Красный священник - Е. Юань

Даниц ответил с откровенным пренебрежением:

— Мне банально не хватает парочки материалов.

Внезапно воскресив в памяти наказ Германа Воробья, он с явной неохотой продолжил расспросы:

— И как вы вознамерились расхлебывать эту кашу после изоляции?

Андерсон, лениво потирая верхнюю пуговицу сорочки, глухо рассмеялся:

— Тут вырисовывается два пути. Первый — бить челом полубогам вроде «Неомраченного», дабы те помогли выжечь и по капле вытянуть эту скверну наружу. В этом деле у вашей капитанши как раз имеются надежные связи. Загвоздка лишь в том, что в процессе очищения мои собственные Потусторонние характеристики почти стопроцентно испарятся вместе с заразой. Это неминуемо отбросит меня вниз по ступеням, а то и вовсе низведет до жалкого обывателя.

— Второй же путь куда более интригующий: выудить где-нибудь рецепт эликсира «Рыцаря Железа и Крови», собрать все вспомогательные ингредиенты и обустроить нужный ритуал. А затем попытаться собственной волей поглотить этот кокон, дабы с его помощью вознестись до полубожественного ранга.

— Звучит как чистой воды самоубийство, — выдал корсар весьма меткую и справедливую оценку второй затее.

Улыбка на лице искателя сокровищ стала чуточку шире:

— Истинно так, затея чертовски опасная. Я и сам ни на йоту не уверен, выгорит ли это дельце.

— Но разве не находишь, что столь зубодробительный, бросающий вызов самой судьбе план звучит до одури захватывающе? По крайней мере, этот маневр куда больше отвечает моим эстетическим вкусам, нежели банальное очищение.

Даниц абсолютно серьезно покачал головой:

— Ни капли.

Вслед за этим он бросил, разрываясь между откровенной издевкой и попыткой прощупать почву:

— У тебя ведь вроде завалялась где-то целая гора наследства… то есть, имущества, так? Ежели что, могу по дружбе доставить твои бренные останки на родину.

Андерсон даже не подумал оскорбиться. Сохраняя железобетонную невозмутимость, он важно кивнул:

— Знаешь, когда пробьет мой час, можешь смело пустить мой прах себе на пропитание.

«…И какого дьявола этого ублюдка вообще не пронимают подначки?..» — у корсара нервно дернулся уголок губ. Рассудив, что метать бисер перед свиньями бессмысленно, он благоразумно отступил, вознамерившись отыскать капитана и выпытать, как бы половчее раздобыть личные вещицы «вице-адмирала Болезнь».

…………

Глубокая ночь. Особняк номер сто шестьдесят по улице Бёклунд. Клейн только-только вознамерился отойти ко сну, как вдруг воочию узрел вышагивающую прямо из пустоты госпожу посланницу. Рейнетт Тинекер по обыкновению удерживала за волосы свои четыре златовласые, красноглазые головы. В зубах одной из них было намертво зажато тонкое письмо, аккуратно упрятанное в конверт.

— От кого весточка? — по давно въевшейся привычке поинтересовался сыщик, протягивая руку за посланием.

Четыре головы Рейнетт Тинекер поочередно разомкнули губы:

— Не… — Любящая… — Прозвищ… — Шарон…

Глава 1041

Королевна

«Не любящая прозвищ Шарон? Откуда ей это ведомо? Неужто они с мисс Шарон поддерживают связь?» Услышав ответ Рейнетт Тинекер, Клейн на долю секунды опешил, после чего его разум захлестнул целый вихрь недоуменных вопросов.

В его картине мира, при нормальном раскладе, посланники и отправители отродясь не вступали в праздные беседы. Весь процесс сводился к железобетонному алгоритму: появиться, забрать депешу и бесследно испариться.

Ко всему прочему, с каких это пор госпожа посланница вообще начала спрашивать дозволения, прежде чем навешивать ярлыки? Разве Фрэнк Ли или Патрик Брейн давали на это свое благословение?

