Встречи с Британией - Олег Сергеевич Васильев

захватили пустующие дома и стали жить в них. Другого выхода у этой молодежи не было — получая гроши за низкооплачиваемую работу или будучи совсем безработными, они не имели средств снимать угол. Пустые дома ожили. Забегали дети. По вечерам из окон доносились пение под гитару, смех.

Городские власти попали в затруднительное положение: дело в том, что в Англии существует старинный закон, разрешающий бездомным селиться в заброшенных домах.

Несколько месяцев молодые люди жили, наслаждаясь сказочными пейзажами Риджент-парка. Но однажды явилась полиция и, объявив о начале ремонтных работ, выселила всех.

Молодые люди снова оказались на улице.

Это событие стало каплей, переполнившей чашу терпения передовой лондонской молодежи. И началась подготовка к операции под названием «Небоскреб». Она длилась несколько месяцев. Члены прогрессивных молодежных организаций детально разработали план захвата знаменитого лондонского небоскреба «Сентр-пойнт», стоящего на пересечении двух центральных улиц.

Построенный еще в 1963 году крупным дельцом и спекулянтом недвижимостью Гарри Хаймсом для сдачи внаем деловым фирмам, «Сентр-пойнт» никогда никому сдан внаем не был. Из-за постоянного роста цен на землю и недвижимость, особенно в центре Лондона, Хаймсу выгоднее держать здание в своих руках законсервированным. Ведь сегодня стоимость здания превышает доходы, которые можно было бы получить, сдав небоскреб в аренду сразу после постройки.

Молодые активисты — учителя, юристы, врачи, деятели профсоюзов, домохозяйки, архитекторы, журналисты — решили привлечь внимание к бетонному чудовищу.

В фирму «Бэнкс интернешнл секьюрити», которой поручена охрана здания, поступили на службу два молодых человека. Спустя некоторое время, надев форму охраны и имея при себе соответствующие документы, они вошли в здание и в условленный час открыли двери. Потребовались считанные минуты, чтобы сто участников демонстрации оказались внутри. Когда вскоре прибыла полиция, двери были уже наглухо забаррикадированы. Операция «Сентр-пойнт» началась.

В воскресенье перед небоскребом появились тысячи людей, в большинстве молодежь, с плакатами и транспарантами: «Дома для жилья, а не для спекуляций!», «Лондон — для народа!»

Состоялся митинг. Его участники с гневом говорили о тяжелом жилищном кризисе в Лондоне, о спекулянтах, наживающихся на нем.

После митинга я беседовал с одним из организаторов «операции» Джимом Рэдфордом.

Высокий, сильный, двадцатилетний Джим говорил мне: «Это здание, как и множество других пустующих домов в Лондоне, оскорбляет чувство человеческого достоинства бездомных английской столицы. Если правительство не примет никаких мер против спекулянтов, мы намерены провести аналогичные действия в других пустующих зданиях.

Судите сами, до чего велика несправедливость: один или два человека живут в огромных квартирах, занимают целые особняки, а семьи по десять-двенадцать человек вынуждены скитаться в поисках ночлега. Молодежь растет на улице, а ведь молодежь — будущее нации. Никто не хочет об этом думать, никому до этого нет дела. А если о нас не хотят думать, мы подумаем о себе сами!»

«Я ВОССТАЮ!»

Шотландский городок Ирвин стоит на дюнах у самого моря. Он знаменит тем, что с 1781 по 1782 год в нем жил и работал Роберт Бернс. В городе есть музей Роберта Бернса.

Среди современных достопримечательностей Ирвина — большое химическое предприятие по производству взрывчатых веществ, основанное в 1873 году Альфредом Нобелем — шведским химиком, изобретателем динамита, основателем знаменитой Нобелевской премии.

Каждое утро в толпе рабочих, спешащих на предприятие — эту «пороховую бочку», как принято его называть, идет к своему рабочему месту молодой человек 27 лет, светловолосый шотландец невысокого роста, с глубоко посаженными глазами, длинным «шотландским» подбородком и доброй, немного застенчивой улыбкой. Генри Майр.

Если вы идете рядом с Генри, вы сразу почувствуете, что его знают все рабочие. Каждую секунду он здоровается, кто-то окликает его, кого-то окликает он.

Генри — признанный на предприятии рабочий поэт, несколько лет назад у него вышла первая книга стихов. Поэт назвал ее «Я восстаю!».

— Однажды меня спросили, почему я дал сборнику такое название, — рассказывает мне Майр, — и для того, чтобы ответить, мне пришлось рассказать кое-что из своей жизни.

С детства я мечтал написать книгу стихов, в которой был бы призыв к действию. Со школой у меня не связано особенно ярких воспоминаний, мне пришлось ее быстро оставить, и я начал свою первую в жизни работу — я был «милкбой» (мальчик, разносящий молоко. — О. В.). Потом работал шахтером в забое, был в армии, где все воспринял далеко не так, как меня учили, ибо разобрался, что такое войска НАТО. После армии я осел в Ирвине, женился, родились дети, работаю на заводе. Именно здесь сложились все мои стихи. Большинство из них вошли в сборник «Я восстаю!».

ЛЮДИ[1]

Порой мне кажется — я глуп, не понимаю жизни,

ведь в мире, чтобы преуспеть, я должен красть и лгать,

своих собратьев презирать, смеяться над словами

«любовь», «мечта»,

«труд», красота»

и делать вид, что никогда

я не слыхал тех слов.

Да, есть на свете бедняки,

без денег и престижа,

без малой радости земной,

природой обделенные,

но знающие, что такое

любовь, мечта,

труд, красота.

И, по своим карманам шаря,

мечтаем мы о золотишке,

с годами будет все труднее

то золотишко ухватить,

но если б кто-то мне сказал:

— Начни жизнь заново! —

я б выбрал долю дурака,

кто ничего не понимает,

живет всего лишь человеком

и нежно бережет природу,

и знает глупые слова:

«любовь», «мечта»,

«труд», «красота».

Генри читает негромко, без особого выражения, стараясь донести до слушателя то, что он считает главным в стихотворении, — мысль.

Сборник «Я восстаю!» — тоненькая книжица — разошелся с быстротой молнии.

— Странно, считается, что в Британии не любят стихов, а я этого не замечаю. У меня много друзей, любящих именно мои стихи, а потом уже меня. Может быть, это потому, что мы шотландцы и тень Бернса осеняет нас.

Генри нигде не учился, кроме нескольких классов школы. У него и нет такой возможности. Его университет — жизнь, работа и борьба.

БЫСТРО И МЕДЛЕННО

Одни живут, чтоб умереть,

другие, чтоб взлететь,

одни изведали Луну,

другие комнату одну.

Одни о прошлом слезы