Мой эльфийский заказ - Анна Жнец

Однако моя радость была поспешной.

– Три условия, – напомнил Роан, охладив мой пыл. – Три, а не два. Есть еще одно условие.

– И какое?

Я замерла в ожидании ответа.

Роан замялся.

Мне показалось, что ему стало неловко.

– Не важно, – он отвернулся ко мне спиной.

– Ну уж нет! Начал – говори, иначе я не усну. Все буду гадать, что это за третье условие, о котором ты стесняешься рассказать.

– Ничего такого, давай закроем тему, – просипел Роан.

– Может, ты должен будешь провести какой-нибудь неприличный ритуал? – я позволила своей фантазии разгуляться. – Во время полнолуния станцевать голым на пустыре? Обмазать член кровью петуха?

Роан подавился воздухом и закашлялся.

– Воображение у тебя больное.

Я тихо рассмеялась.

– Ну ты же отмалчиваешься. Что еще мне думать? Что может смущать тебя больше, чем разговоры о целибате? Кстати, это что же получается… ты никогда не был с женщиной и ни разу не трогал себя сам?

Роан сконфуженно завозился в своем углу.

– Серьезно? – воскликнула я, приподнявшись на локте. – Ни разу? Ни единожды за сто двадцать лет?

Спина Роана напряглась. Он неловко прокашлялся.

Я поймала себя на неожиданной мысли: наверное, приятно быть у кого-то первой во всем, соблазнять такого неискушенного красавца, пробовать на вкус его свежие эмоции.

– И даже оргазм никогда не испытывал?

– Испытывал, – нехотя отозвался Роан. Его уши горели. Румянец был виден даже в темноте. – Иногда ночью мне снится… и я просыпаюсь от… Но, думаю, это не считается, не угрожает моему дару. Во сне не можешь себя контролировать.

Пока я пыталась осмыслить эту историю о мокрых простынях, Роан нервно взбивал подушку, сделанную из плаща. Похоже, это был его способ борьбы с чувством неловкости.

Вспышка молнии озарила пещеру белым мертвенным светом, и в этом свете я увидела, что моему спутнику совсем худо. Он дрожал. Под его глазами залегли глубокие тени, похожие на синяки. Лоб и полоса кожи над верхней губой блестели испариной.

Это от зелья старухи ему так плохо?

– А если тебе и завтра не станет лучше? – осторожно спросила я.

Плечи Роана напряглись.

– Буду терпеть.

– А если…

– Хватит! – перебил он, отмахнувшись от меня с раздражением. – Я не желаю это обсуждать. Я слишком долго шел к своей цели, чтобы сейчас из-за одного дурацкого случая пустить все свои труды насмарку. Я буду терпеть столько, сколько потребуется.

Я отвернулась от этого упрямого ушастого мученика, полная решимости больше его не тревожить – по крайней мере, сегодня. Лежала на боку, прислушивалась к шороху дождя, смотрела, как моргают охранные артефакты у выхода из пещеры – они напоминали мне красные глазки крыс. Боролась сама с собой и в конце концов, не выдержав, вернулась к волнующей меня теме.

– Так что за третье условие?

Роан шумно вздохнул. В этом его вздохе я отчетливо услышала: «Ну что за несносная особа! Почему она никак не оставит меня в покое? Боги, дайте мне сил!»

Откровенно говоря, ответа я не ждала и даже на него не надеялась, но, видимо, Роан понял: единственный способ избавиться от меня – это утолить мое любопытство.

Сквозь зубы он процедил:

– Полюбить. Третье условие – это полюбить. По-настоящему. Всем сердцем. Довольна?

– Да не особо, – честно призналась я. – Чем тут быть довольной? Магические силы пришлись бы сейчас как нельзя кстати. Но в кого ты можешь влюбиться в такой глуши?

Со вздохом я опустила голову на подушку. Теперь, когда на все мои вопросы ответили, можно было и уснуть. Но взгляд устремлялся к Роану сквозь пещерный сумрак.

Эльф лежал на спине, пытаясь справиться со своим состоянием. Его потряхивало. Широкая мускулистая грудь тяжело вздымалась и опадала. В штаны ему как будто затолкали огромный ком тряпок – так сильно они топорщились спереди. Роан чуть заметно, явно неосознанно, елозил бедрами по каменному полу пещеры, а пальцами царапал этот самый пол.

В какой-то момент его рука потянулась к паху. Не выдержав, он погладил себя между ног и глухо застонал, выгнув горло и вдавив затылок в подушку. Затем приласкал себя еще раз, уже настойчивее. Сжал свой член через ткань и… с мучительным видом убрал руку на живот. Живот под ладонью вздрагивал. Роан загнанно дышал, обливаясь потом.

Наблюдая за ним, я неожиданно представила, как веду ладонью по его телу – вниз по рельефному торсу, от горла до пояса штанов и…

Откуда взялись такие мысли?

Я неуютно повела плечами и закрыла глаза.

* * *

Проснулась я первой, с жутким желанием принять ванну, почистить зубы и посетить уборную. Из всего этого я могла сделать только последнее. И сделала, зайдя за ближайшие кустики.

К утру дождь закончился, небо за паутиной древесных крон прояснилось, и это обнадеживало. Путешествовать приятнее в хорошую погоду.

Пока Роан спал, я попыталась добыть для нас завтрак – расставила недалеко от пещеры охотничьи ловушки. Затем занялась своей гигиеной. С собой у меня были листья мятника – средство, незаменимое в дороге. Пожуешь парочку – и свежее дыхание обеспечено. Водой из фляги я прополоскала рот и умыла лицо.

Мой спутник проснулся разбитый, помятый. Выглядел он так, будто его всю ночь пытала святая инквизиция. Под глазами у него темнели круги, зато бугор в штанах сдулся. Эффект зелья закончился – какая радость!

Окинув меня усталым взглядом, Роан вышел из пещеры и направился к кустам.

– Осторожно! – крикнула я ему вслед ехидным голосом. – Берегись шаловливых старух!

Роан вздрогнул, обернулся и посмотрел на меня с неодобрением.

Желудок сжимался от голода. Последний раз мы ели вчера днем – перекусывали лепешками, купленными в таверне, а мне досталось еще и мясо.

С тех пор прошло пятнадцать часов – насыщенный вечер и долгая, частично бессонная ночь. Я отчаянно надеялась найти в своих ловушках какого-нибудь упитанного зверька, лису или зайца, но мои расставленные сети оказались пусты. Лес явно не кишел живностью. Тишина стояла мертвая. Никто не пел в деревьях, не шуршал в листьях, не хрустел валежником.

Как в таких условиях добывать себе пропитание?

Голодная, а потому нервная, я залезла на лошадь. Устроившись позади меня в седле, Роан жевал листья мятника. В кои-то веки ничто большое и твердое не упиралось мне в копчик – было даже непривычно.

По дороге