Великая Северная война - Алексей Геннадьевич Шкваров

Лишь 23 апреля добравшись до Пинска, Карл осознал всю бессмысленность преследования русских. Видя, что настигнуть их он не может, король расположился в окрестностях Луцка и Дубно. Здесь он простоял без движения целый месяц, после чего решил идти в Саксонию, против Августа. Реншельд предлагал другой план: «Двинуться на север, выбить русских из Лифляндии, разрушить Петербург». И приводил разумные доводы: «Войск у Петра там мало, через Ревель, Выборг, Ригу мы можем получить все необходимое из Швеции».

Но король напоминал гончего пса. Он ничего не видел, кроме ускользающей дичи. «Сначала Август!» — отрезал он, и спорить было бесполезно.

Шведы вновь прошли Речь Посполитую из конца в конец. В сентябре они были уже в Силезии и вошли в Саксонию. Август бежал из своего курфюршества и укрылся снова в Кракове, безучастным зрителем наблюдая, как гуляют шведы по его наследственным владениям.

Глава 6

В Литве и на Украине. 1706–1708 годы

В конце концов шведский король полностью разгромил Августа и заставил его отречься от престола в пользу Станислава Лещинского, а заодно и от союзнических обязательств по отношению к России. 25 августа 1706 года Август тайно, через уполномоченных, согласился на так называемый Альтранштадтский мир.

Фельдмаршал Огилви к этому времени был заменен Репниным, а всей конницей командовал Меншиков. Репнину было приказано следовать к Киеву, а Меншиков с конницей (около 17000 человек){110} расположился в окрестностях Дубно. Узнав о сосредоточении русской кавалерии, Август II с 15000 саксонских и польских войск двинулся к Люблину. Меншиков, в свою очередь, узнав о движении Августа, пошел ему навстречу, и 16 сентября русская и саксонские армии соединились в 30 верстах от Люблина.

Меншиков тут же предложил совместными усилиями разгромить шведский корпус генерала Мардефельда{111}, оставленный Карлом XII в Польше. К шведам подошли также польские войска сторонников Станислава Лещинского — под командованием Сапеги, Потоцкого и Любомирского. Корпус А. А. Мардефельда (6 батальонов и 23–26 эскадронов — всего 4538 человек) был сформирован по остаточному принципу — лучших Карл XII забрал с собой в Саксонию. Корпус состоял из уроженцев германских владений Швеции, а также баварцев, швейцарцев и французов, перешедших под знамена Карла XII при Фрауштадте. Из «природно-шведских» полков были лишь кавалеристы полковника Г. Горна — Северо-Сконский полк{112}. По мнению самого Мардефельда, боевой дух его полков не был высоким: «...оставшиеся в Польше части проявляли большое недовольство, а некоторые впали в глубокую подавленность, так как сочли, что к ним Его Королевское Величество относится с некоторым пренебрежением, отсортировав их, как негодные»{113}.

Сосредоточив около 32 000 человек, Август перешел Вислу 23 сентября и расположился в городе Петрокове. Спустя два дня здесь же он подписал условия Альтранштадтского договора, который доставил ему из ставки шведов секретарь Инфингстен. Ничего не подозревая, Меншиков со всей конницей шел вперед, даже бросив обозы. Неподалеку от Петрокова к нему присоединилось 5000 украинских казаков.

Получив известие о движении русско-саксонской армии, Мардефельд, стоявший около месяца в Варте, перешел к 1 октября в Калиново, приказав великому коронному гетману Юзефу Потоцкому с 13000 войска занять Виндаву. Меншиков отправил туда же Ренне с 300 драгун, всех казаков и калмыков. Ренне атаковал поляков так стремительно, что Потоцкий обратился в бегство, оставив до 600 человек убитыми. Несколько десятков пленных было распластано калмыцкими саблями по приказу Меншикова, который, возможно, думал этим сбить гонор с приверженцев Лещинского{114}.

Разъездами было установлено, что Мардефельд занял сильную позицию к западу от Калиша, за рекой Просно. Меншиков настойчиво убеждал Августа II атаковать шведов.

Положение саксонского курфюрста, скрывавшего от русских заключенный им с Карлом ХII мирный договор, было крайне щекотливым — он не мог сражаться с Мардефельдом, чтобы не разгневать шведского короля, и не мог рассказать обо всем русским, боясь выглядеть изменником в глазах Петра. Август дважды посылал к Мардефельду известия о заключенном мире, убеждая его заблаговременно отступить, но шведский генерал, не имея никаких распоряжений от своего короля, не верил Августу, тем более что конница Меншикова теснила его со всех сторон. И еще один любопытный факт «сложного» положения, в котором пребывал саксонский курфюрст, — поиздержавшийся Август занял у Меншикова 10 000 ефимков. «Зело о деньгах скучает король и просил у меня со слезами. Говорит — есть нечего. Видя его скудность и дал ему своих», — писал Меншиков Петру{115}.

Август, принужденный уступить настойчивости Меншикова, согласился атаковать Мардефельда, не теряя надежды, что Мардефельд вовремя получит от Карла XII известие о заключенном с саксонцами мире и отступит. 15 октября Меншиков и Август форсировали реку Просно чуть выше Калиша, взяли влево и прижали шведов к реке. Казаки с калмыками преграждали противнику единственный путь к отступлению. Единственное, что сделал король, — это формально самоустранился от командования польско-саксонскими силами, передав его генералу Μ. Бранту.

«По отправлении воинской думы» было решено атаковать (шведов. На правом фланге встала вся русская конница Меншикова, на левом саксонская Августа — 14 полков. По центру поляки Ржевусского и Синявского — около 10 тысяч человек. В тылу у противника казаки и калмыки. Против них стояли шведы — по центру, в первой линии, 15 эскадронов вперемежку с 4 батальонами пехоты, во второй — 8 эскадронов и 2 батальона пехоты, по флангам 20 тысяч поляков Потоцкого и Сапеги.

Полагая, что лучший способ обороны — нападение, шведский генерал ничего не сделал для инженерной подготовки поля сражения — ни редутов, ни испанских рогаток. В головах шведских военачальников прочно сидел шаблон — разваливать линии противника стремительной атакой.

В два часа 18 октября началась пушечная стрельба. Вскоре оба фронта сблизились и вступили в бой. Первой пошла русская кавалерия первой линии — личный «шквадрон» Меншикова и 8 драгунских полков. Драгуны смяли польские полки Потоцкого и Сапеги, которые обратились в бегство. Опрокинув поляков, русские оказались под ударом шведской кавалерии. Но увлеченные преследованием семи полков русской первой линии шведы оторвались от пехоты и оказались охваченными с флангов свежими эскадронами второй линии; они были разгромлены, и