История скрипача. Москва. Годы страха, годы надежд. 1935-1979 - Артур Давидович Штильман

светило, но до земли дойти его свет не мог из-за плотного слоя облаков. Через два часа мы уже в знакомой мне Вене. «Торжественная встреча» взводом австрийских автоматчиков и представителем Сохнута. Началась новая глава нашей жизни.

* * *

Прошло 25 лет. Много событий произошло за эти годы. Ушли в мир иной наши родители – мои уже в Нью-Йорке, мать жены – в Москве. 9 мая 1990 года ушёл из жизни в возрасте 59 лет мой самый близкий друг – Миша Райцин.

В 2003-м году я уже вышел на пенсию в оркестре Метрополитен Оперы. 9-го апреля 2004-го года после почти 25-летнего отсутствия мы прилетели в Москву. Нам казалось, что мы прилетели 27 ноября 1979 года – невозможно было себе представить Москву иной, чем та, в которой мы жили. Мы отчаянно боялись встречи с той же таможней, с теми же «цинковыми мордами». Правда ещё в Нью-Йорке нас успокаивала знакомая, которая пела в МЕТ Опере и часто бывала в России. Она говорила, что мы можем не беспокоиться и что теперь в Шереметьево всё происходит так же, как в любой стране Европы или в Америке. Но одно дело слышать такие успокаивающие сообщения, а другое поверить в них самим – ведь мы уезжали всё же из «царства страха».

Действительно, паспортный контроль был точно таким же, как и в Европе. Все были очень вежливы, а нас уже встречала дама с плакатиком с нашим именем, чтобы посадить нас в такси. Дорога оказалсь исключительно перегруженной, но всё же мы добрались до нашего отеля примерно за час с четвертью. Сегодня, наверное, это заняло бы не один час. Мы остановились в любимом мной с детства отеле «Националь» на Моховой. Отель было не узнать! Он был отлично отреставрирован, вместо вонючего двора, куда выходило окно парикмахерской и где почему-то всегда пахло несвежей селёдкой, теперь был огромный атриум, с входом в другую часть отеля, окна которой выходили на Университетский двор. Порядок в отеле был первоклассным. Летом 2002 года я побывал в Люцерне с оркестром МЕТ Оперы и жил в «Грандотеле Националь». Он был похож на московский, только больше. Но там не было ничего похожего на сервис в московском отеле! Для нас с женой отель «Националь» был крепостью, которая защищала от нервной перегрузки после стольких лет отсутствия в городе, где мы родились и выросли. Мы чувствовали себя в отеле очень даже дома.

Сразу же начались звонки родственников и знакомых. Мы прошли в ресторан на втором этаже. С трудом узнавали коридоры, стены ресторана – всё было похожим, но гораздо лучше, чем раньше и всё же другим. Наконец из окна мы выглянули на улицу – был виден выход из подземного перехода. Поразительно много молодёжи! И ведь все они родились после нашего отъезда! Это было странно и удивительно.

Казалось, что нам хотелось есть, а в итоге почти ничего не съев из поданного нам изысканного обеда, мы отправились посмотреть то, чего не существовало во время нашей жизни в Москве – восстановленный Храм Христа Спасителя. Я вспомнил, что мой отец – понятно, как и я – никак не христиани, по приезде его в Москву в 1921 году вместе с приятелем пошёл смотреть эту главную тогда достопримечательность города – Храм Христа. Помню, он говорил, что это было прекрасное произведение церковной архитектуры, и что вокруг Храма росли розы, а дорожки вокруг были вымощены белым мрамором.

Расстояние между «Националем» и Ленивкой мне всегда казалось очень небольшим, не больше пятисот метров. Теперь же оказалось, что оно порядком больше километра! Вообще время часто «меняет» пропорции улиц, города. Так улица Горького, теперь Тверская показалась уже, чем была раньше, чего, конечно, быть не могло. Просто за годы пообветшали новые дома – например на Пушкинской площади, где по-прежнему на первом этаже находился винный магазин «Армения».

Естественно, что восстановленный Храм занял снова своё историческое место и стал глубоко впечатляющим памятником человеческому труду и таланту мастеров, сумевших возродить этот замечательный памятник истории и архитектуры. Поразительной красоты оказалось внутренняя роспись стен и картин на религиозные темы. Сам храм производил большое впечатление, хотя он настолько грандиозен внутри, что человек в нём как-то теряется. А может быть, так и было задумано. Не слишком приветливые женщины за прилавком сувенирного прилавка продали нам открытки с видами Храма. Это посещение осталось одним из самых главных впечатлений от посещения Москвы спустя 25 лет.

Встретились мы, кроме наших родственников, и со старым другом Анатолием Агамировым-Сац. За эти годы мы с ним виделись лишь раз – в Будапеште в 1991 году, куда он приехал по приглашению наших друзей. Мы с ним часто говорили по телефону за эти годы, но наша встреча стала, увы, последней. В августе 2006-го его не стало.

Б.Б.Акимов, наш верный друг, организовал для нас посещение Большого театра с местами в центральной – «царской ложе». В тот вечер шли балеты Джорджа Баланчина: балет «Агон» на музыку И.Ф.Стравинского и балет на музыку «Юношеской симфонии» Бизе. Оба балета были по-прежнему на уровне, который всегда был свойственен балету Большого театра. Конечно, никого из балетной труппы моего времени не осталось на сцене в числе солистов, но многие стали балетмейстерами-репетиторами и продолжали дело своей жизни – служение несравненному балету Большого театра. Изменился оркестр, вероятно в его составе осталось не более 3–5 % от оркестра моего времени. Всё это совершенно закономерно.

В целом же ощущение улиц, переулков оставляло какое-то странное чувство – вроде бы такой знакомый город, но было всё уже почти неузнаваемо. Изменилось время, изменились люди, пришли новые поколения жителей, студентов, рабочих, интеллигенции. Автомобили стояли на тротуарах, рабочие, шедшие по Никитской истово крестились на крест колокольни церкви, в которой венчался Пушкин… Да, мы приехали через 25 лет в другой город, который стал иным не только для нас, но и для самих жителей города. Москва осталась Москвой, но уже с совершенно новым темпом жизни, ощущением времени, постепенно меняющей свой облик. Наше московское прошлое окончательно ушло в историю. Новой же Москве и её жителям мы, улетая в Нью-Йорк, в душе желали только процветания и счастливой, без прошлых страхов, жизни в городе, где прошло наше детство, юность и молодость.

Вместо эпилога

Гуляя по Парку им. Горького

Поразительные возможности открываются сегодня для владельца компьютера в любой точке мира, умеющего им пользоваться даже в минимальной степени. Карты городов мира GOOGLE в трёхмерном