Точка зрения слуги. Письма американского негра о русской революции (1917-1918 гг.) - Александр Владимирович Быков

закат солнца – огромный огненный шар, скрывающийся в океане. Вдруг мы подумали, что все кончено: впереди корабля мы увидели, как мы думали, торпеду, двигавшуюся прямо на нас, но это оказалась просто стая уток. Это видели все, кроме посла, который был занят игрой в бридж. Через двое суток мы прибыли в Архангельск. Восемь дней жили на корабле, т. к. в Архангельске нет свободных домов, чтобы снять. Сейчас посол живет в 3-комнатной квартире. Мы живем вместе с семьей, в которой четверо детей. У нас есть повар и горничная. Довольно тесно, но ведь война.

Я вложу открытку, на которой посол в госпитале. Это первый американский солдат, раненный в бою в России. Надеюсь, Вы не встревожитесь, увидев, как посол сильно похудел. Думаю, он сбросил 15–20 фунтов. Это, наверное, от пищи, которую мы ели в поездах и на кораблях в течение трех недель, которые мы там жили. Но сейчас он поправляется, т. к. у меня есть где приготовить ему нормальную еду. Должен сказать, некоторое время он болел, да и сейчас еще не совсем здоров. Получили ли Вы мое письмо из Вологды о его болезни? Сейчас он не может ходить в туалет. Дважды в день приходит доктор и облегчает его страдания с помощью длинной резиновой трубки. Я спросил доктора, как долго придется ею пользоваться, и он ответил, что, скорее всего, пока не будет сделана операция. Я спросил, из-за чего все это, и он сказал, что из-за воспаления предстательной железы. Но посол так же, как и я, не думает, что необходима операция.

Окно комнаты посла выходит на гавань, в которой стоят боевые корабли, подводные лодки, минные тральщики, торпедные лодки, эсминцы и другая военная техника. Только что посол позвал меня посмотреть на три только что прибывшие транспортные судна с американскими солдатами на борту. Свистки свистят, колокола звонят – такой ужасный шум, что кажется, он слышен даже Вам в Америке.

Забыл извиниться за то, что пишу такими “революционными” чернилами. Нет черных чернил. В городе по-прежнему все очень дорого. Рубль идет 10 за 1, но это ничего не меняет. Примеры некоторых цен: масло – 25–30 рублей за фунт, различное мясо – 8-10-12 рублей за фунт, овощи – 6–8 за фунт. Отдать пришить один воротничок стоит 1 руб. 50 коп., недельная стирка 150–200 руб., а пара подтяжек, которые в Америке стоят 10 центов, здесь обойдутся в 50 руб. По таким ценам очень трудно что-нибудь купить. Я покупаю у крестьян, дожидаясь, когда они приедут из деревень. Я предлагаю им муку и тушенку в обмен на яйца и масло. Десяток яиц стоит 30 рублей.

Сегодня должен был быть праздничный день, но из-за очень сильного дождя он перенесен на завтра. Все американские пордразделения собирались через весь город промаршировать к зданию посольства, где посол должен был выступить с речью, после чего, думаю, солдаты должны были направиться за большевиками.

Вы не могли бы попросить Джеймса купить две большие коробки самого лучшего порошка? Буду очень Вам признателен, т. к. в России этого не достать, а также три коробки самого сильного средства от крыс, они ползают по мне всю ночь. Ничего этого не найти в России.

Если Вы сможете это прочитать, миссис Френсис, Вас это заинтересует. Я бы мог написать еще лучше, если бы не был так взволнован сегодня.

До свидания. Всем наилучшие пожелания.

С уважением, Филип.

* * *

Архангельск, Россия

15 сентября 1918 г.[102]

Миссис Френсис!

Думаю, Вы уже получили два моих письма. Теперь я постараюсь с каждой почтой посылать Вам по письму, чтобы сообщать о здоровье посла. По сравнению с прошлой неделей ему лучше. Два раза в день приходит доктор и опорожняет его мочевой пузырь. На ночь я кладу послу в постель горячую грелку, потому что у него постоянно мерзнут ноги. Доктор считает, что нужно как можно скорее делать операцию. Они хотят, чтобы на операцию посол ехал в Лондон, но я думаю, если уж он сможет добраться до Лондона, то оттуда он сможет доехать и до Америки. Посол тоже так думает и вчера спрашивал, что я думаю по этому поводу. Я сказал, что если бы дорога в Японию отсюда была открыта, то он мог бы пересечь Атлантический океан, высадиться в Калифорнии, где бы Вы его встретили, и там сделать операцию. Он подумал над моими словами и сказал, что, наверное, дорога на Японию откроется не скоро.

Я готовлю ему самую лучшую еду, хоть это и стоит кучу денег. Вчера купил кочан капусты размером с кулак и заплатил 15 рублей. Картошка – 100 рублей за пуд (40 фунтов), масло подскочило до 25–30 руб. за фунт. Посол, или, лучше сказать, м-р Джонстон, живут с послом вдвоем. Я – с горничной и поваром. Эта бедная горничная – какая-то помешанная, она вынуждает меня утешать ее и удерживать от самоубийства. Она приехала вместе с нами из Петрограда, и все, что у нее было, осталось там. Она буквально сходит с ума, когда приходят письма от ее знакомых. Она читает газеты про то, что делается в Петрограде, и понимает, что он горит, как Рим. Бедный Петроград, он в огне, а мародеры грабят и убивают, да еще большевики каждый день расстреливают по 500–600 человек. Вчера расстреляли 500 офицеров. Посол получил сообщение из Стокгольма о том, что м-р Армор и все американцы благополучно добрались. Из тех американцев, которые прибыли на трех транспортных судах, очень многие умерли. Вчера я побывал в госпитале, и м-р Фицвильямс, мой хороший знакомый, водил меня в палату, в которой лежали 8-10 больных. Он сказал, что все они умрут. Хотелось бы мне это понять. Доктора делают все, что в их силах, для здоровья людей, а из окна квартиры посла видишь бухту, полную различной техники, произведенной для уничтожения человека. Теперь я увидел войну, о которой говорил Шерман.

Ко мне только что приходил мой знакомый крестьянин. У него было 30 яиц, за которые я заплатил 75 рублей. Еще у него было 10 фунтов масла, но я не стал платить 30 рублей за фунт, а сделал ему предложение, которое он с радостью принял. Я предложил ему взамен полфунта сахара, 3 банки тушенки и 8 сухарей (галет). Он так обрадовался и сказал, что на следующей неделе он придет снова и принесет масло, яйца и цыплят. Только что я купил курицу за 80 рублей. А вчера купил 40 фунтов телятины и заплатил 350 рублей!!! Цены ужасные,