Министры финансов - Александр Владимирович Пачкалов

«Только говорите мне правду», – просил император министра. Видимо, доверие Александра II к чиновнику возникло благодаря опыту Княжевича и его близости к Е. Ф. Канкрину. Известно, что Егор Францевич был трудоголиком и мог работать сутками. Нередко и Княжевичу приходилось работать вместе с Канкриным по ночам.

В период министерства Александра Максимовича была проведена либерализация системы внешнеэкономических связей, объединены все существовавшие кредитные учреждения и создан Государственный банк. Начался переход к акцизной системе, были увеличены налоги и сокращены государственные расходы. Очевидно, последние меры негативно сказались на популярности Княжевича.

Также Министерством финансов был подготовлен проект о введении гласности бюджета, разработана и профинансирована крестьянская реформа 1861 года, организованы выкупные платежи. Александр Максимович был сторонником умеренного, «среднего» проекта реформы. А. М. Княжевич поддерживал железнодорожное строительство, при нём разрешено было заниматься торговлей и предпринимательской деятельностью торговым меньшинствам и т. д.

Министр Княжевич легко попадал под влияние, поддерживал инициативы, исходившие и от других лиц. Например, сильное влияние на министра имел придворный банкир барон А. Л. Штиглиц, впоследствии ставший управляющим Государственным банком. Также Княжевич был под сильным влиянием либерального «фритредерского» лобби (выступавшего за свободную торговлю) в самом Министерстве финансов.

По словам П. В. Долгорукова, в Министерстве финансов при Княжевиче существовала коррупция. «Племянники министра, – пишет Долгоруков, – создали себе исключительное и небывалое положение. Не занимая в Министерстве финансов никаких должностей, они пользуются большим влиянием и творят чудеса беззакония… Нет дела в министерстве, более или менее интересного, в котором бы они не приняли живого участия».

В 1862 году Александр Максимович был уволен по состоянию здоровья (по официальным данным). Видимо, на отставке сказалась нерешительность финансовой политики Княжевича в эпоху, когда сама императорская власть выступала инициатором радикальных реформ, ну и, конечно же, его возраст тоже сыграл роль.

Когда директор Департамента неокладных сборов К. К. Грот, осуществлявший винную реформу, несогласный с министром, подал в отставку, то Александр Максимович на это заметил: «Если кому и следует уходить, то это мне», – и покинул свой пост. После ухода с министерской должности он продолжал оставаться членом Государственного совета.

Личность Княжевича вызывала, как правило, положительные оценки у современников. Отмечались его «снисходительность и мягкость в обращении», «терпимость», «благодушие», «спокойность» и «трудолюбие». По словам поэта В. Г. Бенедиктова, Княжевич «слава Богу, человек оказался честный и оставил после себя честное имя. Уже немало…». П. М. Ковалевский писал, что министр «был своего рода патриарх. К наружности (его) одинаково пошли бы: митра, тиара, министерский мундир и фрак Фамусова… Речь его была тихая, успокоительная. Он, говорят, всегда успевал успокаивать, если не положением финансов, которое не было таки очень успокоительно, то своими докладами Александру, который его полюбил, как все любили, как и сам он любил всех…». П. В. Долгоруков говорил о Княжевиче: «Когда речь коснётся о нём в обществе, говорят обыкновенно: он добрый человек – как будто этого достаточно для министра». По его характеристике, «Александр Максимович Княжевич – человек добрый, опытный, весьма неглупый, тонкий и хитрый, но в настоящее переходное и важное для России время всего этого ещё весьма недостаточно, чтоб быть министром финансов. Тут надобны талант, энергия, настойчивость характера, чего в Княжевиче совершенно не видно… Конечно, уживчивость качество не дурное, но нельзя же в пользу её жертвовать государственными интересами или соглашаться на всякую нелепость… От такого министра нечего и ожидать, чтобы у него достало смелости настоять перед царём о необходимости для упрочения нашего бюджета сделать его гласным. В таком случае, чтобы язык не прилип к гортани, надобно, чтобы в кармане министра всегда была про запас просьба об увольнении».

Помимо работы в министерстве, Княжевич был членом Вольного экономического общества, Общества поощрения лесного хозяйства, Московского общества сельского хозяйства, ну и, конечно же, Русского географического общества. Александр Максимович занимался и литературной деятельностью. Вместе с братом издавали «Библиотеку для чтения» в качестве приложения к журналу «Сын Отечества».

Рейтерн

Михаил

Христофорович

(1820–1890)

Михаил Христофорович фон Рейтерн происходил из голландского рода. На службе российских императоров представители рода Рейтерн состояли с начала XIX века. Отец будущего министра – генерал-лейтенант.

Двоюродная сестра Михаила Христофоровича была женой поэта В. А. Жуковского, наставника будущего императора Александра II. Близость Жуковского к императорской семье, безусловно, способствовала карьере Рейтерна.

Михаил Христофорович родился в Смоленской губернии. Сначала получил домашнее образование, затем учился в Лифляндии в пансионе, а позже окончил Царскосельский лицей с серебряной медалью. Рейтерн хорошо владел английским, французским и немецким языками. Однако больше всего интересовался экономикой. С особенным удовольствием посещал лекции по политической экономии. Позже он признаётся Александру II, что «всю жизнь готовился к должности министра финансов».

После окончания лицея Рейтерн поступил на службу в Министерство финансов в Особенную канцелярию по кредитной части. Через несколько лет перевёлся в Министерство юстиции. Затем работал в Сенате, Главном морском штабе, Морском министерстве, которое на тот момент возглавлял брат Александра II, великий князь Константин Николаевич – главный либерал России, как называют его современные историки.

Именно благодаря службе в Морском министерстве Михаил Христофорович вошёл в близкий круг сторонников великого князя, так называемых константиновцев. Тесному общению будущего министра с великим князем способствовало и то, что Рейтерн был членом и секретарём Русского географического общества, которое в то время возглавлял Константин Николаевич. Безусловно, секретарь общества оказался в непосредственном поле зрении князя, что не могло не сказаться на дальнейшем карьерном продвижении.

Поскольку М. Х. Рейтерн хорошо разбирался в экономике и финансах, он фактически стал консультантом великого князя по экономическим вопросам. Михаилу Христофоровичу доверяли важные и ответственные дела. Именно ему было поручено разработать проект устройства пенсионной кассы Морского министерства. Выполняя это поручение, Михаил Христофорович объехал многие российские губернии с инспекцией.

В 1855–1858 годах Рейтерн был командирован за границу для изучения финансов западноевропейских государств и Америки. Будущий министр посетил Пруссию, Францию, Англию, США. Из всех стран, в которых ему удалось побывать, российскому чиновнику особенно понравилась Америка. После поездки он настолько восхищался этой страной, что друзья стали называть его «янки».

Эта командировка имела важное значение и для России. В поездке Рейтерн познакомился и завязал деловые связи с западными банкирами, через которых впоследствии Россия получила займы и через которых была продана Аляска. По воспоминаниям племянника Михаила Христофоровича В. Г. Нолькен-Рейтерна, «имя Рейтерна настолько уже было известно за границей, что через несколько дней после его назначения к нему прибыли заграничные банкиры с предложением своих услуг».

За границей Михаил Христофорович попал под влияние западных либеральных идей о пользе развития частного предпринимательства и