Утопия в снегах. Социально-архитектурные эксперименты в Сибири, 1910–1930-е - Иван Атапин

с индивидуальными квартирами, 40 % – дома с коммунальными квартирами при общих кухнях и уборных, 20 % – общежития для холостых[189]. Такое решение жилищной проблемы шло вразрез с лозунгами обобществления быта и закономерно вызвало критику. В декабре 1929 г. «Советская Сибирь» резко выступила против «максимальной замкнутости индивидуума» в новом городе[190].

Владимир Талепоровский. Проект планировки Кузнецка. 1929. План города и завода. Из «Сборника Кузнецкстроя» (1930)

Увеличение проектной мощности КМК повлекло за собой изменение расчетной численности населения. В новом генеральном плане комбината и соцгорода (1930) оно выросло до 19 250 человек. Авторы осторожно заметили, что обобществление быта в таких условиях является «делом возможным, но практически вряд ли осуществимым в полной мере»[191]. В качестве одной из причин указывались «традиции замкнутого быта» среди возрастных рабочих и служащих. Тем не менее основным типом жилища провозглашались дома-коммуны двух вариантов: для одиноких и для семейных. Вторым типом жилых домов был многоквартирный дом с традиционными квартирами, третьим – особняк или блочный коттедж на два, три или четыре блока[192]. Все холостые жители города должны были проживать в домах-коммунах. Для семейных нормативы распределялись так: 60 % – в домах-коммунах, 25 % – в многоквартирных домах, 15 % – в особняках и блочных коттеджах. Логично и предсказуемо было представлено воспитание детей: горожане до семи лет пребывали в яслях и детских садах, школьники размещались изолированно от родителей – в общежитиях при учебных заведениях[193]. Система общественно-бытового обслуживания города включала столовые, буфеты, прачечные, спортивные залы и другие учреждения.

Сталинск. Долина, где возникнет будущий соцгород (конец 1920-х) и массив застройки раннего периода. Музей архитектуры им. А.В. Щусева

Весной 1930 г. Государственная техническая контора по проектированию новых фабрик и заводов («Госпроект») провела заказной конкурс на планировку соцгорода при КМК. Хорошо известен конкурсный проект братьев Александра и Леонида Весниных, рассчитанный на 35 тысяч жителей. По их замыслу городское пространство определялось прямоугольной сеткой кварталов, ориентированных с севера на юг, с главной диагональной магистралью, которая вела от предзаводской площади к вокзалу. Для застройки города Веснины спроектировали жилые комбинаты двух вариантов – на 1100 и 2100 человек.

Жилой комбинат на 1110 человек состоял из восьми симметрично расположенных зданий: четырех жилых четырехэтажных корпусов, яслей, детского сада, интерната для детей школьного возраста и обобществленного сектора (с высоты вся эта изощренная композиция напоминала гигантский аэроплан). Два жилых корпуса предназначались для холостяков, в них находились жилые ячейки площадью 9 кв. м на одного человека. Еще два жилых корпуса – для семейных, с ячейками по 15 кв. м на каждую пару. Все здания комбината имели сообщение между собой: жилые корпуса были соединены с обобществленным сектором переходами по второму этажу, сам сектор – со зданием интерната. Кроме того, один семейный корпус соединялся с детским садом, другой – с яслями[194]. Несмотря на детальную проработанность и нацеленность на компактную застройку, проект братьев Весниных не был утвержден. Амбициозная концепция города, состоявшего из огромных жилых комбинатов, слишком явно шла вразрез с реальным, поистине катастрофическим положением дел.

Потребность в больших капитальных жилых домах для строителей КМК росла с каждым днем. Поэтому в апреле 1930 г., еще до утверждения генплана, были заложены первые десять каменных домов соцгорода по типовому проекту известного архитектора Сергея Чернышева, первоначально разработанному для Магнитогорска[195]. Четырехэтажные 32-квартирные здания предельно утилитарного вида не имели ничего общего с домами-коммунами или жилыми комбинатами. Поразительно, но 1 августа того же года на совещании при Научно-техническом совете Главного управления коммунального хозяйства НКВД отведенный под строительство соцгорода участок был признан «безусловно непригодным» по причине заболоченности[196], хотя именно на нем развернулось возведение жилых домов.

Александр и Леонид Веснины. Проект планировки и застройки Нового Кузнецка. 1930. Из журнала «Современная архитектура». 1930. № 3

План города

Александр и Леонид Веснины. Проект планировки и застройки Нового Кузнецка. 1930. Из журнала «Современная архитектура». 1930. № 3

Фасад и план типового жилого комбината

Александр и Леонид Веснины. Проект планировки и застройки Нового Кузнецка. 1930. Из журнала «Современная архитектура». 1930. № 3

Перспектива жилого комбината

Александр и Леонид Веснины. Проект планировки и застройки Нового Кузнецка. 1930. Из журнала «Современная архитектура». 1930. № 3

Интерьеры жилого комбината

Александр и Леонид Веснины. Проект планировки и застройки Нового Кузнецка. 1930. Из журнала «Современная архитектура». 1930. № 3

Аксонометрия

Бригада Эрнста Мая. Проект планировки Сталинска. 1931. Из журнала Das neue Frankfurt. 1931. Heft 7

Осенью 1930 г. типология жилых зданий для Новокузнецка была изменена в очередной раз, теперь уже на более высоком уровне. 1 сентября Госплан СССР и Совет труда и обороны утвердили для соцгородов Магнитогорска и Новокузнецка следующие типы: 75 % жилого фонда – дома с индивидуальными квартирами, 12 % – общежития и всего 13 % – дома-коммуны[197]. Идея полного обобществления быта уходила в прошлое буквально на глазах общественности – как в официальных документах, так и в реальной жизни.

Строчная застройка домами по готовому проекту Чернышева не могла стать основой для полноценной планировки города, это был лишь временный вариант. В 1931 г. к работе над генеральным планом Новокузнецка приступил архитектор Эрнст Май, которому пришлось «привязывать» свой проект к уже строившимся многоквартирным зданиям и искать наиболее экономичное решение вопроса. Как и в других проектах интернациональной бригады, Новокузнецк должен был состоять из типовых жилых домов, поставленных «строчкой» в меридиональном направлении. В каждом квартале, рассчитанном на 9–10 тысяч человек, также размещались культурно-бытовые учреждения – ясли, детсад, клуб-столовая и др., рядом с кварталами – школы. Предполагалось, что город вырастет сразу на двух площадках: северной (в пойме речки Абы) и южной (на склонах Соколиной горы)[198]. С западной стороны к городу примыкал административно-культурный центр с главными общественными зданиями, с восточной – спортивный комплекс со стадионами и коллективные огороды, ставшие в начале 1930-х гг. вынужденной необходимостью.

Палаточный городок строителей Кузнецкого металлургического комбината. 1931. Фотохроника ТАСС

В соответствии с проектом бригады Мая с 1931 г. велась застройка центральной части города. Здесь появилось 82 жилых дома в три и четыре этажа, и сегодня они составляют существенную часть застройки проспектов Кирова и Пионерского, улиц Хитарова, Энтузиастов, Воровского и Куйбышева. В квартирах соцгорода имелись душ, санузел и небольшая кухня (правда, канализацию и водопровод подвели не сразу). Не все рабочие смогли быстро адаптироваться к новым жилищным условиям и тем более к