить все заработанные за концерт деньги, я стал думать, как их сохранить. Решение нашлось. После концерта я оправлялся в ночной ювелирный магазин «Золотой сундучок», что рядом с рестораном «Шинок» на улице 1905 года. Там мои гонорары превращались в бриллианты, броши, кольца и золотые запонки. Однажды, нагрузившись драгоценностями, я пришёл домой и стал искать место, где можно всё это спрятать. В моём специфическом состоянии идеальным местом показалась люстра. На ней я всё это и развесил. Выглядело красиво, а главное, органично и неприметно. Вписывалось в ансамбль.

Утром моя помощница по дому, Царствие ей Небесное, пришла делать уборку, и после её посещения все драгоценности с люстры испарились. Помощница объяснила это так: она решила протереть запылившиеся подвески, и вдруг с люстры стали падать какие-то предметы. Она, по её собственному выражению, сослепу не разобрала, что это такое, приняла за мусор, сгребла в совок и выбросила. Здесь было нечего возразить: уборка входила в её обязанности, и она выполняла их добросовестно.

А ещё часто бывало, что в моей квартире в беспорядке валялись новые вещи – с бирками и ценниками. Ловкая помощница складывала их в чёрные мешки для мусора и выбрасывала в окно, а потом спускалась вниз и подбирала. Однажды, когда она, закончив уборку, ушла домой, я услышал за окном странный шум. Отодвинув штору, увидел, что чёрный мешок с «мусором» застрял в кроне берёзы, а помощница внизу изо всех сил раскачивает несчастное дерево, почти вырывая его с корнем. Однако мешок держался крепко. Я высунулся в окно и крикнул: «Это же мусор! Зачем он тебе?» Она даже головы не подняла: «Негоже мусору на деревьях болтаться».

Помню, один раз дошёл до того, что засунул деньги в презерватив, а презерватив затолкал в кусок свинины и убрал в морозилку. Мне подумалось: какой дурак станет искать деньги в мясе? Утром меня разбудил необычный звук. Я вышел на кухню и увидел, что помощница прокручивает мою свинину через мясорубку. Увидев меня, она сказала: «Хорошо, Саша, что ты проснулся. Скоро котлетки будут».

Однажды я спрятал несколько тысяч долларов в бумажный пакет из «Макдональдса». Моя помощница по дому на тот момент уже оставила этот мир, и порядок в квартире наводила Мама Марина. Увидев пакет, она решила, что он пустой, и выбросила его. Я был, мягко говоря, расстроен. В результате Маме Марине пришлось искать главного по дому, звонить в ЖЭК, просить, чтобы ей открыли дверь в помещение, куда сваливается мусор из мусоропровода. В итоге пакет нашёлся, хотя и не без труда.

* * *

Я был любимцем публики, и меня постоянно куда-нибудь приглашали. Однажды Саша Волков, продюсер Кати Лель, пригласил нас с Мамой Мариной в свой ресторан «Сумасан» в гостинице Redisson, в районе метро «Киевская». Это был первый ресторан суши в Москве. Я не люблю рыбу, тем более сырую, но Маме Марине нравилось, и мы довольно часто там бывали.

Когда мы пришли туда в первый раз и нам подали суши, Мама Марина впервые в жизни увидела соус васаби. Ей стало интересно, что это за экзотическая зелёная штука. Кто-то из присутствующих удовлетворил её любопытство и добавил, что этой штукой очень хорошо чистить зубы. Мама Марина решила взять немного на пробу, завернула васаби в салфетку и убрала в сумку.

На следующий день у нас должен был состояться концерт в казино «Метелица». На пункте охраны Маму Марину попросили открыть сумку – в «Метелице» очень строгий досмотр. Когда охранник нашёл и развернул салфетку, мы увидели, что соус васаби высох и приобрёл белый цвет. В результате досмотр затянулся – Маме Марине довольно долго пришлось объяснять, что за вещество она пыталась пронести в сумке. В итоге мы опоздали, зал уже был полон, публика с вожделением смотрела на сцену. Когда я вышел, меня встретила лавина рукоплесканий.

* * *

Ураган шоу-бизнеса кружил меня, и мне в этой круговерти было хорошо. Во мне была тяга к саморазрушению, но я заметил, что, разрушая себя, я становился самим собой. Я никогда себя не жалел, тем более под действием алкоголя инстинкт самосохранения полностью отказывал. Я жил в режиме праздника на краю пропасти. Наверно, где-то глубоко внутри у меня засела такая боль, что мне хотелось просто исчезнуть из этого мира, но катастрофа, которая случилась совсем скоро, как раз и удержала меня здесь. И я благодарен за это Богу.

А пока жизнь мелькала, как в калейдоскопе. Друзья, подруги, поклонники, сумасшедшие тусовки, деньги, рукоплескания и море водки. Успех, похожий на падение со стрелы башенного крана.

* * *

Однажды я очень серьёзно поссорился с мамой, и после этого мы не общались двадцать пять лет. Причина была в том, что у неё вдруг неожиданно появился мужчина; мало того – они прилетели в Москву и поселились у меня. Мамин новый друг недавно вернулся из мест не столь отдалённых и на жизнь зарабатывал изготовлением гробов. С его появлением квартира превратилась в столярный цех. Повсюду валялись стружки и всякий мусор, воздух был отравлен ненавистью. После концертов я возвращался в квартиру, заставленную гробами. Словно нёс охапки цветов будущим покойникам. У меня в голове не укладывалось, что всё это происходит у меня дома. Мамин ухажёр постоянно на меня наезжал, а я, конечно, в долгу не оставался. Больше всего меня бесило, что в этих конфликтах мама всегда была на его стороне.

Кончилось тем, что мы с этим мужиком серьёзно подрались. Он меня здорово избил – Мама Марина возила меня в больницу. Помню, как сидел на полу с разбитым лицом, и смотрел, как мама со своим ухажёром собирают вещи. Они уехали в Новосибирск, и с тех пор между мной и мамой пролегла полоса отчуждения длиною в четверть века.

Мне было горько, больно и обидно. Я не мог этого понять и принять. Наверное, мне казалось, что раз я не сумел стать для своей матери главным и единственным человеком, будучи ребёнком, то вполне имею право претендовать на это сейчас, когда я богат, знаменит и поддерживаю её финансово. Но я ошибался. У меня