Поэзия. Все в одной книге - Александр Сергеевич Пушкин

бороду седуюМальчишки видели в воде.

Недоконченная картина

Чья мысль восторгом угадала,Постигла тайну красоты?Чья кисть, о небо, означалаСии небесные черты?Ты, гений!.. Но любви страданьяЕго сразили. Взор немойВперил он на свое созданьеИ гаснет пламенной душой.

Уединение

Блажен, кто в отдаленной сени,Вдали взыскательных невежд,Дни делит меж трудов и лени,Воспоминаний и надежд;Кому судьба друзей послала,Кто скрыт, по милости творца,От усыпителя глупца,От пробудителя нахала.

Царское Село

Хранитель милых чувств и прошлых наслаждений,О ты, певцу дубрав давно знакомый Гений,Воспоминание, рисуй передо мнойВолшебные места, где я живу душой,Леса, где я любил, где чувство развивалось,Где с первой юностью младенчество сливалось! —И где, взлелеянный природой и мечтой,Я знал поэзию, веселость и покой.Веди, веди меня под липовые сени,Всегда любезные моей свободной лени,На берег озера, на тихий скат холмов!..Да вновь увижу я ковры густых луговИ дряхлый пук дерев, и светлую долину,И злачных берегов знакомую картину,И в тихом озере, средь блещущих зыбей,Станицу гордую спокойных лебедей.……………………………Другой пускай поет героев и войну,Я скромно возлюбил живую тишинуИ, чуждый призраку блистательныя славы,Вам, Царского Села прекрасные дубравы,Отныне посвятил безвестной Музы другИ песни мирные и сладостный досуг.

«Там у леска, за ближнею долиной…»

Там у леска, за ближнею долиной,Где весело теченье светлых струй,Младой Эдвин прощался там с Алиной;Я слышал их последний поцелуй.Взошла луна – Алина там сидела,И тягостно ее дышала грудь.Взошла заря – Алина всё гляделаСквозь белый пар на опустелый путь.Там у ручья, под ивою прощальной,Соседних сёл пастух ее видал,Когда к ручью волынкою печальнойВ полдневный жар он стадо созывал.Прошли года – другой уж в половине;И вижу я – вдали Эдвин идет.Он шел грустя к дубраве по долине,Где весело теченье светлых вод.Глядит Эдвин – под ивою, где с милойПрощался он, стоит святой чернец,Поставлен крест над новою могилой,И на кресте завялых роз венец.И в нем душа стеснилась вдруг от страха.Кто здесь сокрыт? – читает надпись он —Главой поник… упал к ногам монаха,И слышал я его последний стон…

Платонизм

Я знаю, Лидинька, мой друг,Кому в задумчивости сладкойТы посвятила свой досуг,Кому ты жертвуешь украдкойОт подозрительных подруг.Тебя страшит проказник милый,Очарователь легкокрылый,И хладной важностью своейТебе несносен Гименей.Ты молишься другому богу,Своей покорствуя судьбе:Восторги нежные к тебеНашли пустынную дорогу.Я понял слабый жар очей,Я понял взор полузакрытый,И побледневшие ланиты,И томность поступи твоей…Твой бог не полною отрадойСвоих поклонников дарит.Его таинственной наградойМладая скромность дорожит.Он любит сны воображенья,Он терпит на дверях замок,Он друг стыдливый наслажденья,Он брат любви, но одинок.Когда бессонницей унылойВо тьме ночной томишься ты,Он оживляет тайной силойТвои неясные мечты,Вздыхает нежно с бедной ЛидойИ гонит тихою рукойИ сны, внушенные Кипридой,И сладкий, девственный покой.В уединенном упоеньеТы мыслишь обмануть любовь.Напрасно! – в самом наслажденьеВздыхаешь и томишься вновь…Амур ужели не заглянетВ неосвященный свой приют?Твоя краса, как роза, вянет;Минуты юности бегут.Ужель мольба моя напрасна?Забудь преступные мечты,Не вечно будешь ты прекрасна,Не для себя прекрасна ты.

Возрождение

Художник варвар кистью соннойКартину гения чернитИ свой рисунок беззаконныйНад ней бессмысленно чертит.Но краски чуждые, с летами,Спадают ветхой чешуей;Созданье гения пред намиВыходит с прежней красотой.Так исчезают заблужденьяС измученной души моей,И возникают в ней виденьяПервоначальных, чистых дней.

Стансы Толстому

Философ ранний, ты бежишьПиров и наслаждений жизни,На игры младости глядишьС молчаньем хладным укоризны.Ты милые забавы светаНа грусть и скуку променялИ на лампаду ЭпиктетаЗлатой Горациев фиал.Поверь, мой друг, она придет,Пора унылых сожалений,Холодной истины заботИ бесполезных размышлений.Зевес, балуя смертных чад,Всем возрастам дает игрушки:Над сединами не гремятБезумства резвые гремушки.Ах, младость не приходит вновь!Зови же сладкое бездельеИ легкокрылую любовь,И легкокрылое похмелье!До капли наслажденье пей,Живи беспечен, равнодушен!Мгновенью жизни будь послушен.Будь молод в юности твоей!

