Становление советской политической системы. 1917–1941 годы - Димитрий Олегович Чураков

свержении Временного правительства, нарушившего законную преемственность власти в России». Высказывались предложения о создании на основе посольств «объединяющего центра для русского представительства». Но на протяжении всей гражданской войны российские посольства (особенно во Франции, Великобритании и США) были центрами, координирующими отношения белых правительств с союзниками.

До ноября 1918 г. страны Антанты рассматривали войну с большевиками как продолжение войны со странами Четверного Союза. При поддержке союзников весной – летом 1918 г. действовали Верховное управление Северной области, Временное Сибирское правительство, Комуч. Во внешней политике белые правительства провозглашали «верность союзническим обязательствам», «договорам заключенным Российской Империей и Временным правительством», а после окончания войны выступали за «полноправное представительство России во всех международных организациях».

В декабре 1918 г. бывший министр иностранных дел Российской Империи С. Д. Сазонов выехал в Париж как «представитель Государства Российского на Международном мирном Конгрессе». Он объединил в своем лице всю внешнюю политику белых правительств. После провозглашения Колчака Верховным Правителем были предприняты попытки международного признания России на Версальской мирной конференции, где работало Русское Политическое Совещание (глава – бывший премьер Временного правительства князь Г. Е. Львов, Чайковский, Струве, Савинков, Маклаков, Милюков). В структуре Совещания работали три Комиссии – Дипломатическая (во главе с послом в США Б. А. Бахметевым), Финансово-Экономическая (во главе с банкиром А. Г. Рафаловичем) и Военная (во главе с генералом от инфантерии Д. Г. Щербачевым).

Князь Львов из Омска выехал в Париж через Вашингтон и Лондон и смог встретиться с американским президентом В. Вильсоном и британским премьером Ллойд-Джорджем, пытаясь убедить их в важности признания Российского правительства и расширении масштабов помощи Белому движению. Лидеры Антанты ожидали больших военных успехов Белых армий и требовали «демократизации» политики белых правительств, особенно в отношении признания независимости образовавшихся после распада Империи государств. Совещание же не выходило за пределы принятого Белым движением тезиса о признании суверенитета всех новообразований «волей Всероссийского Учредительного Собрания». По мнению Львова, следовало не просто признать независимость новых государств, но определиться с размерами долга России за оставляемую на их территории инфраструктуру, с сохранением у России прав защиты соотечественников, православных приходов и монастырей. Нужно было определить новые государственные границы.

Представители парижского Совещания не были приглашены к участию в комитетах и комиссиях Версальской конференции (за исключением вопроса об аннексии Бессарабии Румынией). Позиции ведущих держав оставались неопределёнными За исключением двух телеграмм (от 26 мая и 4 июня 1919 г.), в которых говорилось о «поддержке» Колчака других официальных заявлений о признании сделано не было. Вильсон говорил о «невмешательстве» во внутренние дела России. Ллойд-Джордж опасался критики от тред-юнионов, поддерживавших советскую власть. Осторожной была позиция «уставшей от войны» Франции. Только Югославия (Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев) признала Российское правительство Колчака.

Но, несмотря на отказ от активной военной поддержки белых (с лета 1919 г. начался поэтапный вывод иностранных войск со всех фронтов, до осени 1922 г. на Дальнем Востоке оставались лишь японцы), страны Антанты (особенно Англия) продолжали поставлять вооружение, выдавать кредиты.

Летом 1919 г. началось наступление ВСЮР на Харьков, Екатеринослав и Царицын. После занятия Царицына армией генерала Врангеля, 3 июля, Деникин подписал директиву о «походе на Москву». В течение июля – октября войска ВСЮР заняли большую часть Украины и губерний Черноземного Центра России, остановившись на линии Киев – Орел – Воронеж. 4-й Донской корпус под командованием генерал-лейтенанта К. К. Мамонтова в августе – сентябре совершил конный рейд от Тамбова до границ Рязанской губернии и Воронежа. Одновременно с наступлением на Москву началось наступление Северо-Западной армии Юденича на Петроград.

Осенью 1919 г. положение Советской России стало критическим. Были проведены масштабные мобилизации коммунистов и комсомольцев под лозунгами «Все – на защиту Петрограда» и «Все – на оборону Москвы». Белым не удалось установить общего фронта (за исключением весьма слабых контактов между Северным и Восточным фронтом в мае 1919 г., а также между фронтом ВСЮР и Уральской армией в августе 1919 г.). Сосредоточив значительные силы красных под Орлом и Воронежем, командующий Южным фронтом, бывший генерал-лейтенант В. Н. Егоров, создал ударную группу, основу которой составили Латышская и Эстонская стрелковые дивизии, а также 1-я Конная армия под командованием С. М. Буденного и К. Е. Ворошилова. В середине октября были нанесены контрудары по флангам наступавшего на Москву 1-го корпуса Добровольческой армии генерал-лейтенанта А. П. Кутепова. После упорных боев в течение октября – ноября 1919 г. фронт белых оказался сломленным, началось их отступление от Москвы. В середине ноября, не дойдя 25 километров до Петрограда, были остановлены части Северо-Западной армии. 14 ноября 1919 г. после неудачных боев под Петропавловском и Тобольском, белые оставили Омск. В декабре 1919 г. красные войска заняли Ростов и Новочеркасск.

