Золотая легенда. Жития святых - Иаков Ворагинский

— Разве вы не видите, кто тащит его из храма?

Они ответили, что не видят, и он продолжил:

— Давайте помолимся о том, чтобы и вы увидели его.

Они помолились, и Маур увидел, а аббат — нет. На следующий день, когда молитва закончилась, Божий человек, найдя нерадивого монаха за пределами храма, ударил его посохом, дабы наказать за слепоту. Монах застыл в молитве, и древний враг рода человеческого не осмеливался больше тревожить его покой, будто побит был он сам.

Три из этих двенадцати монастырей были построены на вершине крутой горы. Было очень трудно поднимать туда воду от подножия, а потому братия не раз просила Бенедикта переменить местоположение обители. Однажды ночью он взобрался на гору с молодым парнем и после долгой молитвы положил там в виде знака три камня. Утром, когда он спустился и монахи пришли к нему с обычным требованием, он сказал:

— Ступайте на вершину и найдите три положенных там камня. Копайте на обозначенном месте, и Бог откроет вам воду.

Они поднялись и нашли место, где уже даже от камней пахло влагой. Монахи выкопали яму и скоро увидели, как она наполняется водой. Течет она щедро и по сию пору, спадая потоком к подножию горы.

Как-то раз один их монахов выкашивал ежевичные кусты вокруг монастыря Бенедикта, но вдруг лезвие косы отлетело и упало на дно озера. Человек очень расстроился, но святой опустил в озеро рукоять, лезвие тотчас поднялось со дна и прикрепилось к ней.

Один очень молодой монах по имени Пласид пошел за водой и упал в реку; течение подхватило его и отнесло от берега на расстояние полета стрелы. Он начал тонуть. Святой Бенедикт в своей келье немедленно узнал об этом через внутреннее видение. Он вызвал Маура, поведал ему о случившемся и приказал бежать на выручку Пласиду. Получив благословение Бенедикта, Маур так быстро мчался на помощь, что прошел по воде, думая, что все еще идет по песку, добрался до юноши и вытащил его за волосы на берег. Потом вернулся и описал все происшедшее Божьему человеку. Святой приписал спасение монаха не своей добродетели, а послушанию Маура.

Жил священник по имени Флоренций, чья дурная воля против Бенедикта родила в нем такое безумие, что он послал святому отравленный хлеб под видом благословенного. Бенедикт принял дар с благодарностью и отдал вороне, которая всегда получала хлеб у него из рук, с такими словами: «Именем Иисуса Христа унеси сей хлеб и брось там, где никто не сможет найти его и съесть».

Ворона открыла клюв, расправила крылья и стала кружить над хлебом, каркая так, словно хотела сказать, что готова повиноваться, но просто не может исполнить приказания. Тем не менее святой повторял снова и снова:

— Подбери его, подбери, тебе это не повредит, и унеси подальше, как я сказал.

Наконец ворона унесла хлеб и спустя три дня вернулась, чтобы получить привычную пищу с ладони святого.

Флоренций, видя, что ему не удалось убить тело святого, загорелся желанием убить души его учеников. Для этого он нанял семь девушек, чтобы они пели и танцевали в монастырском саду для возбуждения в монахах страстей. Святой увидел это из своей кельи и испугался, что ученики его и впрямь могут впасть в грех, а потому сдался перед злобой своего противника и решил искать новое место для обители, забрав с собой нескольких монахов. Флоренций с балкона увидел, что Бенедикт уходит, и уже торжествовал победу, но неожиданно балкон рухнул и похоронил под собой Флоренция. И тогда Маур побежал за святым и сказал:

— Возвращайтесь же скорее! Того, кто причинил вам столько горя, больше нет!

Но Бенедикт лишь горестно простонал, расстроенный одновременно и тем, что враг его мертв, и тем, что ученики возрадовались смерти врага. А потому он наложил на Маура епитимью, дабы впредь он не радовался ничьей смерти.

Избрав другое место для жизни, Бенедикт сменил местность, но не врага. Он отправился в Монте-Кассино, где тогда находился храм Аполлона. Там он построил молельню в честь святого Иоанна Крестителя и обратил местное население в истинную веру. Но древний враг рода человеческого, расстроенный происшедшим, предстал перед ним в ужасном обличье и гневе, угрожая святому огнем, рвавшимся из глаз и уст.

— Бенедикт! Бенедикт! — кричал он, но святой не отвечал, и дьявол закричал еще громче: — Проклятый, проклятый, а не Бенедикт![607] Не благословенный, но окаянный! За что преследуешь меня?!

Однажды монахи попытались поднять камень, лежавший на земле, чтобы положить его в основание стены, которую они строили, но не смогли. Огромное количество людей не могло даже сдвинуть этот камень, но пришел человек Божий, благословил их, и камень был тотчас поднят. Когда они задумались, как же это произошло, то поняли, что в камне сидел дьявол и удерживал его на месте. Затем, когда стена была уже довольно высокой, святому снова явился злой дух и сообщил, что тоже идет строить стену. Бенедикт тотчас отправил братии послание:

— Братья, будьте на страже! Дьявол следует за вами!

Посланец едва успел произнести последнее слово, как дьявол разрушил стену, и под ее обломками погиб юный послушник. Но Божий человек взял изуродованное и раздавленное тело, положил в мешок и, молитвами своими вернув его к жизни, отправил обратно работать.

Один мирянин, известный своей добродетельной жизнью, взял в обычай раз в год посещать святого, постясь по дороге. Однажды на пути к нему присоединился другой путешественник, несший провизию. Спустя некоторое время он сказал мирянину:

— Пойдем, товарищ, подкрепим наши силы какой-никакой пищей, ведь впереди у нас еще долгий путь.

Добродетельный мирянин ответил, что всегда постится в дороге, и второй умолк. Через некоторое время он возобновил свои предложения, но опять встретил отказ. Прошел еще час, долгая дорога истомила путников, а они как раз подошли к лугу, где бил источник и было все, что могло дать отдых и наслаждение телу. Спутник мирянина указал ему на это и снова стал соблазнять пилигрима немного поесть, а затем отдохнуть. На этот раз предложения его очаровали слух и зрение паломника, и он согласился. Но когда он явился к Бенедикту, тот сказал ему:

— Вот ведь, брат мой, враг не мог соблазнить тебя ни в первый, ни во второй раз, но на третий раз он тебя победил.

Мирянин распростерся у ног святого, признав свою вину.

Тотила,