Две ведьмы - Вячеслав Михайлович Козырев

превратились в людей и испуганно жались друг к другу. Один потирал спину, у другого на лбу вздулась здоровенная шишка, третий с отрешённым видом держался за ушибленный бок, а у двоих, сквозь подпаленную одежду виднелось голое тело. Наконец, они пришли в себя и бухнулись на колени.

– Спасительница ты наша, низкий тебе поклон. Проси чё хошь.

– Ничего не надо. Только скажите, вы видели, кто вас превратил?

– Не знаем мы, – замялся Архип. – Вроде в кустах стоял какой-то старичок.

– Худой, высокий.

– Нет, низенький.

– Не то, – поморщилась Василиса. – Ладно, идите.

Мужики поднялись, поклонились ещё раз и, пятясь задом, скрылись в кустах.

Василиса задумалась. Получается, это не Кащей, а кто-то другой наводил на них оборотней. Она почувствовала, что у неё начинает болеть голова. Такого просто не могло быть. После разгрома Серого Ордена, больше никто не рисковал напасть на царскую дочь, а уж тем более встать на пути богатыря Саньки. В любом случае, Кащей это или кто-то ещё, необходимо усилить защиту. Теперь их двое, а с котом даже трое, и старая защита уже не может их целиком закрыть.

– Ау, хватит мечтать. – К ней подошёл Санька, надевая на ходу рубаху. – Пошли.

– Погоди.

Она вытянула руки, развела ладони и провела вокруг себя круг, затем подняла руки над головой и провела круг сверху вниз, приговаривая:

Ветры вольные,

Дубравы зелёные,

Туманы серые,

Снега белые,

Солнце и Месяц ясный

Укройте нас.

Василиса повторила заклинание несколько раз, пока не почувствовала, что воздух вокруг неё сгустился.

– Защитное заклинание? – полюбопытствовал Санька.

– Оно самое, – ответила царевна и опустила руки.

– Давно бы так, – раздался ворчливый голос и из кустов высунулся Баюн.

Он внимательно окинул взглядом поле боя и, не обнаружив ничего подозрительного, вылез целиком.

– И куда это ты пропал? – ехидно спросил Санька.

– За твоей котомкой ходил, – важно ответил Баюн и протянул суму, из которой торчала самоварная труба. – Та самая, от Яги. Может пригодится. Оборотни, хотя и люди, но тоже заколдованные.

Санька посмотрел на эту хитрющую морду и недоверчиво помотал головой. Откуда он знал, где она лежит и почему раньше не принёс? Хотя, может, действительно не врёт. Зато теперь у них появилось грозное оружие в дополнение к магическим способностям Василисы.

А кот ещё раз огляделся по сторонам и довольно заметил:

– Я гляжу, вы уже и сами справились.

– Вася вовремя подоспел.

– Вот видите, а вы – монстр, чудовище, – поучительно произнёс Баюн. – А по-моему, вполне милая и симпатичная животинка. И полезная, следует отметить. Она у нас вместо сторожевой собаки. Зря ты его Васей назвал, надо было Шариком или Тузиком. А ещё лучше – Полканом.

На этот раз Санька наглую кошачью выходку пропустил мимо ушей. Его больше волновало поведение «ребёночка». Вася начал показывать свой норов и от него, действительно, лучше избавиться.

Они огляделись. Куролиск снова исчез.

– Опять проголодался, – заметил Санька.

– Так вы ж его без обеда оставили, – заметил кот. – Как придёт – сразу на болото.

– Погодите, – остановила их Василиса. – Давайте я сначала на всякий случай для Кикиморы найду оберег-траву. Говорят, Куролиски боятся ласку, пожевавшую листья руты. Ласки под рукой нет, а вот руту я недавно поблизости видела.

Она отошла в сторону и, внимательно разглядывая траву, постепенно углубилась в лес.

Санька задумчиво посмотрел ей вслед. Он знал, что она умеет колдовать, но после сражения с оборотнями понял, что она обладает большой магической силой. А от волшебницы до ведьмы один шаг. Всё зависит от настроения, а у женщин оно запросто может поменяться несколько раз за пять минут. Одно дело, когда ведьма – посторонняя женщина, и совсем другое – когда твоя жена. До сих пор они думали практически одинаково, слушали друг друга, а если и поспорили, то сразу мирились. А если сильно поругаются? В запальчивости превратит его в лягушку или ещё хуже – в змеюку.

– А чем тебе ведьмы не угодили? – проворчал Баюн.

– Опять мои мысли читаешь? – подскочил Санька.