Серьёзно ухудшились взаимоотношения Кубани с командованием Добровольческой армии после так называемого «кубанского действа» в ноябре 1919 г. Поводом к нему стал факт заключения договора в Париже между делегацией депутатов Рады и так называемым «Меджлисом» горских народов сепаратного договора о границах на Кавказе. Поскольку Деникин не признавал самостоятельной Горской республики и ее органов власти, то переговоры с врагами южнорусского Белого движения, а тем более переговоры от имени якобы «независимого» государства считались равносильными государственной измене. Под этим предлогом генерал Врангель ввел в Екатеринодар верные ему войска, арестовал 12 депутатов Рады, и казнил главу парижской делегации депутата А. И. Калабухова (6 ноября 1919 г.). В результате этого так называемого «кубанского действа» краевая конституция была изменена в сторону усиления исполнительной власти, теперь атаман получал право роспуска Краевой Рады.

Казалось бы «умиротворение» Кубани достигнуто. Но немалая часть казачества увидела в этом насилие над своими традиционными привилегиями, пренебрежение самостоятельностью края. В результате симпатии к Белому движению резко упали, и у кубанцев появился существенный повод к оправданию своего нежелания воевать на фронтах ВСЮР. Теперь, вместо надёжного тыла, Кубань стала центром «казачьего сепаратизма» на юге России.

Режимы Белого движения, в условиях поражений на фронтах, пытались эволюционировать в сторону «демократизации». В декабре 1919 – марте 1920 гг. был провозглашён отказ от диктатуры и союз с «общественностью». На Юге России было распущено Особое Совещание и образовано Южнорусское правительство, ответственное перед Верховным Кругом Дона, Кубани и Терека. В Сибири Колчак объявил созыв Государственного Земского Совещания с законодательными полномочиями. Но предотвратить поражений не удалось. К марту 1920 г. были ликвидированы Северо-Западный и Северный фронты, а Восточный и Южный утратили большую часть занимаемой территории.

После падения Омска Российское правительство переехало в Иркутск, где новым премьером стал молодой министр внутренних дел, кадет В. Н. Пепеляев. Колчак решил отвести войска к Новониколаевску и, далее, к Красноярску. Начался Великий Сибирский Ледяной поход. Однако в тылу Красноярский гарнизон поднял восстание, поезда адмирала оказались отрезанными от армии и большая ее часть сдалась в плен. Остатки войск во главе с генерал-лейтенантом В. О. Каппелем обошли Красноярск и по рекам Кану и Ангаре вышли к озеру Байкал. Каппель при переходе погиб. Поезд Колчака был остановлен в Нижнеудинске. Накануне 1920 г. в Иркутске вспыхнуло эсеро-большевистское восстание. Российское правительство перестало существовать. 4 января 1920 г. Колчак передал Верховную власть Деникину, а управление Восточной окраиной – атаману Забайкальского казачьего войска генерал-лейтенанту Г. М. Семенову. После этого он перешёл в чешский вагон – под покровительство союзников. 15 января 1920 г. чехи выдали Колчака в руки Политцентра, захватившего власть в Иркутске. С 21 января начались допросы бывшего Верховного правителя, но вскоре большевистский ревком решил казнить Колчака без суда. 7 февраля 1920 г. вместе с премьером Пепеляевым бывший Верховный Правитель был расстрелян на берегу реки Ушаковки (приток Ангары).

В январе – марте 1920 г. развернулись решающие сражения на Кубани. Во время операций на реке Маныч и под станицей Егорлыкской ВСЮР не смогли сдержать наступление красных дивизий и эвакуировались в Крым. В марте 1920 г. после «Новороссийской катастрофы», гибели Восточного, Северного и Северо-Западного фронтов положение Белого дела представлялось уже обреченным. Прибывшие в Крым белые полки были деморализованы. Англия, самый верный, как многим казалось, союзник, отказалась от поддержки белого Юга и 22 марта 1920 г. Деникин передал свои полномочия Главнокомандующего Вооруженными Силами Юга России генерал-лейтенанту П. Н. Врангелю.

От Врангеля требовалось ясное определение целей Белого движения. 25 марта 1920 г. во время молебна на Нахимовской площади в Севастополе, новый Главком заявил, что только продолжение вооружённой борьбы с советской властью является единственно возможным для Белого движения. «Я верю, – говорил он, – что Господь не допустит гибели правого дела, что Он даст мне ум и силы вывести армию из тяжёлого положения». Но для этого требовалось восстановление не только фронта,