Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев

Исаакий, построивший при поддержке влиятельного придворного чиновника Сатурнина небольшой монастырь в окрестностях Константинополя, умер в мае 383 г., и новым игуменом монастыря был избран Далмат, который перестроил монастырь, значительно расширил его площадь и привлек в обитель много новых послушников, в честь Далмата этот монастырь получил название «Далматий»[863]. Согласно всем дошедшим до нас версиям текста, до того, как Далмат прибыл в монастырь и стал учеником Исаакия, он состоял на службе в одной из дворцовых схол императорской гвардии: 1) «зачисленный в войско, он [был] схоларием во второй схоле» (έν στρατεία καταλεγόμενος, σχολάριος έν τη δευτέρα σχολή); 2) «он был зачислен во второе войско схолариев» (έν τη των σχολαρίων στρατια καταλεγόμενος τη δευτέρα); 3) «он служил во второй схоле» (δς έν τη δευτέρα σχολή στρατευόμενος)[864].

Учитывая, что Исаакий основал свой монастырь в конце 380 г., а умер в 383 г.[865], можно предположить, что Далмат стал послушником монастыря Исаакия в период между 380 и 383 гг., следовательно, Далмат поступил на службу в императорскую гвардию до 380 г. Поскольку все сохранившиеся версии жития упоминают, что Далмат служил во второй схоле, мы можем сделать вывод, что это подразделение представляло собой вторую схолу скутариев, соответственно, Далмат принадлежал к тому поколению рекрутов, которые были зачислены в кадровый состав второй схолы скутариев еще до 380 г.

Ранее, в пункте 3.7.2 главы I данной монографии, на основании сведений Аммиана Марцеллина мы показали, что еще в 377 г., даже за год до битвы при Адрианополе, схолы скутариев потерпели тяжелое поражение от готов в одном из регионов Фракии; следовательно, с учетом сведений «Жития Далмата» мы можем признать, что Далмат, скорее всего, относился к тем скутариям, которые выжили в ходе столкновения с готами и продолжили свою службу в дворцовой гвардии и после 377 г. Очевидно, Далмат служил во второй схоле скутариев вплоть до начала 380-х гг., когда он прибыл в монастырь Исаакия, соответственно, логично предположить, что Далмат поступил на службу во вторую схолу скутариев до 377 г. А это наблюдение, в свою очередь, позволяет заключить, что Феодосий не пополнял вторую партию скутариев новыми партиями рекрутов вплоть до середины 380-х гг.: очевидно, массовое дезертирство рекрутов и дефицит профессиональных военных кадров в армии достигли таких масштабов, что Феодосий не мог полноценно обновить кадровый состав даже в своей собственной дворцовой гвардии.

Если же Феодосий испытывал острый дефицит с поступлением в армию новых рекрутов из местного населения восточных провинций, не вызывает удивления, что Амвросий подчеркивает взаимосвязь Феодосия и варваров: в понимании Амвросия именно войсковые контингенты варваров послужили основой армии Феодосия в борьбе с Магном Максимом, именно отряды варваров, по мысли Амвросия, одержали победу над узурпатором.

Вместе с тем следует учитывать, что в своих трудах Амвросий довольно четко и последовательно высказывал идеи об особой системе взаимоотношений между епископом (священником) и императором, и, на наш взгляд, именно эти идеи повлияли на рассуждения Амвросия о варварах в армии Феодосия.

Как показали Ф. Шульц, Т. Моро и С. Ланн-Роклифф, в своих речах и письмах Амвросий развивал идею священника-советника, т. е. епископа (духовного лица), который постоянно общается с императором, входит в состав его ближайшего придворного окружения и наставляет императора на путь истинный: епископ может давать советы императору, епископ может критиковать императора за отклонение от добродетели и благочестия, епископ может призвать императора к ответственности. По мнению данных исследователей, в своих произведениях Амвросий фактически представлял себя в роли своеобразного духовного наставника императора, брал на себя функции посредника во взаимоотношениях церкви и государства. По мысли Ф. Шульца, Т. Моро и С. Ланн-Роклифф, тем самым Амвросий заявлял о том, что император, равно как и все верующие, — подданный церкви, а значит, не император стоит над церковью, а наоборот, церковь в лице любого епископа — над императором, следовательно, он должен повиноваться наставлениям епископа, прислушиваться к его советам и критике[866].

Соответственно, на наш взгляд, представления Амвросия об общественной роли епископа, о его функциях в системе государственного управления повлияли на рассуждения богослова о варварах в армии Феодосия. Согласно рассуждениям Амвросия, именно он как епископ привел под власть Феодосия множество варварских племен, и он сделал это в награду за добродетели и благочестие Феодосия. Амвросий настаивал, что именно он подчинил эти племена римскому государству и именно он направил их в Италию воевать против Магна Максима.

Μ. Паван пришел к выводу, что в письме к Феодосию, написанном в 388 г., Амвросий оценивает варваров исключительно положительно, в отличие от более ранних писем, где его оценка крайне враждебна; более того, как отметил Μ. Паван, в письме, составленном в 388 г., практически не прослеживается традиционного для Амвросия противопоставления варваров-язычников/ариан и Римской империи: в тексте этого письма варвары представлены не врагами, а союзниками империи[867]. Тем не менее, как подчеркнул Μ. П. Бальбо, Амвросий считал, что готы станут полноправной частью римского общества, полноценно войдут в состав Римской империи и перемешаются с римлянами только при условии, если они откажутся от язычества или ереси (арианства) и обратятся в ортодоксальную (Никейскую) христианскую веру[868].

С учетом позиции Μ. П. Бальбо мы могли бы уточнить тезис Μ. Павана: Амвросий пишет о варварах скорее не как о союзниках империи, а как о союзниках Феодосия, т. е. отдельного императора-христианина; соответственно, в понимании Амвросия Феодосий как император не просто подчинил себе диких и необразованных варваров, но и присоединил их к ортодоксальной христианской церкви.

Тем не менее следует подчеркнуть, что Феодосий не отказался от проведения реформ в римской регулярной армии, он не полагался только на варваров-наемников. Сведения Зосима подсказывают, что Феодосий стремился преобразовать систему распределения экспедиционных войск и изменить механизм формирования высшего командования; с помощью этих реформ император намеревался быстро сосредоточить войска римского происхождения в единую ударную группировку.

Согласно Зосиму, «Царь же Феодосий, все еще располагаясь в Фессалонике, в какой-то мере казался доступным для просителей; [но], посчитав началами государственной власти удовольствие и беззаботность, он привел в беспорядок командные должности: он учредил еще больше начальников воинов, чем раньше. Ведь [раньше] один [начальник] командовал конницей, а другой — пехотой, он [же] разделил эти должности более чем на пять [должностей] и в результате обременил казну более многочисленными расходами на продовольствие (ведь уже не одним лишь двум военачальникам, а пяти и более выдавалось то [продовольствие], которое ранее получал каждый из двух); и он передал