Опыты понимания, 1930–1954. Становление, изгнание и тоталитаризм - Ханна Арендт

242

Он должен обладать чувством реальности, не обязательно в том смысле, чтобы быть практичным и реалистичным, но в том, чтобы прочувствовать саму силу всех реальных вещей, каковой является сила преодолевать и превосходить все наши ожидания и расчеты. И поскольку это непреодолимое качество реальности вполне очевидно связано с тем фактом, что люди, как бы хорошо или плохо они ни были интегрированы в сообщество равных себе, всегда остаются индивидами, которых некая случайность или провидение забросили в приключение жизни на земле, историку следует помнить, что человек всегда в одиночку сталкивается, должен приспосабливаться и пытается действовать в условиях, которые создали и с которыми вынуждены иметь дело все люди.

243

Событие принадлежит прошлому, знаменует конец в той мере, в какой элементы с их истоками в прошлом собраны вместе в его внезапной кристаллизации; но событие принадлежит будущему, знаменует начало в той мере, в какой сама эта кристаллизация никогда не может быть дедуцирована из своих собственных элементов, но неизменно вызывается некоторым фактором, лежащим в сфере человеческой свободы.

244

Задача историка – анализировать и описывать новую структуру, возникающую после того, как происходит событие, а также его элементы и истоки. Он делает это при помощи того света, который проливает само событие, но это не означает, что он должен или может понимать природу самого этого света. Поиск природы тоталитаризма более не является историческим (и, конечно, не социологическим или психологическим) предприятием; это, строго говоря, вопрос для политической науки, которая, когда она понимает себя, является подлинным стражем ключей, открывающих двери к проблемам и неопределенностям философии истории.

245

Так называемая цепь происходящего – цепь событий, есть, строго говоря, противоречие в понятиях – прерывается каждую минуту рождением нового человеческого существа, приносящего новое начало в мир.

246

К примеру, то, что тоталитарные государства радикально отрицают человеческую свободу.

247

Вещей и событий.

248

Только в терпеливой стойкости не-порочного круга понимания улетучивается все самодовольство и все представления об «осмотрительности».

249

Без такого рода воображения и проистекающего из него понимания мы никогда не смогли бы определить свое место в мире.

250

Об этой статье см. прим. 1 к предыдущей статье, а также предисловие Джерома Кона к настоящей книге.

251

Иммануил Кант, «О поговорке „Может быть, это и верно в теории, но не годится для практики“», в: Иммануил Кант, Сочинения в 6 т. Т. 4. Ч. 2. (Москва, 1965), 107.

252

Соответствие вещи и интеллекта (лат.).

253

Этот и предыдущие десять абзацев взяты из рукописи под названием «Идеология и пропаганда». – Прим. ред.

254

Арендт цитирует по памяти. – Прим. ред.

255

Из: Denktagebuch, Heft XVII, хранится в Немецком литературном архиве в Марбахе под шифром 93.37.16. Перевод публикуется по: Ханна Арендт и Мартин Хайдеггер, Письма 1925–1975 и другие свидетельства. (Москва: Издательство Института Гайдара, 2015), 297–298.

256

Настоящая рецензия на книгу Вальдемара Гуриана «Большевизм: введение в коммунизм» (Waldemar Gurian, Bolshevism: An Introduction to Soviet Communism. Notre Dame, IN, 1952) была опубликована в журнале Partisan Review XX/5, September-October 1953. Хотя в ней видны признаки растущего интереса Арендт в это время к значению мысли Маркса, эта рецензия не позволяет судить о том, какие глубокие чувства она испытывала к самому Гуриану. Она знала этого «странного человека», «чужака в мире, всюду не совсем дома, и в то же время реалиста», еще с начала 1930-х гг. в Германии. Для Арендт это был один из светлых людей во тьме XX столетия. См.: Ханна Арендт, «Вальдемар Гуриан. 1903–1954», в Ханна Арендт, Люди в темные времена (Москва: Московская школа политических исследований, 2003).

257

«Религия и политика» была подготовлена в качестве доклада на конференции в Гарвардском университете, посвященной проблеме «Является ли борьба между свободным миром и коммунизмом в своей основе религиозной?» Доклад был опубликован в журнале Confluence, II/3, 1953. Жюль Моннеро ответил на эссе Арендт в письме, адресованном Генри Киссинджеру, редактору Confluence, которое было опубликовано в следующем выпуске, II/4, 1953. В своем письме Моннеро, отмечая, что Арендт «обвиняет [его] в смешении идеологии с религией», в свою очередь критикует ее за неспособность дать определение ни одному из этих терминов. Ответ Арендт был опубликован в следующем выпуске Confluence, III/1, 1954.

258

Энгельс свидетельствует, что в Париже в сороковые годы XIX в., говорили «Donc, l'athéisme c'est votre religion» («Стало быть, атеизм это и есть ваша религия!»), как он думает, потому что «человек без религии представлялся каким-то чудовищем». См.: Friedrich Engels, «Feuerbach and the End of Classical German Philosophy» in Karl Marx and Frederick Engels, Selected Works (London, 1950), II, 343; Карл Маркс и Фридрих Энгельс, Сочинения, т. 21 (Москва, 1961), 293.

259

Негативная зависимость Паскаля от Декарта слишком хорошо известна, чтобы требовать дальнейшего документального подтверждения. «Йоханнес Климакус, или De omnibus dubitandum est» принадлежит к самым ранним философским рукописям Кьеркегора (зима 1842/43 гг.); в ней, написанной в форме духовной автобиографии, Кьеркегор сообщает нам, как одно предложение сыграло решающую роль во всей его жизни, а также то, что он сожалел, узнав от Гегеля о Декарте, что не начал изучение философии с Декарта. Следуя гегелевской интерпретации Декарта, он видел в ней квинтэссенцию современной философии, ее принцип и начало. Этот маленький трактат содержится в датском издании работ Кьеркегора Collected Works, 1909, vol. IV. Я пользовалась переводом на немецкий Вольфганга Струве.

260

Sören Kierkegaard, Johannes Climacus, oder De omnibus dubitandum est (Darmstadt, 1948), 76.

261

Blaise Pascal, Pensees (Paris, 1950), No. 92, p. 370; Блез Паскаль, Мысли, Москва, 1995, 90. Весь параграф еще более ясно демонстрирует то, как глубоко вера Паскаля коренилась в его отчаянии по поводу возможностей надежного знания: «Человек – не более чем существо, по природе своей исполненное заблуждений, без благодати не устранимых. Ничто не указывает ему истину. Всё его обманывает. Эти два источника истины,