Юрьеву

Здорово, Юрьев именинник!Здорово, Юрьев лейб-улан!Сегодня для тебя пустынникОсушит пенистый стакан.Здорово, Юрьев именинник!Здорово, Юрьев лейб-улан!Здорово, рыцари лихиеЛюбви, Свободы и вина!Для нас, союзники младые,Надежды лампа зажжена,Здорово, рыцари лихиеЛюбви, Свободы и вина!Здорово, молодость и счастье,Застольный кубок и бордель,Где с громким смехом сладострастьеВедет нас пьяных на постель.3дорово, молодость и счастье,Застольный кубок и бордель!

«Всё призрак, суета…»

Всё призрак, суета,Всё дрянь и гадость;Стакан и красота —Вот жизни радость.Любовь и виноНам нужны равно;Без них человекЗевал бы весь век.К ним лень еще прибавлю.Лень с ими заодно;Любовь я с нею славлю,Она мне льет вино.

«Напрасно, милый друг, я мыслил утаить…»

Напрасно, милый друг, я мыслил утаитьОбманутой души холодное волненье.Ты поняла меня – проходит упоенье,Перестаю тебя любить……Исчезли навсегда часы очарованья,Пора прекрасная прошла,Погасли юные желанья,Надежда в сердце умерла.

Баллада

Что ты, девица, грустна,Молча присмирела,Хоровод забыв, однаВ уголку присела?«Именинницу, друзья,Нечем позабавить.Думала в балладе яСчастье наше славить.Но Жуковский наш заснул,Гнедич заговелся,Пушкин бесом ускользнул,А Крылов объелся».Вот в гостиной стол накрыт —Поскорее сядем,В рюмках пена закипит,И балладу сладим;Вот и слажена она —Нужны ли поэты? —Рюмки высушив до дна,Скажем: многи летыТой, которую друзьямВвек любить не поздно!Многи лета также нам,Только с ней не розно.

1820

Дориде

Я верю: я любим; для сердца нужно верить.Нет, милая моя не может лицемерить;Всё непритворно в ней: желаний томный жар,Стыдливость робкая, харит бесценный дар,Нарядов и речей приятная небрежностьИ ласковых имен младенческая нежность.

На Колосову

Всё пленяет нас в Эсфири:Упоительная речь,Поступь важная в порфире,Кудри черные до плеч,Голос нежный, взор любови,Набеленная рука,Размалеванные бровиИ огромная нога!

«Мне бой знаком – люблю я звук мечей…»

Мне бой знаком – люблю я звук мечей;От первых лет поклонник бранной славы,Люблю войны кровавые забавы,И смерти мысль мила душе моей.Во цвете лет свободы верный воин,Перед собой кто смерти не видал,Тот полного веселья не вкушалИ милых жен лобзаний не достоин.

1817–1820

Лиле

Лила, Лила! я страдаюБезотрадною тоской,Я томлюсь, я умираю,Гасну пламенной душой;Но любовь моя напрасна:Ты смеешься надо мной.Смейся, Лила: ты прекраснаИ бесчувственной красой.

История стихотворца

Внимает он привычным ухомСвист;Марает он единым духомЛист;Потом всему терзает светуСлух;Потом печатает – и в ЛетуБух!

Мадригал М…ой

О вы, которые любовью не горели,Взгляните на нее – узнаете любовь.О вы, которые уж сердцем охладели,Взгляните на нее: полюбите вы вновь.

Именины

Умножайте шум и радость;Пойте песни в добрый час:Дружба, Грация и МладостьИменинницы у нас.Между тем дитя крылато,Вас приветствуя, друзья,Втайне думает: когда-тоИменинник буду я!

Добрый совет

Давайте пить и веселиться,Давайте жизнию играть,Пусть чернь слепая суетится,Не нам безумной подражать.Пусть наша ветреная младостьПотонет в неге и в вине,Пусть изменяющая радостьНам улыбнется хоть во сне.Когда же юность легким дымомУмчит веселья юных дней,Тогда у старости отымемВсё, что отымется у ней.

Ты и я

(Александру I)Ты богат, я очень беден;Ты прозаик, я поэт;Ты румян, как маков цвет,Я как смерть и тощ, и бледен.Не имея в век забот,Ты живешь в огромном доме;Я ж средь горя и хлопотПровожу дни на соломе.Ешь ты сладко всякой день,Тянешь вины на свободе,И тебе не редко леньНужный долг отдать природе;Я же с черствого куска,От воды сырой и пресной,Сажен за сто с чердакаЗа нуждой бегу известной.Окружен рабов толпой,С грозным деспотизма взором,Афедрон ты жирный свойПодтираешь коленкором;Я же грешную дыруНе балую детской модойИ Хвостова жесткой одой,Хоть и морщуся, да тру.

Молитва русских

Боже! царя храни!Славному долги дниДай на земли.Гордых смирителю,Слабых хранителю,Всех утешителюВсё ниспошли.Там – громкой славою,Сильной державоюМир он покрыл.Здесь безмятежноюСенью надежною,Благостью нежноюНас осенил.Брани в ужасный часМощно хранила насВерная длань.Глас умиления,Благодарения,Сердца стремления —Вот наша дань.

1820

«Погасло дневное светило…»

Погасло дневное светило;На море синее вечерний пал туман.Шуми, шуми, послушное ветрило,Волнуйся подо мной,