– Да они у тебя на роже написаны, – хмыкнул кот. – Тут, видишь ли, вопрос терминологии. В смысле названия. Это ведь только теперь всё с ног на голову перевернуто и ведьмой называют злую колдунью, а раньше, по-нашему, это Ведающая Мать. Знающая и мудрая женщина. Ведьмой или ведуньей называли и бабку-повитуху, и гадалку, и просто женщину, знающую старинные обряды, заклинания и заговоры. Если у человека возникало подозрение, что его сглазили, то опять же – к ней.

– Как Баба Яга?

– Вот именно.

Санька раскрыл рот, пытаясь возразить, но ничего не придумал и легкомысленно махнул рукой.

– Ладно, убедил.

Действительно, чего волноваться. Они с Василисой любят друг друга, зачем им ссориться. А жена-волшебница даже и к лучшему, завсегда сможет исполнить какое-нибудь шибко заковыристое желание.

Он хотел сообщить об этом коту, но увидел появившуюся из леса с пучком травы в руке царевну и прикусил язык.

– О чём шепчетесь? – с подозрением спросила она, заметив две смущённые физиономии.

– Так, – торопливо ответил Санька. – Просто все кругом колдуны, волшебники и всякие специалисты по магии и заклинаниям, один я ничего не умею. Давай ты меня тоже научишь.

– А чего тут учиться? – встрял Баюн. – Я тебе уже сто раз говорил – главное, захотеть. Задумал желание, сформулировал, представил, что оно уже произошло и забыл. Оно само исполнится. В своё время. Ты только сроки не ставь. А заклинания, их учить надо, причём наизусть, перепутаешь хотя бы одно слово, неизвестно, что произойдёт.

– Не скажи, в любом случае задатки должны быть, – возразила Василиса, повернулась к Саньке и взяла его за руку. – Давай посмотрим.

Богатырь обрадовался. Сейчас у него раскроются магические способности, и он докажет вредному кошаку, что даже маленькое волшебство действует намного быстрее его теории: – «Если очень захотеть».

Василиса внимательно изучила линии на его ладошке, отпустила руку и с сочувствием пояснила.

– Нет у тебя способности к магии.

– Как нет? – возмутился Санька. – Я, между прочим, сквозь стену из темницы Двухголового вышел. И в замке Серого Магистра тоже получилось. И потом, я же не собираюсь стать каким-то супер-пупер магом, а что бы просто так, помаленьку – мало ли в хозяйстве пригодится.

– Там у тебя очень сильное желание было, на грани жизни и смерти. В обычной жизни такого настроя нет.

– Так у меня и сейчас сильное желание. – И он повернулся к коту. – Ты же сам говорил, если очень захотеть.

– Говорил, не спорю. У любого человека есть скрытые возможности, просто нужно найти ещё и хорошего учителя. Я думаю, если бы ты годик пожил в глухом лесу у Бабы Яги, она бы тебя поднатаскала. Но… – Баюн поднял лапу и покрутил ею в воздухе. – Ты же не можешь на целый год забросить важные государственные дела. И ещё – маги умеют читать чужие мысли. Иногда даже непроизвольно. Ты готов узнать, что о тебе на самом деле думают окружающие?

– Ну… – неопределённо протянул Санька.

– Вот и я о том же.

– Жалко, – вздохнул богатырь.

Радужные перспективы, стать хотя бы начинающим волшебником, развеялись. А так хотелось хоть иногда удивить окружающих.

– Не переживай, у тебя под боком всегда есть своя, родная волшебница.

– Значит, не судьба, – согласился Санька. – Тогда займёмся нашим малышом.

– Вася! – крикнул он. – Ты где?!

Затрещали кусты и на полянку вывалился куролиск. Он стал ещё толще, жёлтые глаза прикрылись в узкие щёлки, он уже прекрасно понимал, какая в них сила.

– Так, сыночек появился, – деловито произнёс Баюн. – Пошли.

Он задрал вверх морду, принюхался и направился в лес. Остальные двинулись за ним. Баюн пробирался каким-то странным зигзагом, старательно обходя кусты и ямы. Василиса, всецело полагаясь на кота, шла следом за ним и прислушивалась к своим ощущениям – нет ли впереди опасности. Куролиск тут же открыл сезон охоты и скрылся в лесу, периодически выглядывая из кустов: – «Мол, я тут, не переживайте». Лишь богатырь шагал, нервно оглядываясь по сторонам: воспоминания о предыдущем посещении действовали на него угнетающе и он хотел, как можно скорее, выбраться отсюда. И когда Баюн, вместо того чтобы просто перейти через неглубокий