СВО XVII века. Историческое исследование - Илья Рыльщиков

к Медведице-реке. Их пытались преследовать «пять днищ», да «Ивашка Зарутцкого не сошли». После этого воевода Одоевский, судя по всему, родной брат и полный тёзка прямого предка Льва Николаевича Толстого, отправил войска от Воронежа на Тулу, потому что воины «учинилися истомны».

Летом 1618 года Лебедянь разорили «без остатку» и сожгли полчища запорожцев под предводительством гетмана Петра Сагайдачного. Часть казаков, служивших в Лебедяни, предала русского царя и своего воеводу и перешла на сторону Сагайдачного. Лебедянский воевода Семён Леонтьев, спасаясь от запорожцев, бежал в добренские леса. Черкасы, запорожцы они же, обломав зубы о московский Кремль и о крепость Михайлов на рязанской земле и не одержав настоящей победы над Русью, ближе к зиме потащили награбленное восвояси. Для нашей страны разорительный поход запорожцев оказался тяжёлым испытанием. Полчища Сагайдачного сожгли и разорили по пути на Москву Путивль, Рыльск, Ливны, Лебедянь, Данков, Скопин, Ряжск, Елец и несколько монастырей. Почему же отряды Сагайдачного не преследовали лебедянского воеводу в добренских лесах? Наверное, потому, что торопились на север. А ещё потому, что эти леса для людей, плохо их знающих, были непреодолимой естественной преградой.

Помимо Трунова, в документах лебедянского периода можно обнаружить и другие предковые фамилии из древа Захара Прилепина. Так, из дела 1626 года узнаём, что в селе Кузьминка у Дмитриевой жены Замытцкого, имя которой составители документа не посчитали нужным записать, были крепостные крестьяне: всего двенадцать дворов. Среди прочих перечислен двор Федотки Ветчинина. Крепостные вдовы Замытцкого (её звали Анной) пахали 44 чети пашни доброй земли. Дикого поля им было дано на пашню ещё 156 четей и «в дву потому ж» и пашни и Дикого поля (РГАДА, ф. 1209, оп. 2 кн. 13920).

В этом же селе и в соседнем Соколье было ещё четыре помещика в 1626 году. Село Большая Кузьминка существует и сегодня. Оно является северным пригородом Липецка. В середине XVII века драгунами стали не только монастырские крестьяне из Каликина и Доброго, но и крепостные из Кузьминок и Соколья. С владельцами этих крепостных царь смог договориться, предложив помещикам другие земли, расположенные далеко от южных окраин. Судя по всему, крепостными крестьяне из села Кузьминки были всего лет тридцать – с момента пожалования сразу после Смуты заселённых и обжитых сёл и деревень царским вельможам, к этим сёлам и деревням до Смуты никакого отношения не имевшим, до перевода в 40-е годы XVII века крестьян в драгуны. Среди царских вельмож, пожалованных после Смуты поместьями на берегах Воронежа, в тех уголках Лебедянского уезда, где сейчас стоит славный город Липецк, был и Алексей Никитич Трубецкой, родной брат предка Льва Николаевича Толстого Юрия Никитича Трубецкого.

Почему село называется Каликина Поляна?

В одном любопытном документе 1628 и 1671 годов (РГАДА, ф. 1209, оп. 1, д. 130, ч. 1) подробно описано межевание владений каликинских драгун и рейтар в 1671 году. Более чем через 65 лет после первого известного историкам упоминания имён каликинских крестьян, село Каликина Поляна всё ещё было окружено лесами. В документе находим названия минимум четырёх дубрав, расположенных рядом с селом Каликино и каких-то безымянных дубрав: «Да речкою Скоромною вверх да Высокой дубравки да мыску (…) … по лощине что вышла ис Плоской дубравы (…) … полем через лощину и через Делеховую речку и Теплую дубраву (…) … и по речке ж Скоромне вверху до Каменнай дубравы и в Каменной дубраве и по иным ж дубравам и межам пол и позаполья намерено де им же восемьсот чети». Вокруг других добренских сёл и города Доброго городища наблюдается такая же картина. При том, что доброй паханой земли в распоряжении добренских рейтар и драгунов находится уже десятки тысяч четей. В начале же XVII века сёла Каликина и Ратчина были именно полянами. Полянами в дубравах и в «раменье» – в непроходимых сосновых лесах, заваленных валежником, растянувшихся на сотни вёрст с юга на север вдоль берегов реки Воронеж. Ширина этих полос леса, судя по межевым документам, достигала пары десятков вёрст. Сказано об этом в другом любопытном документе 1636–1637 годов, в котором речь идёт о новом городе Козлове (ныне Мичуринск): «А лес городецким людям большой от города (Козлова) вниз по (реке) Воронажу по обе стороны. А поперек тово лесу верст з К (20). А в длину пошол до города Воронажа» (РГАДА, ф. 210, оп. 13, д. 159).

В 1632 году крестьяне села Доброе Городище «учинились сильны» во время прихода крымских воинских людей: в осаду в Лебедянь не поехали, заявив, что у них у самих есть острожек, не хуже, чем на Лебедяни (1613–1913. Город Лебедянь и его уезд в XVII в. К трехсотлетию г. Лебедяни. П. Н. Черменский. С-Петербургъ. Типографiя В. Д. Смирнова. 1913).

На самом деле именно дремучий лес был неприступной крепостью добренцев. И каликинцев тоже.

Жители других сёл и деревень, расположенных на реке Воронеж и входивших в Лебедянский уезд в 1632 году, в этот татарский приход также «учинились сильны» и тоже заявили, что их сельские острожки ничем не уступают подгнившему и разваливающемуся тесному Лебедянскому острогу (Исторический квартал. Альманах наследия Липецкого края. Выпуск 3/2013 Лебедянь в начале ХVII века. Гамаюнов А. И. Издательство «Древлехранилище», Липецк, 2013).

Дерзили, в общем, не признавая власти лебедянского воеводы. И для них для всех, конечно же, лес был главной защитой и самой надёжной крепостью. В густом лесу единственную дорогу десятку крестьян в момент опасности и угрозы можно было перегородить несколькими поваленными соснами за час. И всё – конный отряд неприятеля не пройдёт. Да ещё и в каждом селе было по острожку – есть где укрыться в самом крайнем случае. Татары ведь, как правило, не осаждали крепостей. Они старались врываться в сёла и в деревни внезапно, заставая русских врасплох. Если это удавалось, «татаровя» – «воинские люди» быстро захватывали скот и людей и так же быстро старались угнать их на чужую для русских сторонушку, не допуская, чтобы пленники разбегались. Зачем же крестьянину было тащиться за пятьдесят вёрст, в том числе и по открытой местности в Лебедянь? В дороге, у врага как на ладони, гораздо больше шансов попасть в полон. Выскажу предположения, что острожки в деревнях и сёлах, расположенных на лесных полянах в верхнем течении Воронежа, существовали и до Смуты.

Ещё один анализ документа начала XVII века

Проведём сравнительный анализ документов 1615 и 1628 годов. В Лебедянской писцовой книге 1627–1628 годов. (Писцовая и межевая книга Лебедяни и Лебедянского уезда «письма,