Блистательная Серена - Джеральд Марзорати

нее была возможность, — рассуждала моя собеседница, — сказать: “Я против, но так тому и быть”, но вместо этого она ринулась в бой. Игроки нетрадиционной ориентации знают об этом. Об этом знают болельщики-гомосексуалы, которые приходят на арену».

Стаббс уверена, что рано или поздно стадион все равно переименуют. Как и многие другие, она поддерживает кандидатуру Ивонн Гулагонг-Коули, коренной австралийки, каких в теннисе не так много и которая после ухода Корт стала лучшей теннисисткой Австралии и первой ракеткой мира. Другой и, возможно, наиболее оптимальный вариант — продать право назвать арену корпоративному спонсору: ничего личного, никакой политики, чисто бизнес. После того, как главная площадка Открытого чемпионата Австралии получила имя великого Рода Лейвера, чиновники рассудили, что справедливо будет назвать первый корт в честь женщины. Но оказалось, не все так просто.

Тем временем группа поддержки Серены Уильямс пополнилась новыми людьми: болельщики-гомосексуалы, а также другие участники ЛГБТ-сообщества, которые никогда ранее не интересовались спортом, теперь от всей души желали Уильямс побить рекорд Корт.

11

Главные соперницы, с которыми на протяжении многих лет приходилось встречаться Серене Уильямс, в значительной мере определялись исторически, чтобы не сказать напрямую Михаилом Горбачевым и Борисом Ельциным. В конце сезона 1980 года, за год до рождения Уильямс, в первую полусотню лучших теннисисток входила 31 американка. Шесть игроков были родом из Советского Союза и стран Варшавского договора. Все изменилось с началом перестройки и распадом Советского Союза в 1991 году. (Немаловажную роль также сыграло повторное внесение тенниса в список олимпийских видов спорта начиная с Сеула в 1988 году.) Вскоре девушки и юноши из России и Восточной Европы заполонили теннисные академии стран Западной Европы и Флориды, а теннисные федерации Чехии и других государств принялись модернизировать корты и программы тренировок. Из 32 сеяных участниц Открытого чемпионата Австралии 2019 года 16 приехали из стран, некогда входивших в восточный блок. Американок было всего трое. (Темнокожие Слоан Стивенс, Серена Уильямс и Мэдисон Киз, ребенок от межрасового брака, — еще одна разительная перемена по сравнению с 1980 годом.) Такое соотношение более или менее сохранялось в течение 20 лет — это была эпоха русских, белорусов, украинцев, румын, латышей, эстонцев, сербов, хорватов, чехов и так далее — эпоха сестер Уильямс против многочисленных «-овых» (Даниэлы Гантуховой, Екатерины Макаровой, Марии Шараповой и других).

В разгар второй недели Открытого чемпионата Австралии Серена Уильямс в четвертом круге встречалась с румынкой Симоной Халеп. На тот момент она занимала первую строчку в мировом рейтинге. Из 128 участниц, начинавших турнир, осталось всего 16 (отсюда и название четвертого круга в серии турниров Большого шлема — одна восьмая). Халеп, посеянная под первым номером, пожалуй, лучше всех выстраивала защиту и за последние годы почти избавилась от своего единственного очевидного недостатка: раньше в сложных матчах она внезапно мрачнела и начинала сама себя наказывать. И все-таки первые два матча в Мельбурне румынка выиграла только в трех сетах, а затем в третьем круге ловко обошла Винус Уильямс — 6:2, 6:3. Халеп понимала, что Серена — не очень удобная соперница. Первая подача у поджарой, невысокой (ростом 168 сантиметров) Халеп довольно скромная, а вторая, когда она уставала, и подавно на уровне деревенского клуба. Симона обыграла Серену лишь однажды, а проиграла восемь раз.

Воздух в тот вечер был сырым и теплым. Уильямс подавала первой, но не сразу вошла в ритм, уступив подряд четыре очка, последнее — двойной ошибкой, и отдала гейм. Правда, она довольно быстро взяла себя в руки и за 20 минут выиграла первый сет 6:1. За эти шесть геймов, если не считать стартовый, она показала, пожалуй, лучшую игру после возвращения на корт из декретного отпуска.

Впоследствии Халеп описывала первый сет так: «Ощущение, будто я попала под поезд».

Второй сет остался за Симоной: она растягивала розыгрыши и взяла большинство из них. К началу третьего сета Серена заметно подустала. В шестом гейме подавала Уильямс, и Халеп трижды доходила до брейк-пойнта при счете 3:2 в ее пользу. Это был лучший гейм матча, решающий и очень напряженный: Уильямс ударила в линию, и мяч пришелся на обод ракетки Халеп — Серена отыграла один брейк-пойнт; удачный форхенд Халеп по линии дал ей возможность реализовать второй брейк-пойнт; обратный бэкхенд Уильямс по линии — рискованный удар, на который решится далеко не каждый игрок — решил исход гейма и, по всей видимости, лишил Халеп энергии и энтузиазма. Следующий гейм снова остался за Сереной: она взяла сет 6:4, а с ним и матч.

После матча Уильямс казалась счастливой. Она с куда большим удовольствием, чем в первую неделю турнира, отвечала на вопросы о своей игре и возвращении. «У меня такое чувство, будто каждый день, каждый матч и каждый турнир я узнаю что-то новое», — сказала она. — Я поняла, что могу и должна сражаться за титулы. Сражаться за каждый матч. Я очень стараюсь, прошло еще не так много турниров, но я пытаюсь выкладываться по полной и уверена, что добьюсь своего. Не знаю, когда, но знаю, что добьюсь».

12

На матче с Халеп, да и на предыдущих матчах Уильямс в ее ложе сидела Анна Винтур. На главных кортах турниров Большого шлема ложа игрока или, как ее еще называют, гостевая трибуна разрастается до десятка мест, потому что в свиту теннисиста помимо главного тренера и родителей, агента и представителей экипировщика обычно входят тренер по физической подготовке, диетолог и массажист. Еще игроки любят, чтобы их поддержали друзья, а если эти друзья знамениты и по ходу матча, между ударами или при смене сторон они оказываются в объективе телевизионной камеры, это становится на руку всем причастным. Винтур — знаменитый редактор журнала Vogue, а также глобальный инфлюенсер не только в мире моды, но и во всем, что моды касается: в искусстве, кино, женских проблемах, политике. И, конечно, в спорте: Винтур — заядлая теннисная фанатка (между прочим, неплохо играет на любительском уровне). Она много лет сидела в ложе Роджера Федерера на Открытых чемпионатах США, на Уимблдоне и «Ролан Гаррос». А совсем недавно ее