Ненужная жена красного дракона - Виолетта Весна

Ольвен, поднявшийся у стены, побледнел так, будто увидел воскресших мёртвых.

Райгар резко обернулся.

Пламя между ним и Элианой дрожало. Оно всё ещё ревело, рвалось, пыталось пройти дальше. Но у её руки рассыпалось серыми искрами, превращаясь в тёплый пепел, который мягко падал на каменный пол.

Элиана смотрела на собственную ладонь.

На коже не было ожогов.

Только тонкий серый узор проступил вдоль линий жизни — похожий на крошечные ветви, нарисованные пеплом.

— Что это? — прошептала она.

Никто не ответил.

Красное пламя в центральной чаше снова взревело, но теперь его чёрные прожилки стали бледнеть. Серая сила, поднявшаяся от руки Элианы, медленно потекла к чаше. Не как вода. Не как дым. Скорее как воспоминание о сгоревшем лесе.

Она чувствовала боль Райгара.

Не словами. Не мыслями. Жаром в крови, теснотой в груди, бешеным сопротивлением огня, который пожирал собственного хозяина. И под этим — что-то ещё. Старую рану. Тёмный след, впившийся в красное пламя, как яд.

Элиана сделала шаг вперёд.

— Не подходите! — крикнул Райгар.

Она остановилась.

Его лицо было нечеловеческим наполовину: алые глаза, проступившие чешуйки на скулах, клыки, исказившие линию рта. Он выглядел страшно.

Но в голосе его был страх.

За неё.

— Элиана, назад.

Она должна была послушаться.

Каждый разумный человек послушался бы дракона, который стоит посреди бушующего огня и едва удерживает собственное превращение.

Но с тех пор как она вошла в Альтарон, все только и делали, что решали за неё, куда идти, что знать, чего ждать, чего бояться.

Элиана подняла подбородок.

— Нет.

Райгар зарычал:

— Это убьёт вас.

— Вы не знаете.

— Знаю!

— Тогда почему оно зовёт меня?

Он замолчал.

Этот вопрос будто ударил не хуже пламени.

Элиана сделала ещё шаг.

Серый свет развернулся вокруг её ног. На полу проступил тот же узор, что в малой чаше: круг и лучи пепельной зари. Красное пламя дрогнуло, словно узнало его.

Ольвен прошептал:

— Невозможно

Кайрен схватил его за плечо.

— Что происходит?

— Она не просто носитель крови. Она проснулась.

— Объясняй понятнее!

— Я не знаю, как понятнее, мальчик! Этого не было триста лет!

Элиана почти не слышала их.

Она смотрела на Райгара.

В его глазах боролись человек и дракон. Воля и проклятие. Красное пламя и чёрная тень, впившаяся в него. Теперь она видела это ясно. Чёрные прожилки были не частью его силы. Они были болезнью.

— Кто это сделал с вами? — спросила она тихо.

Райгар вздрогнул.

— Не сейчас.

— Кто?

— Элиана

— Это Чёрная ветвь?

Его молчание стало ответом.

Пламя снова рванулось вверх. Чёрная тень внутри него зашипела, будто ей не понравилось, что её назвали.

Элиана протянула руку к центральной чаше.

На этот раз Райгар не успел остановить.

Серый свет коснулся красного огня.

Боль пришла сразу.

Она оказалась не похожа на ожог. Ожог принадлежит телу. Эта боль шла глубже — через кровь, кости, память. Элиана вскрикнула, но руку не убрала. Перед глазами вспыхнули образы: поле, залитое огнём; мужчина в короне, падающий на колени; женский смех, резкий, красивый, жестокий; Райгар, молодой, с лицом, ещё не ставшим камнем; чёрное пламя на его ладони; клятва, разорванная пополам.

Мирена.

Имя пришло не как мысль, а как удар.

Элиана отшатнулась.

Райгар поймал её за плечи.

Пламя в чаше резко упало, сжалось, закружилось — и погасло не полностью, а стало ровным. Красным. Без чёрных прожилок.

В зале наступила тишина.

Только дыхание.

Её. Райгара. Кайрена. Ольвена.

Элиана стояла почти вплотную к мужу. Его руки всё ещё держали её. Слишком крепко. Слишком бережно для человека, который вчера написал ей, чтобы она не ждала чувства.

Алый цвет медленно уходил из его глаз. Чешуйки исчезали с кожи. Он снова становился человеком.

Но лицо его было потрясённым.

— Что вы видели? — спросил он.