Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак

города Крояне. По рассказам мейстера — единственный в мире гигантский лепрозорий, куда со всего света свозят умирать больных так называемой серой хворью. Некий вид контагиозного заболевания, при котором больной теряет разум, а его кожа покрывается твёрдой коркой, напоминающей бородавки. Передаётся через касание.

Но если мы зачистим руины, то сможем отбиться от кхаласара. А в том, что орда нападёт, никто не сомневался: мы для них слишком удобная цель. Недостаточно сильны, чтобы дать полномасштабный отпор, но достаточно богаты, чтобы на нас можно было потренироваться и пограбить. Любой кхаласар этим и живёт. А десять тысяч степных воинов на открытом поле нас просто сметут и даже не заметят.

Но так как опыт лазания в места, куда все заходить боятся, есть только у меня (как и соответствующий опыт очистки различных руин от всякой погани), то лезть в Крояне буду я один. Остальные будут экстренно укрепляться и ждать моего сигнала. Пора расчехлять броньку и ружбайку и вновь вспоминать опыт зачистки убежищ.

Надеваю её вдали от остальных, чтобы не шокировать людей своим видом — меня ведь в броне только Джорах видел. Как только я её вновь надел, то будто сразу скинул несколько сотен килограммов веса, после чего надел шлем. Датчики внутри него привычно распознали меня как хозяина и носителя, а внутренняя подкладка дала импульс, чтобы принять анатомическую форму моего тела и провести анализ состояния пользователя.

За прошедшие шесть лет я особо не изменился, а наоборот — набрал килограмм, диета на вкусных харчах сказывается. Надо похудеть, а то без постоянных попыток меня убить я растолстел.

Сама броня работает в оптимальном режиме и готова к действиям. Я взял в руки карабин: в нижнем левом углу дисплея привычно отобразился объём боезапаса и количество гранат. Убедившись в стабильной работе брони и целостности оружия, выступаю в Крояне.

День был ещё ранний, и солнце нещадно палило, но в броне установлен режим терморегуляции. Впрочем, главное — не это, а режим подсветки потенциального противника. Иногда в гуще боя противник мог притвориться мёртвым, чтобы в самый неожиданный момент неприятно меня удивить. А эта система отслеживает всех и предупреждает, если противник выжил. Но самое приятное — скрыться от этой системы нереально. Будь ты хоть трижды супермутантом-тенью, что из стелса никогда не выходит, система тебя найдёт.

Вот сейчас эта система и помогала мне отслеживать заражённых. Они пытались слиться с окружающей местностью, но я их быстро находил. В ближний бой не вступал: болезнь передаётся при близком контакте, так что я прекращал мучения этих бедняг выстрелом в голову.

Больные с каким-то диким криком и нечеловеческим ором бросались на меня, если успевали заметить, что играло мне на руку: у меня не было времени ходить и искать каждого по отдельности. Выстрелы привлекали каждого заражённого в Крояне и одного индивида в саване, который вроде как был не совсем болен. Но против индивида сыграло правило: если ты не сдох в городе, где все остальные помирали, то ты либо Дин Домино, либо цель.

А так как потёртого временем смокинга на нём не было, индивид однозначно являлся целью. Тот вроде бы пытался руководить заражёнными, но у плазменной гранаты на этот счёт было другое мнение. Он и ещё пятнадцать заражённых померли мгновенно.

И если раньше заражённые пытались притворяться предметами окружения или просто скрывались, то после убийства их лидера все они попёрли на меня скопом. Всего тут было около двухсот заражённых. После боя патронов для карабина у меня осталось двести пятьдесят. Тратить остальные как-то неохота.

Бой происходил где-то в центре руин, недалеко от Ройны, так что подходы к нам не заражены, и их вполне можно занимать. Развёл огонь, чтобы дать парням знать, что всё в ажуре, а дальше шло планомерное укрепление периметра и минирование территории. Волчьи ямы, вороньи лапки, подвесные грузы — всё, что неожиданно и оттого мерзко и неприятно, в общем, всё, как я люблю. Всё реализовать не успели, потому как кхаласар и его кхал явились собственной персоной.

До встречи с дотракийцами я ими пренебрегал, потому что эти придурки за всё время своего существования вообще никак не развивались. После встречи с отдельными носителями этой культуры я их презирал, потому что они были прямо-таки ходячим стереотипом дикаря-дуболома. Но вот после встречи со сплочённым кхаласаром я окончательно перестал считать их за разумных людей.

Что делает нормальный вождь, видя, что противник окопался? В первую очередь попытается провести переговоры, чтобы не губить солдат понапрасну. Ну или, если уверен в своих силах, проведёт разведку, а после попытается грамотно штурмовать. А что делает кхал дотракийцев? Плюёт на всё и посылает всю ораву в лобовую атаку — прямо на заранее подготовленные огневые точки и ловушки. Мы ведь с собой взяли кучу арбалетов и раздали их парням, вот наши бойцы и отстреливали здоровенные мишени в виде лошади и её наездника. Попал в лошадь — отлично, попал во всадника — ещё лучше. Не попал? Не беда: этот дебил потом всё равно, вместо того чтобы хотя бы обстреливать нас издали, тупо пёр вместе со своей братвой в узкие проходы. А там их ждали уже не просто Безупречные, а наши парни в тяжёлой ламеллярной броне, с копьями и щитами, что в узких коридорах руин означало верную смерть для всадника. Мы-то это знали, а вот дотракийцы додумались до этой простой истины только тогда, когда потеряли добрую сотню своих. День прошёл не зря — сегодня я впервые попробую конину!

Следующий день доказал, что дотракийцы всё такие же дебилы. Штурмовать нас влобовую перестали, а стали засыпать стрелами. Только вот костяная стрела не пробивает никакой нормальный доспех, особенно если стрелять навесом, тогда как парни с арбалетами били прямо по смыкающимся рядам. Когда орда потеряла ещё пару сотен воинов, они наконец отступили, а мы сели думать, что делать дальше. Арбалетные болты имели неприятное свойство заканчиваться, а сидеть здесь дольше положенного и рисковать подхватить серую хворь я не хотел. Да, скорее всего, подступы не заражены, но после того как мы отсюда выйдем, я лично проверю каждого на предмет заражения, а потом устрою обязательный недельный карантин. Так что мы намудрили следующее: Джорах и Эурон вместе со мной пойдут и наглядно разъяснят тупому кхалу, что он напал не на тех ребят. Они вспомнят, как весело проводили время в горах Долины, я вспомню, как вырезал лагеря рейдеров, а сир Барристан останется за главного. Надеюсь, у кхала есть