Министры финансов - Александр Владимирович Пачкалов

человеческих, с изумительною деятельностью и быстротою в работе, с прозорливою дальновидностью, наконец, с умом необыкновенно практическим, в нём соединяется чрезвычайный дар находить простую и удобоисполнимую развязку для самых сложных и щекотливых вопросов. В речах его, несмотря на странный немецкий их склад и ещё более странный выговор, всегда было что-то пластическое, осязательное для умов и понятий всех степеней».

Биографы отмечают, что Егор Францевич был человеком ироничным и острым на язык. Ему принадлежат известные афоризмы: «тяжело заведовать финансами, пока они основаны на доходах от пьянства»; «чтобы мы ни делали, а Россия всегда останется банкротом» и др. По словам Р. И. Сементковского, он «всех язвил своим остроумием, своими резкими выходками, его остроты насчёт глупости, продажности, бездарности передавались из уст в уста; он нажил себе ими, быть может, ещё более врагов, чем своим бескорыстием, своею честностью, своею нетерпимостью к чужим грехам».

В то же время в Канкрине удивительным образом соединялись романтизм и любовь к искусству с педантичностью и рационализмом. Он имел широкий круг интересов, был эрудирован, вместе с тем до конца жизни говорил на русском языке с сильным акцентом. Однако это ему не мешало быть публицистом и писателем. За свою жизнь Егор Францевич написал и опубликовал большое количество научных работ. Одну из наиболее значительных работ «Обзор примечательнейших действий по финансовой части в течение двадцати последних лет» он подготовил и представил Николаю I перед самым уходом из Министерства финансов. Кроме научных трудов Егор Францевич писал и литературные произведения, называя их «глупостями». Публиковал работы о театре и зодчестве (трактат «Элементы прекрасного в зодчестве»), интересовался ботаникой и даже подготовил статью на такую тему, как «Монограммы или ряд гербовых знаков на стенах замка Изборского». Многие произведения публиковал анонимно.

Большое участие Канкрин принимал в создании и развитии Технологического, Горного и Лесного институтов, различных технических школ и школ торгового мореходства и т. п. Егор Францевич живо интересовался архитектурой. По его проектам были построены здания и созданы парки в Санкт-Петербурге, в том числе обсерватория, сквер у Биржи, благоустройство Петровского острова. При его участии было завершено строительство Смольного монастыря, начатого Б. Ф. Растрелли.

Е.Ф. Канкрин участвовал в издании «Земледельческой газеты», «Коммерческой газеты», «Горного журнала» и других изданий. Министр поддерживал связи с учёными и литераторами. Канкрин был знаком с А. С. Пушкиным, В. А. Жуковским, И. А. Крыловым и другими литераторами. После гибели Пушкина Канкрин ходатайствовал о том, чтобы весь значительный долг, числившийся на Пушкине, был прощён, а частные долги были оплачены за счёт казны. Большая сумма была выделена на издание сочинений поэта, а также на помощь вдове и детям.

Благодаря поддержке Канкрина немецкому энциклопедисту А. Гумбольдту была выдана значительная сумма денег для проведения исследовательских работ в России. После поездки по России А. Гумбольдт писал российскому министру финансов: «Вам я обязан, что этот год вследствие огромного числа идей, собранных мной на громадном пространстве, сделался важнейшим в моей жизни».

Научные заслуги Егора Францевича высоко оценены. Он был членом Академии наук в Санкт-Петербурге и в Париже, почётным членом нескольких университетов и учёных обществ. Помимо работы в Министерстве финансов, он возглавлял Горный совет, был членом комитета об усовершенствовании земледелия в России и др. За годы службы награждён 13 орденами, а также знаками отличия и алмазами.

Историческая память о выдающемся государственном деятеле Российской империи сохранилась не только в сфере финансов. В честь Канкрина назван род растений Канкриния; найденный на Урале минерал. В конце XX – начале XXI века выдающемуся министру финансов были установлены бронзовые бюсты в Санкт-Петербурге и в Ленинградской области.

Егору Францевичу были посвящены стихотворения и эпиграммы поэтов XIX века. Известно, что он был большим любителем женской красоты. По словам писателя Н. С. Лескова, министр «любил поволочиться» и «любовных грешков у графа Канкрина как у очень умного человека, с очень живою фантазией было много». Стоит заметить, что Лесков сделал Канкрина и других сотрудников Министерства финансов, в том числе Ф. П. Вронченко, прототипами героев своего художественного произведения «Совместители», написанного, видимо, на основе неких документальных фактов.

* * *

Е. Ф. Канкрину было посвящено стихотворение поэта В. Г. Бенедиктова:

Я помню: был старик – высокий, худощавый,

Лик бледный, свод чела разумно-величавый,

Весь лысый, на висках седых волос клочки,

Глаза под зонтиком и тёмные очки.

Правительственный сан! Огромные заботы!

Согбен под колесом полезной всем работы,

Угодничества чужд, он был во весь свой век

Советный муж везде и всюду – человек,

Всегда доступен всем для нужд, и просьб, и жалоб,

Выслушивает всех, очки поднимет на лоб,

И видится, как мысль бьёт в виде двух лучей

Из синих, наискось приподнятых очей;

Иного ободрит улыбкою привета,

Другому, ждущему на свой вопрос ответа,

На иностранный лад слова произнося,

Спокойно говорит: «Нет, патушка, нелься».

Народным голосом и милостью престольной

Увенчанный старик, под шляпой треугольной,

В шинели серенькой, надетой в рукава,

В прогулке утренней протащится сперва –

И возвращается в свой кабинет рабочий,

Где труд его кипит с утра до поздней ночи.

Угодно ль заглянуть вам в этот кабинет?

Здесь нету роскоши, удобств излишних нет,

Всё дышит простотой студентской кельи скромной:

Здесь к спинке кресел сам хозяин экономный,

Чтоб слабых глаз его свет лишний не терзал,

Большой картонный лист бечёвкой привязал;

Тут – груды книг, бумаг, а тут запас дешёвых

Неслиндовских сигар и трубок тростниковых,

Линейки, циркули; а дальше – на полу –

Различных свёртков ряд, уставленный в углу:

Там планы, чертежи, таблицы, счёты, сметы;

Здесь – письменный прибор. Вот все почти предметы!

И посреди всего – он сам, едва живой,

Он – пара тощих ног с могучей головой!

Крест-накрест две руки, двух метких глаз оглядка

Да тонко сжатых губ изогнутая складка –

Вот всё! – Но он тут – вождь, он тут душа всего,

А там орудия и армия его:

Вокруг него кишат и движутся, как тени,

Директоры, главы различных отделений,

Вице-начальники, светила разных мест,

Навыйные кресты и сотни лент и звёзд;

Те в деле уж под ним, а те на изготовке,

Те перьями скрипят и пишут по диктовке,

А он, по комнате печатая свой шаг,

Проходит, не смотря на бренный склад бумаг,

С сигарою в зубах, в исканье целей