Двор призрачных сердец - Элис Нокс

class="p1">Эш поставил передо мной тарелку — жареные яйца с овощами, ломтик хлеба, ещё горячего, масло, которое таяло золотыми лужицами. Рядом — чашка с дымящимся чаем.

Желудок заурчал громче, и я схватила ложку, поднесла ко рту…

— Ты добровольно ешь их еду?

Голос Джаспера прозвучал едва слышно, но отчётливо, и я замерла, ложка зависла в воздухе.

Медленно обернулась.

Он смотрел на меня спокойно, но в карих глазах читалось что-то острое.

— Что? — выдавила я.

— Еду фейри, — повторил он ровно, кивая на мою тарелку. — Ты ешь её добровольно, без принуждения.

Вейрон замер с кружкой у губ. Рэдли перестала жевать. Эш застыл на полуслове.

Тишина легла тяжёлая, давящая.

— Джаспер, у нас есть иммунитет, — начала я осторожно, опуская ложку обратно в тарелку. — Мы охотники. Мы можем есть их пищу без последствий.

— Можем, — согласился он, и губы поджались в тонкую линию. — Но не обязаны.

Пауза, и голос стал тише, жёстче.

— Я ел, — продолжал он, не отводя взгляда, — потому что у меня не было выбора. В клетке. На арене. Мне давали объедки, помои, и я глотал, потому что иначе умер бы с голоду.

Вилка в моих руках дёрнулась сильнее.

— Но ты, — он кивнул на меня, и в тоне появилась горечь, тщательно замаскированная под спокойствие, — ты собиралась в Подгорье. На враждебную территорию. На задание, где могла оказаться отрезанной от человеческого мира на недели. Месяцы.

Пауза, и взгляд стал острее.

— Скажи мне, Аделин, — продолжал он негромко, — ты предусмотрела сухие пайки? Из человеческого мира? Консервы? Крупы? Что-то, что позволило бы не зависеть от их щедрости?

Я открыла рот. Закрыла.

Боги! Рюкзак! Тот самый, с которым я пришла. С запасами, которые Кейт помогала собирать.

И я... я совершенно о них забыла.

— Я... — голос сорвался. — У меня есть. В рюкзаке. Просто... я забыла...

— Забыла, — повторил он медленно, и что-то в его лице стало жёстче. — Понятно.

Вина ударила горячей, удушающей волной. Я резко встала, едва не споткнувшись.

— Извините, — выдавила я, не глядя ни на кого. — Я... мне нужно кое-что проверить.

И почти побежала из кают-компании, не оборачиваясь.

***

Моя каюта встретила тишиной — Джаспер уже освободил её, как и пообещал.

А мой рюкзак стоял в углу, туда, куда я его забросила, перенося вещи обратно из каюты Лиса.

Я опустилась на колени, расстегнула застёжки дрожащими пальцами и распахнула.

Внутри — аккуратно упакованные пакеты и мешочки, сложенные руками Кейт.

Заварная каша в герметичных банках. Крекеры в жестяной коробке. Сушёное мясо, орехи, сухофрукты.

Воспоминание вернулось ярко и отчётливо:

Двор Света. Комната для гостей. Кейт стоит у стола, методично складывая припасы в мой рюкзак.

— Возьми это, — говорит она, протягивая очередной свёрток. — И это. Не спорь.

— Кейт, мне не нужно столько...

— Нужно, — перебивает она твёрдо, и в её глазах читается что-то материнское, заботливое. — Ты не знаешь, сколько пробудешь в пути. Не знаешь, что случится. Лучше иметь запас.

Я киваю, принимая свёрток.

И тогда, в тот момент, я была уверена — уверена! — что не притронусь к еде фейри без крайней необходимости.

Что буду есть свои припасы, сохраняя дистанцию. Что не стану зависимой.

Я провела пальцами по холодным банкам и горло сжалось от вины.

Забыла.

Совершенно, полностью забыла и не притронулась к ним ни разу. Потому что их еда была вкусной, ароматной, тёплой.

Потому что Эш, помогая коку, готовил с душой, подавая тарелки с улыбкой. Вейрон угощал фруктами, рассказывая истории. Рэдли наливала ром и смеялась до слёз.

Потому что за этим столом я чувствовала себя... как дома.

А Джаспер ел объедки в клетке, глотал помои, чтобы не умереть с голоду.

И сейчас смотрел на меня так, будто я предала всё, чему нас учили.

***

Когда я вошла обратно, все всё ещё сидели за столом — молча, напряжённо.

Джаспер поднял взгляд, увидел банку и коробку в моих руках, и что-то в его лице едва заметно смягчилось.

— Ты был прав, — сказала я тихо, опускаясь на своё место и ставя запасы на стол. — Я забыла. И это... это было глупо и безответственно.

Он медленно кивнул, и губы дрогнули в чём-то похожем на благодарность.

— Хорошо, что вспомнила, — ответил он просто.

Я открыла банку с кашей — холодной, безвкусной, но знакомой — и начала есть.

Молча.

Каждая ложка давалась с трудом, оседала комком в горле, потому что рядом стояла тарелка с ароматными яйцами, горячим хлебом, и я знала — знала — как это вкусно.

Но Джаспер смотрел, и я глотала кашу, улыбаясь через силу.

Рэдли первой разорвала тишину:

— Ну что ж, — протянула она, отпивая из кружки. — Утро выдалось... интересным. Кто-нибудь хочет обсудить погоду? Или, может, политику? Слышала, в Весеннем Дворе родился наследник...

Дверь распахнулась и вошёл Лис. Растрепанный, в расстёгнутой рубашке, босиком, с картой в руке и усмешкой на губах.

— Доброе утро, славная компания! — объявил он весело, бросая карту на стол и плюхаясь на свободное место напротив меня. — Надеюсь, вы оставили мне хоть что-то, или придётся объявить бунт и свергнуть капитана.

Серебряные глаза скользнули по столу — по Вейрону, Рэдли, Эшу — остановились на мне.

На банке с кашей в моих руках. На коробке крекеров рядом.

Брови поползли вверх, и усмешка стала любопытной.

— О, — протянул он медленно. — Вижу, мы вернулись к походному рациону. Как... ностальгично.

Я сжала ложку крепче, не поднимая взгляда.

— Просто вспомнила про запасы, — буркнула я. — Не хочу злоупотреблять гостеприимством.

Лис откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, и в серебряных глазах заплясали дьявольские искры.

— Гостеприимством, — повторил он задумчиво, и в голосе заиграла издёвка. — Интересный выбор слов. Как спалось, красавица? Моя кровать достаточно мягкая? Не жаловалась на неудобства?

Я замерла, ложка зависла на полпути ко рту.

Джаспер резко повернул голову, глядя на меня — вопросительно, напряжённо.

Щёки вспыхнули огнём.

— Спалось... нормально, — выдавила я, опуская ложку обратно.

— Рад слышать, — Лис усмехнулся, и тон стал ещё мягче, интимнее. — Знаешь, тебе не обязательно возвращаться в свою каюту. Я как джентльмен уступаю тебе свою. На сколько понадобится. Хоть на весь оставшийся путь.

Пауза, и