Спустя пару секунд сыщик на одних инстинктах нащупал вполне логичную догадку: между жуткой вестницей и мисс Шарон почти стопроцентно существует некая сокрытая связь. Причем сама Рейнетт Тинекер явно и не помышляла этого скрывать.

Усмирив бушующие мысли, юноша сноровисто вскрыл конверт, развернул лист и бегло пробежался глазами по строчкам:

«У меня назрело одно дело, в котором мне бы очень пригодилась ваша помощь. Все подробности обсудим при личной встрече в баре „Храбрец“…»

«В сравнении с былыми временами, мисс Шарон стала куда менее скупа на слова. Заметный прогресс. Неужто это благотворное влияние возвышения до полубога?» — поразмыслив, Клейн подошел к письменному столу. Подхватив перьевую ручку, он размашисто вывел прямо на обороте присланного послания:

«В какой час вы желаете встретиться?»

Отложив перо, он искоса мазнул взглядом по застывшей неподалеку Рейнетт Тинекер. Посланница так и не растворилась в небытии, словно терпеливо дожидаясь, пока он накатает ответ. Эта крошечная деталь лишь укрепила Клейна в его подозрениях.

Аккуратно сложив лист, юноша протянул его вестнице и, напустив на себя вид вальяжной небрежности, обронил:

— Передайте мисс Шарон.

Одна из отрубленных голов, которые Рейнетт Тинекер небрежно удерживала в руке, послушно разомкнула губы и перехватила депешу зубами. Оставшиеся три головы поочередно произнесли:

— Ты… — В этот раз… — Опять…

— Не… — Оплатил… — Почтовую марку…

«…» Клейн деликатно прочистил горло. Выудив из кармана золотую монету, он поспешно вручил её госпоже посланнице.

Проводив взглядом растворяющийся в воздухе жуткий силуэт, сыщик с задумчивым видом подошел к креслу-качалке. Тяжело опустившись на мягкую обивку, он принялся терпеливо дожидаться ответа.

Не прошло и минуты, как облаченная в вычурное, мрачное платье вестница вновь вышагнула прямо из пустоты. В зубах одной из её голов была намертво зажата всё та же записка.

Клейн благоразумно не стал сотрясать воздух лишними расспросами. Приняв послание, он развернул его и бегло прочитал:

«Если вас это не затруднит, было бы идеально пересечься уже сегодня вечером».

«Сегодня вечером…» — юноша глубокомысленно кивнул. Резким, отработанным щелчком запястья он заставил бумагу полыхнуть ревущим алым пламенем, в мгновение ока обратив её в обугленные хлопья.

Огонь стремительно взметнулся ввысь, расширился и наглухо окутал фигуру самого сыщика.

Когда огненный вихрь угас, кресло-качалка оказалось абсолютно пустым. Лишь крошечные, тлеющие искры пепла плавно кружили в воздухе, пока невидимый сквозняк ювелирно не смахнул их прямиком в стоящую неподалеку мусорную корзину.

В это самое время в Северном районе Баклунда, в квартале Джовуд и в районе Баклундского моста, в череде совершенно не связанных между собой домов газовые настенные фонари один за другим на долю секунды вспыхнули чуть ярче, после чего так же синхронно вернулись к своему привычному, ровному свечению.

Вскоре Клейн материализовался в неприметной комнатушке, которую он загодя тайно снял на самых окраинах Восточного района. Сноровисто сменив гардероб и водрузив на переносицу очки в золотой оправе, он вновь примерил на себя давно обкатанную личину Шерлока Мориарти. Покинув укрытие, великий детектив уверенным шагом направился прямиком к бару «Храбрец».

На сей раз он не стал выискивать Иэна, режущегося в настольные игры с разношерстной публикой в карточной комнате. Слегка повернув голову и на