Ассистентка по найму - Адриана Максимова

– А также про шляпки и сумочки, – добавила девушка-консультант. – Сейчас принесу несколько вариантов!

Решив не портить себе настроение мыслями о прошлом, Джулия полностью отдалась процессу выбора одежды. Так или иначе, но у нее началась новая жизнь. Ее взяли на работу, она снова в высшем обществе и вот-вот окажется во дворце! Все это, конечно, временно, но это не повод унывать и не использовать хорошие возможности.

– А еще принести мне солнцезащитные очки для вождения автомобилем, – высунувшись из примерочной, попросила Джулия. Гулять так гулять!

***

Покупок было сделано так много, что их должны были доставить завтра в галерею курьером. Джулия смотрела на гору коробок, и ей казалось, что все это сон и она сейчас проснется в своей маленькой убогой квартирке.

– Пойдем поедим, – предложил Верджил. – Я голодный.

– Я тоже, – призналась Джулия. – Здесь на третьем этаже есть хороший ресторан. Давай туда?

– Мне все равно куда, лишь бы там кормили, – сказал Верджил. Джулия хотела предложить тогда пойти домой, но вовремя вспомнила, что утренняя яичница была из последних яиц и, кроме лимона в холодильнике, там ничего нет. Надо будет завтра это исправить.

Они попрощались с Грейс, Верджил пригласил ее на открытие новой выставки, и она вежливо согласилась прийти. Джулия с беспокойством подумала, какой травле потом может подвергнуться Грейс, за то, что была мила с ней. Быть может, Люсинда была права, и она всего лишь больная эгоистка?

Войдя в ресторан, Верджил тут же переключил внимание на стену, украшенную картинами. Он стоял посреди зала, заложив руки за спину, и рассматривал их, полностью погрузившись в созерцание. Джулии эти картины ни о чем не говорили, и она предпочла занять столик и попросила официанта принести меню.

Наконец, Верджил вернулся в реальность и сел напротив Джулии.

– Это копии самой знаменитой картины Таковский «Переливы дождя», – сказал Верджил. – Никто и никогда не смог повторить ее точности. Он нарисовал картину-головоломку, ходят слухи, что там зашифрован код его банковского счета и кто прочтет его правильно, станет богачом, но я в этом сомневаюсь. Но то, что у Таковский была своя особая техника, это факт. Когда я учился в художественной школе, мы тоже ее рисовали, это, пожалуй, была одна из самых сложных работ. Пришлось признать, что у меня ничего не получилось.

– У него все картины в такой технике?

– Это единственная картина, которая сохранилась, – ставя локти на стол, сказал Верджил. – Скорее всего, их было много, потому что к такой работе должен быть большой профессиональный путь, но этого мы уже никогда не узнаем.

– А что с ним случилось?

– Он исчез. Дом, в котором он жил, оказался пуст. Ни мебели, ни его работ, ни его самого. Его долго искали, потом всем надоело, и поиски приостановили. А спустя два года недалеко от Северных озер нашли тело мужчины, по приметам похожего на Таковского. В пальто лежал блокнот с набросками и билет с выставки, после которой он и пропал. Никто не знает, как и зачем он там оказался. Что его творчество было самой настоящей загадкой, что смерть. После этого его признали погибшим, а «Переливы дождя» превратились в самую дорогую картину мира, которая также таинственно исчезла.

– Интересно, – задумчиво проговорила Джулия. Ей даже показалось, что она тоже слышала эту историю от отца, когда была еще маленькой. Он тогда несколько месяцев жил в Линкольне и после возвращения, каждый вечер делился своими впечатлениями. – Может быть, он разочаровался в своих работах? Или у него был кризис?

– Вряд ли сейчас можно это узнать. Многих из его окружения уже нет в живых, – пожав плечами, сказал Верджил. – Но зато он стал легендой.

– Не думаю, что сейчас это имеет для него значение. Все заслуги приятны при жизни, после смерти автора, признание его толпой больше похоже на извинения, что его не сразу заметили.

– Мне кажется, каждый творец так или иначе, хочет остаться легендой. Может быть, не так трагично, как Таковский, но все же.

– Ты хочешь?

– Раньше хотел. Стремился к этому, хотел выйти за грань себя, чтобы познать больше. Отчасти поэтому и стал магоманом, – признался Верджил. – Но это так не работает.

– Ты не знаешь, в какой момент можешь создать что-то гениальное и уникальное, – сказала Джулия. – Поэтому просто делай, изучай, постарайся получить от этого удовольствие.

– Собственно, только это мне и осталось, – со смехом сказал Верджил. – Ведь мой большой путь, как художника, закончился.

К ним подошел официант, и они сделали заказ. До закрытия заведения оставалось сорок минут, и надо было успеть поесть. Джулия сдерживалась, чтобы не наброситься на еду. Она давно так вкусно не ела. Народу уже было немного, никто не смотрел в ее сторону, а значит, она была в относительной безопасности. Верджил то и дело бросал взгляды на картины и хмурил лоб. Джулии казалось, что он чем-то озабочен. Она спросила его об этом, но тот сказал ей, что всего лишь устал.

– Успели! – довольно сказал Верджил, вытирая губы салфеткой. Он жестом подозвал официанта. Тот, давно следящий за их столиком, подошел тут же и положил перед Верджилом счет.

– Благодарим за выбор нашего заведения! – сказал официант, получив от Верджила оплату и чаевые. – Надеюсь, увидеть еще не раз!

– У вас на стене висят очень интересные картины, – сказал Верджил, поднимаясь. – Не подскажите имя художника?

– Подойдите к Бредли Кингу, он вам все подробно расскажет. Это его была инициатива повесить здесь эти работы, – сказал официант.

– Я могу сейчас с ним поговорить?

– Нет, у него сегодня выходной. Он выйдет завтра.

– Хорошо, спасибо.

Верджил помог Джулии подняться и протянул ей пальто. Она оделась и, повесив на здоровую руку сумочку, пошла следом за Верджилом. От плотного ужина его клонило в сон и даже не бодрил прохладный вечерний воздух.

– Может, наймем автомобиль? – подавив зевок, спросила Джулия. Ей очень хотелось поскорее оказаться в своей комнате и лечь спать.

Они как раз подошли к дороге, и это нужно было решить сейчас. Верджил поднял руку, чтобы посмотреть на часы. Краем глаза, Джулия увидела, как чуть поодаль вспыхнули фары автомобиля и тут же загудел мотор, буквально