Первая любовь не ржавеет - Лина Филимонова

Какой же кайф его дразнить! Как приятно чувствовать свою власть… Почему я раньше никогда ни с кем так не делала?

Может быть, никто никогда не хотел меня так сильно и откровенно. Только Сашка Петров. И двадцать лет назад, и сейчас.

И да, я не забыла, чем все это закончилось в прошлый раз…

Поэтому – дразню, вроде как даже на что–то намекаю, а в конце – резко обламываю.

– У меня свидание, – говорю Сашке.

– Ага, щаз, – отзывается он.

Я поднимаюсь.

– Ты никуда не пойдешь.

Он тоже вскакивает и преграждает мне путь.

– Охренел? – выдыхаю я.

– Именно.

Он надвигается на меня, прижимает к спиной к столешнице, захватывает в плен своих рук…

– Ты мне никто, – говорю спокойно. – И указывать не можешь.

– Никто?

– Просто друг.

– Друг, значит…

– А кто?

– Будущий муж, – выпаливает он.

Я закатываю глаза.

– Где–то когда–то я это уже слышала…

– До сих пор на меня обижаешься? Двадцать лет прошло…

Он хмурится.

– Саш, мне давно пофиг.

– А мне нет. Давай поговорим.

– Ну что ты можешь мне сказать? Хочу – не могу? Люблю – трамвай куплю? Пусти! Я пойду.

Тяну руку к ключам, лежащим на столе.

Это был красивый жест – бросить ему ключи от дома. Но ладно, сама съезжу пообщаюсь с мастерами. И сама им заплачу!

– Эй!

Сашка отбирает ключи.

– Что?

– Я все сделаю. Иди, развлекайся. Кузнецову привет.

– Почему ты думаешь, что это Кузнецов?

– А кто?

– Мало ли…

– Сколько их у тебя? На каждом перекрестке мужиков цепляешь…

Злится. Ревнует.

Мне пофиг. Но все же приятно…

Не помню, чтобы меня кто–то ревновал. Обычно ревную я.

Потому считаю себя недостаточно красивой, не такой стройной, и, уже – не очень молодой… Да, я ревновала своего мужа. И не зря!

И Сашку тогда, двадцать лет назад, очень сильно ревновала. Особенно к Дашке Морозовой. И к Юльке Ефимовой.

А теперь он ревнует меня!

Двадцать лет назад я бегала за Сашкой. Не то чтобы как собачонка, но все же… Я была влюблена в него намного сильнее, чем он. Я сохла и страдала. Я была безумно счастлива, когда он обратил на меня внимание.

А он просто развлекся со мной. И уехал в свою новую жизнь.

Теперь все иначе.

Я и представить не могла, что получится так красиво отомстить главному красавцу класса и моему самому первому бывшему... .

Вадим уже ждет меня у входа в музей. Я приближаюсь летящей походкой. Он торопится мне навстречу.

– Привет.

– Классно выглядишь! – выдыхает он.

И это не вежливость. Я вижу откровенное восхищение в его глазах.

Я красотка!

Я свежа, весела, раскована и аппетитна. Именно такой я вижу себя в отражениях витрин, пока мы гуляем по центральному проспекту в сторону намеченного Вадимом бара.

Я теперь знаю секрет женской красоты и привлекательности – надо просто быть немножко стервой. Или не немножко…

20

20

Александр

Раньше я много болтал.

Сейчас стараюсь действовать.

Во всяком случае, такой у меня был план: сначала я действиями доказываю, что я мужик, а не пиздабол. А уж потом все разговоры.

Я не говорю Марине: люблю, трамвай куплю. Вместо этого ремонтирую беседку и нанимаю мастеров для переделки дома. И всякими другими способами показываю свою неподдельную заинтересованность.

Казалось бы: рабочая стратегия. Чисто мужской эффективный подход. Но ни хрена!

То ли лыжи не едут, то ли я дурак.

Склоняюсь ко второму варианту. На самом деле я и сейчас болтаю лишнего…

Время от времени из меня вырывается: “Сделаю тебе двойню” или “Ты моя будущая жена”.

Что это вообще?

Это не то, что я сознательно обдумал и сказал. Это вырывается откуда–то из глубин моего существа.

И это точно не то, что хочет услышать Марина. Слишком рано…

Поэтому сейчас она упорхнула на свидание с Кузнецовым.

Я не особо переживаю по этому поводу. Вадим Кузнецов? Да ладно! С ним можно поугорать и повеселиться. Но для чего–то большего он ей не зайдет. Я уверен.

Это же Кузнецов! Он сам себя утопит сомнительными комплиментами, стебом и приколами на грани. Он просто не умеет по–другому.

Этими размышлениями я успокаиваю себя. И смотрю на пиликающий телефон. Мне пишет Дашка Морозова.

“Саш, привет. Чем занимаешься?”

“Работаю, а что?”

“Просто спросила”.

И – молчит.

“Чего хотела–то?” – не выдерживаю я.

“Да просто так написала…”

И снова тишина. Такая вся загадочная… Какого хрена писать, если сказать нечего?

Засовываю телефон в карман, беру ключи от машины и от дома Марины. И еду общаться с мастерами. Там ещё работы выше крыши. И я доведу ее до конца при любых раскладах.

Проезжаю мимо цветочного и резко торможу. Может, цветы ей купить? Женщины это любят. А я раньше как–то не догадался.

С другой стороны… она умчала на свидание с Кузнецовым! А я к ней с букетом. Буду выглядеть как олень. Женщины оленей не любят. Они их просто используют.

Впрочем, похрен. Хочу купить девушке цветы – покупаю.

Помню, двадцать лет назад ей нравились белые розы. Может, и сейчас оценит?

Кладу цветы на заднее сиденье. И вспоминаю, как с таким же букетом шел к ней на следующий день после выпускного. На котором у нас все было.

А потом, через месяц, я облажался. Самым банальным способом. Нижняя голова победила верхнюю.

Всего один раз… Одна ошибка – и вся жизнь пошла по другому пути.

И я не говорю, что у меня была ужасная семейная жизнь. Мы с Аней неплохо ладили. Был период, когда мне казалось, что мы по–настоящему любим друг друга. Может, и правда так было. Или просто хорошо притерлись…

Как бы там ни было – сын у нас получился офигенный. Правда! И спортсмен, и учится хорошо, и не лентяй. У меня с ним всегда были близкие отношения. Вместе гоняли на рыбалку и на футбол, ходили в походы, катались на лыжах. Конечно, после определенного возраста он стал больше времени проводить с друзьями. Но это нормально. Мы все равно не потеряли связь.

Меня мама растила одна. Так что с сыном я наверстал все, чего мне в детстве не хватало. Сделал все, чего хотел от своего воображаемого отца…

Принимаю работу у мастеров, договариваюсь на завтра. Рассчитываюсь за первый этап, как мы